Стас Степанов – Пантера 1-6. Часть третья. В плену у пространства-времени (страница 2)

Впрочем, сии отвлечённые рассуждения – лирика, к настоящему делу отношения не имеют, пора бы жить настоящим моментом.

Сколько ни плыви, куда ни плюнь – всюду бесконечное синее море и лазурное небо. Вода слева, вода справа, позади и впереди, на 360 градусов море – не за что глазу зацепиться. И нечем заняться в едва заметно покачивающемся судне – благо, «морская болезнь» ни к кому не приставала, не скручивала пополам. Команде хорошо – Самудра является для них смыслом жизни, все её члены при деле: бывалые моряки не знают, что такое скука, а потому не знают способов борьбы с ней.

Хотя, соре всего, скучно было токмо кошке, за много лет привыкшей к неограниченному самостоятельному движению навстречу смерти, – а на корабле, в море, нет полноценного движения: движется посудина, не она. Зато Клармаркай, Корис и норд самозабвенно отдыхали (то бишь дрыхли) в выделенных им каютах. И Брон присоединилась к сему блаженному занятию. Одной Пантере не спалось и не отдыхалось. Ната вспомнила – проливы Тихий и Кричащих Духов куда как легче дались в плане пересечения. Особливо Тихий, коий сейчас вспоминается, как кошмарный сон.

Оглядев палубу в поисках жертвы, быстро нашла её: одна из двух корабельных колдуний почти недвижимо стояла на носу, незаметно занимаясь наиважнейшим делом – магическим взором сканировала морской простор ниже ватерлинии на предмет подводных скал и рифов.

Незамеченной подкравшись, Наташа встала рядом, заставив от неожиданности вздрогнуть нагини. В изумрудных очах вспыхнули и погасли при узнавании опасные огоньки, ладонь опустилась к бедренной части ярко-зелёного хвоста.

– Молю тебя, воительница, не пугай меня больше! – сердечно попросила молодая женщина, выглядящая чуть постарше Элизы. Ната скривилась от слова «воительница». – Я ведь могла использовать боевую магию!

– Дико извиняюсь…

– Талесса, – почему-то смущённо улыбнулась она, встретившись взглядами с Натали.

– Талесса, – повторила дева-воительница. – Думаю, мне позволительны некоторые вольности, ведь я кошка, которая гуляет сама по себе. А ещё меня именуют Чёрной Пантерой – не только за нрав.

– Я слышала, – раскрасневшись, тихо вымолвила колдунья, – что ты оборотница, принимаешь форму одноимённой кошки.

– Именно. Чем владеешь ты?

Вопрос застал нагини врасплох, не совсем поняв его смысл, посему ответив невпопад:

– Я сирота. У меня нет дома на земле, мой дом…

Пантера отрицательно завертела головой, поняв свою оплошность:

– Нет. Не так. Я имела в виду магические способности, то, чем ты меня недавно хотела шарахнуть: огонь, вода, земля, воздух – что-то иное!

Казалось бы, куда ещё больше – однако Талесса смогла зардеться глубже!

– Проклятый туман, – полупрошептала женщина, опустив глаза в землю.

Как можно ходить по море-акияну и при том быть настолько неуверенной в себе?! Уму непостижимо!.. Врёт, вестимо: столь уникальные магические таланты серьёзно облегчают жизнь морских «волков». Умение ставить масштабный защитный экран, связывать корабли, прокладывать им безопасный путь, проклятый туман (интересно, как он выглядит в действии?), возможно, ещё что-то! Так, надо изменить тактику общения, пока не ушла в себя: замкнётся – не разговоришь.

– Кажется, капитан Вишну по твой техн ползёт, – сообщила Лесса, не оборачиваясь назад – она надеялась, что Вишну освободит её от неприятной собеседницы – и Ната это явственно поняла.

Натали в пол-оборота оглянулась: действительно, к ним направлялся командир «Грозы морей» – седеющий наг с серо-стальными глазами и застарелым уродливым шрамом по косой от верхней губы через нижнюю к правой стороне подбородка. За плечами у него арбалет и тул с болтами для него, на поясе – кривая сабля в кожаных ножнах.

Лишь галантно и учтиво поклонившись деве-воительнице, Вишну начал разговор, ничуть не чураясь юности девушки:

– Госпожа, я и моя команда осознаём, что добраться в жёстко ограниченные сроки до Латенландии важнее наших жизней. Но путь далёк, а ближайшей остановкой будут небезопасные острова Божественного архипелага. Нужно бы пополнить запасы пресной воды и провианта.

– И что ты предлагаешь? – нейтральным тоном поинтересовалась Наташа, предчувствуя подвох.

– В двух днях пути существует остров, именуемый островом Погибших Кораблей. Нужно лишь сделать поправку на курс. Небольшую совсем, – указательный и большой пальцы раздвинулись относительно друг друга приблизительно на пол-дюйма и сузился правый глаз.

– Сколько общего времени потеряем?

– Около суток. Да – не больше, – честно выдохнул капитан.

Сжав недовольно губы в узкую бледную полоску, кошка впала в крепкие думы. Впрочем, ненадолго: на корабле итак скучно, а ежели тянуть лямку в жёсткой экономии питья и еды – вовсе тоскливо станет. Она вдохнула и выдохнула глубоко, пытаясь управиться с мрачным глухим раздражением. Уже спокойно сказала:

– Пусть будет так. Ещё не хватало, чтобы нам помешали жажда и голод добраться до Хранителей!

Капитан благодарственно раскланялся и пополз в обратном направлении отдавать соответствующие распоряжения.

Талесса была, мягко говоря, поражена бесподобной вежливости и учтивости капитана – таким он бывает только с Мереей и иже с нею, заносчивость остальных стремительно осаждает. И то, что ты фаворит рани и несёшь с собой «ключ», ничего для него обычно не значит.

По мнению Пантеры, каракка сменила ракурс не столь уж и значительно, однако вмешиваться в то, в чём не смыслит ни на знак, отказалась – морячкам виднее. Важнее другое: не взирая на свои колоссальные размеры – настоящий дредноут средневековья – каракка мчалась по водной глади с невероятной скоростью (явно без магии не обходится), как её казалось, нереальной для деревянных суден. По её внутренним ощущениям – примерно, 80-90 километров в час. С учётом непрерывности хода, за сутки возможно преодолеть расстояние минимум в 1900 километров или, беря нагасарские величины – шестьсот пятьдесят три морских тринити.

Со скукой Пантера быстро придумала как управиться. Как-то, в очередной раз сидя на борту и свесив за его край ножки, в голову проникла здравая мысль: её друзья заспались и сильно обленились за короткий период, а сиё значит, что пора им просыпаться и разгонять по жилам загустевшую кровь.

Последующее путешествие к острову Погибших Кораблей прошло незаметно, но плодотворно для странников. По-первости жестокие бои пассажиров пугали моряков – им казалось, что северяне от ничегонеделанья тронулись умом: бешенные взгляды, кровожадные лица, хищные оскалы, настоящие раны, вывихи, растяжения, переломы, то есть никакой пощады друг к другу, – разве что магию не пускали в ход. Потом привыкли: капитан первым вызнал смысл происходящих столкновений и разъяснил подчинённым. Однако экипаж интереса к потрясающим битвам интереса не потерял – не каждый день узреешь бои тех, кого называют не без оснований Шреяни Йоддхи – Лучшие Воины (в Нагасари).

Заинтересовалась и скромница Лесса. Но отважилась принять участие в игре без правил (условно без правил – калечить, уродовать и, тем паче, убивать таки запрещалось строго-настрого) лишь после третьей, восьмицикличной, вахты. Убедила в этом вторая колдунья-локатор, взяв, как говорит молодёжь на Земле, на слабо: мол, ты же лучшая воительница во всём военном флоте Нагасари! И почти не кривила техном – не взирая на молодые годы (по нагийским меркам, разумеется), об её магическом даре и боевых способностях слагают уже легенды!

Доводы подруги подействовали. Трансформировав хвост в человеческие ноги, запрятав проклятую робость в тайники техна, она подошла к Вестницам северных богов, но прервать процесс не отважилась. В недавнем поединке, в порыве ярости, Элиза основанием ладони сломала Банцемнису два пальца (указательный и средний). И теперь, вместе с Натальей, энергией восстанавливала их, возвращая им полную дееспособность.

Оборотницы с самого начала спинами почувствовали чужое присутствие, но поднялись и обернулись по завершении искусного лечения.

– Я внимательно слушаю, Лесса, – доброжелательно кивнула Ната.

Таля судорожно сглотнула слюну, ладонь самопроизвольно затеребила костяную рукоять кинжала, спрятанного в чехле за рёбрами. Неуверенность с новой силой набросилась на неё, и слова застряли в горле, как на карму. Какой позор – зачем поддалась на провокацию Деви?!

Кайя по-матерински мягко взяла её руки в свои, влажные от волнения,

– Мне кажется, что ты хочешь испытать себя, моя девочка – так? – голос струился тёплым парным молоком, он обволакивал нежно сознание нагини, растворял в себе дрожь и страхи, приводил в чувство, восстанавливал уверенность.

Талесса, дабы по-девчоночьи не расплакаться, молча утвердительно кивнула.

– Со мною или вот – с дикой кошечкой? – продолжала уточнять Элиза Брон.

В этот раз магичка испуганно замотала головой влево-вправо.

– Всё встало на свои места, – Лиза мило улыбнулась, отпустила руки и повернулась к бойцам. – Кто настолько силён духом, что способен признаться себе и друзьям, как самый слабый воин среди равных? Я не пытаюсь кого-то из вас оскорбить или принизить ваши достоинства!

Мужчин выручил очень честный Гральрих. Он открыто улыбался, показывая, что не стесняется признания, на что Кайя в ответ благодарственно кивнула и улыбнулась.