Станислав Войтицкий – Кто убил Ксению Шумейко? (страница 16)
Я надавил на бинт на голове, почувствовал боль и снова взял под контроль свои мысли.
Мои мысли.
Устюгов, казалось, ничего не заметил. Он жестом подозвал меня к себе и заговорил шепотом.
– Я сделаю пару странных вещей, но ты должен мне просто поверить. Для начала как можно быстрее, не думая… загадай двухзначное число.
– Я не могу загадать двухзначное число – если не думать, у меня не получится.
– Точно, я забыл. Тогда предложи какой-нибудь вариант.
Спасибо.
– Я могу загибать и разгибать пальцы по очереди. Ты остановишь меня в какой-то момент времени. И я скажу число, соответствующее загнутым пальцам.
– Пойдет. Только загибай не по очереди, а как попало.
Я послушно и беспорядочно перебирал пальцы.
– Стоп.
– Три.
Еще раз…
– Стоп.
– Восемь.
– Так, слушай меня внимательно. Мы зайдем внутрь бункера и проведем поиски внутри. Для начала – умеешь ли стрелять из автомата?
Я кивнул. Разумеется, я же служил, а укороченный вариант кроме длины, считай, ничем не отличается.
– Тогда мы поменяемся.
Какой восторг…
Я начинал мыслить кратко и отрывисто, захлебываясь примитивными эмоциями.
Устюгов передал мне оружие и запасной магазин, а я отдал ему ружье.
– У каждой встреченной двери мы будем вставать одинаково – ты справа, я слева. В коридорах на поворотах направо ты идешь первым, я за тобой, если налево – наоборот. Если перекресток – то расходимся, одновременно.
Я кивнул и повторил.
– Понял. Моя сторона правая, твоя – левая.
– В двери будем заходить по жребию. Я буду бросать монетки, если орел – первым входишь ты, если решка – то я. Заходим как только монетка ляжет. Крайне важно – тот кто заходит первым, всегда в полуприсяде, а второй – стоя. Это чтобы не попасть на линию огня товарища, понял? Монеты не поднимаем, они покажут нам, где мы уже были, если заблудимся.
Меня охватило нездоровое возбуждение. Хотелось идти вперед как можно скорее. Руки вспотели, я не находил себе места.
– Ты все понял?
– Да.
– И последнее. Мы должны постараться взять его живым. У меня полно вопросов и, очевидно, он сможет на них ответить. Эти ответы нужны. Услышишь выстрел мосинки – значит, ты еще жив и на пару секунд ты в безопасности, пока он зашлет следующий патрон. Так что не паникуй и стреляй по ногам. Все равно я потом его добью, но сначала надо по возможности допросить.
– Принято. Бить по ногам.
– Тогда пошли.
Я снял автомат с предохранителя.
Я поставил флажок в положение «АВ». Поневоле улыбнулся. Я здорово вспотел, сердце азартно колотилось в предвкушении. Такое волнение я испытывал разве что когда первый раз занимался любовью. Да и то – не факт.
Мы быстро преодолели расстояние до двери и встали по разные стороны от нее. Игорь достал из кармана монету и подбросил вверх, затем перехватил ружье. Все наше внимание было сосредоточено на блестящем скачущем диске с двуглавым орлом с одной стороны и надписью «50 рублей» с другой…
Монета зазвенела по бетонному крыльцу и, отскочив, плюхнулась в мутную лужу. Мы переглянулись. Понять, что выпало, было невозможно. Но Устюгов не успел достать следующую монету, потому что из темноты коридора раздался выстрел…
Я сразу рванул внутрь, в полный рост, и на ходу открыл ураганный огонь куда-то в темноту коридора. В свете вспышек от выстрелов я увидел небольшое помещение с обшарпанными стенами. Напротив была еще одна дверь, закрытая. В центре комнаты располагался вращающийся турникет и будка охраны. Окно было приоткрыто и за ним стояла тень фигуры с винтовкой. Тень пыталась перезарядиться.
Не прекращая стрелять, я направил ствол автомата на будку и подбежал к ней. Во все стороны брызнули осколки бьющегося стекла. Турникет болезненно ударил меня в живот и помешал подойти ближе.
Я перегнулся через турникет и направил рычащую и гремящую «сучку» куда-то вниз, вообще уже не целясь. Все вокруг свистело и грохотало. Оглушительный рокот выстрелов и звон рикошетов отражался эхом от стен и мучительно отдавался болью в ушах и голове… Я наслаждался этой болью. Мой взгляд привлекла красота возвратно-поступательных движений затвора, отрыгивающего стреляные гильзы, одну за другой в ярких волнующих вспышках света.
В голове спонтанно возникли постыдные и неуместные ассоциации. Я испытывал во время стрельбы самое настоящее наслаждение.
Щелчок вместо выстрела. Патроны кончились.
Я услышал шаги за спиной, Устюгов схватил меня за шкирку и отшвырнул назад. Краем глаза я заметил, что он ринулся к турникету и ловко перепрыгнул через него, но дальше не разглядел, потому что крайне болезненно ударился затылком об стену. Эта боль отозвалась в голове чудесным, восхитительным, оргазмическим блаженством. В паху разливалась сладкая расслабляющая истома.
Это все из-за колес?
Трясущимися от возбуждения руками я сбросил стреляный магазин и достал новый рожок.
Рука Устюгова легла на мой автомат, перекрыв шахту магазина.
– Все кончено, Максим. Отдай автомат, пожалуйста.