Станислав Минин – Камень. Книга 15 (страница 43)
Георг задышал, переваривая услышанное. Заволновались и мои коллеги, которые про деньги и золото на инструктаже в Кремле никакой информации не получали. А я просто получал удовольствие, и совсем не от гневно-кислого выражения лица английского короля, а от реакции своих старших коллег по группе: Прохор с Ваней и Владимир Иванович с Виталием Борисовичем дружно и небезосновательно подозревали меня в самоуправстве, но поделать в присутствии Георга ничего не могли! И это было бесценно!
— Надеюсь, это весь объем… репараций? — Король впился в меня взглядом.
— Ваше величество, вы так дешево цените род Романовых? — делано удивился я. — Это только за то, что мы с коллегами вынужденно нанесли вам визит вежливости. Или вы и дальше хотите просыпаться в холодном поту, раз за разом наблюдая один и тот же сон, в котором происходит затейливая казнь неких испанских ублюдков?
Георг после моих слов резко спал с лица и прошептал:
— Ты чудовище, Алексей!
— Еще какое, ваше величество! Но могу ради разнообразия периодически отправлять к вам моих маленьких друзей из преисподней.
Я щелкнул пальцами, и на столе прямо перед Георгом образовались два белесых облачка тумана, превратившихся через несколько мгновений в пару маленьких, но очень злобных с виду чертей.
Чего-чего, но такого пронзительного ора от Георга я не ожидал! В следующую секунду я без всяких щелчков просто убрал своих «маленьких друзей» от греха подальше, законно опасаясь, что впечатлительного короля натурально обнимет Кондратий! Опасался, что характерно, не зря — лицо бедолаги Георга приобрело характерный сероватый оттенок, сам он судорожно хватался за сердце, и пришлось мне срочно проводить с Виндзором реанимационные мероприятия, выслушивая при этом смачные комментарии Прохора:
— Все, пиzдец котенку! Довел ты, сынка, еб@ного королька до ручки своими выходками! Бл@дь, и что теперь делать? Может, ну его на hуй? А старшим Романовым скажем, что он сам скопытился? Нет, не поверят! Ну все, сынка, нам точно пиzда!
К Прохору присоединился Ванюша, и мне пришлось прикрикнуть на них, чтобы не мешали. А Георг начал подавать первые признаки жизни и минуты через три уже смотрел на меня вполне осознанным взглядом. Лицо короля тоже постепенно возвращало свой нормальный цвет, да и моя чуйка вещала: пациент скорее жив, чем мертв. Метнувшись до бара, я вернулся к столу с бутылкой воды, налил живительную влагу в стакан и помог Георгу испить газированной водички, после чего разразился не очень искренней, но крайне эмоциональной речугой, в которой просил прощения за свое наглое и развязное поведение перед лицом монаршей особы. Король реагировал вяло, общаться предпочитал жестами и всем своим поведением демонстрировал нежелание видеть нас в своем кабинете. В таком подвешенном, полном недосказанности состоянии наших взаимоотношений сваливать было крайне глупо, и я решил расставить все точки над i:
— Ваше величество, при всем уважении, но я вынужден настаивать на озвученных требованиях. Последствия их невыполнения вы знаете. Но расстаться все же хочу на мажорной ноте: мой царственный дедушка просил передать, чтобы вы сегодня прямо с утра ему позвонили, дабы обсудить развитие дальнейших российско-британских взаимоотношений. В качестве приятного бонуса при этом дедушка добавил, что готов пойти навстречу нашим дорогим и любимым английским родственникам и в вопросах страхования, и в вопросах льготных условий поставок энергоресурсов, и в финансовой сфере.
Георг, судя по реакции моей чуйки, был даже не удивлен — он реально не верил своим ушам! Но при этом изо всех сил старался это скрыть! Но тем не менее ответ я услышал:
— Хорошо, Алексей, можешь передать деду, что я его сегодня наберу, и мы сможем наконец уладить все то недопонимание, которое возникло между нашими родами лишь по нелепому стечению обстоятельств.
— Обязательно передам, ваше величество! — заулыбался я. — Засим хотим откланяться. Надеюсь, никто нас преследовать не будет, ваше величество?
Георг горделиво выпрямился на стуле и как бы нехотя махнул рукой в сторону двери:
— Пошли вон!
— Спокойной ночи, ваше величество! — дружно поклонились мы и поспешили покинуть королевский кабинет…
Глава 13
Покидали Букингемский дворец мы тем же путем, что и вошли, — через главные ворота. Со стороны это, наверное, смотрелось как самая обычная смена караула, только наоборот: семеро в темном выходят, а гвардейцы в медвежьих шапках молча провожают их остекленевшими взглядами. Я продолжал держать дворец под контролем, не давая никому из обитателей прийти в себя раньше времени. Ваня Кузьмин страховал меня, периодически сканируя пространство в поисках постороннего внимания, но пока все было тихо: никто не объявлял тревогу, никто не бежал за нами с криками, да и остальной Лондон спокойно спал, не подозревая, что в его сердце — Букингемском дворце — только что вершилась история.
— Контроль еще держишь? — тихо спросил Прохор, когда мы пересекли Грин-парк и вышли к проезжей части, чтобы поймать такси.
— Держу, — ответил я. — Давай для гарантии в машины погрузимся, и только тогда я «отпущу» дворец.
— Договорились.
Такси удалось поймать только спустя минут пять. Я устроился на заднем сиденье первой машины, Прохор плюхнулся рядом, Владимир Иванович Михеев предпочел место впереди, рядом с водителем. Остальные залезли во второе такси. Только когда машины тронулись и парк остался позади, я наконец позволил себе выдохнуть и снял контроль с территории дворца. Семейка Виндзоров с гвардейцами окончательно придут в себя через несколько минут, слуги — чуть позже, а король Георг… Ну, он будет помнить каждое «приятное» мгновение нашего разговора — по крайней мере, я приложил к этому все свои скромные силы.
— Готово, — глядя на воспитателя, хмыкнул я и откинулся на спинку сиденья. — Представление окончено. — И показал ему на водителя, мол, тот ничего не услышит.
— Слава богу, — пробормотал Прохор и первым делом полез за телефоном.
Я тут же сообразил: воспитатель решил отправить промежуточный отчет в Кремль.
— А не рановато? — поморщился я. — У нас еще пол-Лондона впереди.
— Знаю, сынка, — кивнул он. — Но старшим пару строк черкнуть надо. — Воспитатель, повернув телефон экраном ко мне, быстро набрал сообщение: «Основные цели миссии достигнуты. Покидаем объект. Начинаем эксфильтрацию». Нажал «отправить», выключил телефон и убрал его в карман. — Все, следующий сеанс связи теперь только в Париже.
Я вздохнул и уставился в окно, глядя на проплывающие мимо ночные улицы британской столицы. Редкие фонари, темные витрины магазинов, одинокие прохожие, спешащие по своим делам. Одним словом, лепота! И главным достоинством этой лепоты было то, что, судя по моим ощущениям, никто нас преследовать пока не собирался. И это, пожалуй, было лучшей наградой за все усилия.
От созерцания «пейзажа» за окном мне вдруг на душе стало спокойно. Честно говоря, я ждал, что после всего произошедшего во дворце: допроса, внезапного срыва, едва не случившегося убийства короля — на меня накатит отходняк в виде полного опустошения. Но нет! Вместо этого я чувствовал удовлетворение! Мы сделали то, за чем пришли: получили признание и ответы на все вопросы, которые интересовали старших Романовых. Бонусом вербанули четверых колдунов и получили ярд фунтов с тонной золота — в том, что и деньги, и драгоценный металл вскоре будут у нас, я не сомневался. Главное же — я узнал имена людей, которые могут быть как-то причастны к деятельности ватиканских колдунов. Да и моральное состояние Георга Виндзора нельзя было сбрасывать со счетов: я оставил короля в таком состоянии, что он теперь будет просыпаться в холодном поту при одном воспоминании обо мне. Если кто-то скажет, что это не была маленькая, но победа, пусть первый кинет в меня камень!
— Как там наши друзья-наемники? — прервал Прохор мои размышления.
Я на секунду прислушался к своим ощущениям, проверяя образы четверых бывших врагов.
— Если чуйка не врет, то они трутся в районе вокзала, — ответил я. — Тоже спешат покинуть негостеприимный остров. Судя по эмоциональному фону, сильно нервничают, но паники нет.
— Вот и славно, — хмыкнул воспитатель. — А понервничать им полезно: эффективней работать будут. Если справятся со всеми задачами, которые им Ванюша нарезал, будет у нас в Европе своя небольшая армия.
Вокзал Сент-Панкрас встретил нас ночной суетой. Несмотря на поздний час, здесь хватало и туристов, и местных. Мы, стараясь не выделяться, но особо и не скрываясь, спокойно прошли к кассам и купили билеты на ближайший Eurostar до Парижа. Отправление — через пятьдесят минут, так что времени как раз хватало, чтобы перекусить и немного прийти в себя.
Расположились в зале ожидания, заняв два столика в углу. Кофе, сэндвичи, бутылки с водой. Перекусывали молча, переваривая заодно и недавнее посещение Букингемского дворца, но каждый по-своему: Коля и Саша, сидевшие рядом со мной, выглядели уставшими, но довольными; Михеев, как всегда, был собран и внимателен — он продолжал незаметно оглядывать окружающее пространство на предмет возможной угрозы; Пафнутьев, напротив, казался совершенно расслабленным, но я не спешил обманываться: глава Тайной канцелярии, принимавший участие в еще более сложных и опасных операциях, просто использовал ожидание поезда, для того чтобы хоть немного отдохнуть после дикого напряжения, которое мы все испытывали во дворце; аналогичным образом поступали и Прохор с Ванюшей, и только я чуял, что Кузьмин «в фоновом режиме» продолжал