Станислав Лем – Млечный Путь № 2 2021 (страница 2)

- Это правда, что вы решили заняться написанием романов? - спросил он, заглянув в мой кабинет в конце рабочего дня и застав меня, таким образом, именно за работой над первой страницей будущего творения.

- Мне предложили, и я решила попробовать, - я постаралась, чтобы мой ответ прозвучал спокойно и обыденно.

- Странно, - отреагировал мой секретарь и удалился.

Я не очень поняла его реплику, но была рада, что Ари ограничился коротким замечанием.

Делами в этот период я не была завалена. С одной стороны, это хорошо, я могла уделить больше времени литературным экспериментам, но была и другая сторона. Деньги на нашем счету стремительно таяли, а платежи по финансовым обязательствам еще никто не отменял, да и другие расходы напоминали о себе каждый день. Гонорар от издательства "Вольфганг" вряд ли мог решить наши проблемы, поэтому я ждала от своего секретаря более сложной и менее нейтральной реакции.

Я продолжила работу над текстом, но полный недоумения взгляд Ари не выходил у меня из головы.

В качестве начала будущего романа я взяла первый свой рассказ, его можно было сделать прологом, но я никак не могла найти ключевые фразы, необходимые для подобного превращения. Ну, нет у меня соответствующего опыта. В общем, мой оптимизм съеживался стремительно с каждой новой попыткой довести текст до нужного состояния.

Я уже стала подумывать о том, чтобы отказаться от этой затеи, и тупо смотрела на последнюю корявую строчку, отпечатанную минуту назад, перебирая в уме вежливые, но решительные, выражения для письма господину Салихову.

Но почему он сказал "странно"? Эта навязчивая мысль отвлекала меня от работы, и я, наконец, не выдержала! К счастью, мой секретарь еще не ушел, и я могла адресовать свое недоумение ему непосредственно, не пользуясь телефонной связью.

- Почему странно?! - без всякого предисловия выпалила я.

- Видите ли, - спокойно и без тени удивления стал объяснять Ари, - о подвигах детективов обычно рассказывают их друзья, на худой конец, потомки, а вы решили сделать это лично? Не знаю, не знаю... У господина Сомса это получилось бы лучше, впрочем, это всего лишь мое мнение.

Я вернулась в свой кабинет и с чувством захлопнула за собой дверь. Да, я злилась, потому что прекрасно понимала - все сказанное моим секретарем - правда!

И тут мои невеселые мысли были прерваны появлением комиссара Катлера.

В наших взаимоотношениях с Эриком существует несколько неписаных, но соблюдаемых правил, среди которых есть и необходимость предварительного телефонного или присланного по электронной почте предупреждения о предполагаемом визите.

Приход комиссара без соблюдения этой условности свидетельствовал лишь об одном - случилось нечто неординарное, или комиссару срочно понадобилось именно мое участие в его расследовании. Впрочем, в этом случае, как выяснилось, все было не совсем так.

- Приветствую вас, коллега, - привычно проговорил Эрик и остановился возле кресла для посетителей, словно заскочил на минутку, чтобы сказать пару слов.

- Здравствуйте, комиссар, рада вас видеть, - ответила я, не показывая удивления.

- Вам знакомо имя Лори Паттерса? - Похоже, никто и не предполагал услышать положительный ответ, и за этим вопросом последовал еще один: - А с Мигелем Кортесом вы знакомы?

- Ни о каком Лори Паттерсе я никогда не слышала, - ответила я. - О Мигеле Кортесе я, понятно, этого сказать не могу, он слишком известен, но лично с ним не знакома.

Эрик, наконец, устроился в кресле у моего стола и заговорил, как мне показалось, более спокойно.

- Лори Паттерс - журналист. Впрочем, он не работал на какое-либо конкретное издание. Он готовил свои материалы, а затем искал для них покупателя.

- И это занятие его кормило? - удивилась я.

- Конечно, поверьте мне, очень даже неплохо кормило. Каждая его статья была сенсацией и нередко сопровождалась скандалом. Иногда подобный материал ему попросту заказывали, неужели вы не знакомы с подобной практикой? Дэвид вам никогда не рассказывал о таких профессионалах? Впрочем, "Интерньюс" вряд ли хоть раз пользовался услугами Паттерса или его коллег.

- Я не настолько наивна, чтобы не знать о существовании такой специализации, просто не подумала. Но почему вы решили, что я могла быть знакома с этим папарацци?

- У него в записной книжке было ваше имя и номер телефона.

- Вы его арестовали? В чем его обвиняют?

- Его уже ни в чем нельзя обвинить. Он умер вчера вечером.

- Что значит "умер"? Его убили?

- Скорее всего, да.

- То есть, вы пока в этом не уверены?

- Вы же знаете, коллега, что для того, чтобы быть в этом уверенным, необходимо заключение доктора Франка, а его у меня еще нет. Но не думаю, что это самоубийство. Вряд ли можно предположить, что, выстрелив себе в голову, человек способен потом аккуратно стереть с оружия отпечатки пальцев. Перчаток на его руках не было.

- Может, вы мне расскажете какие-то подробности? А что случилось с Мигелем Кортесом? - вспомнила я начало нашего разговора.

- С ним как раз ничего не случилось, просто на той же странице в той же записной книжке было и его имя, адрес и номера всех его телефонов, - ответил комиссар.

- И вы подозреваете, что убийство этого журналиста как-то связано...

- Не торопитесь, Мэриэл, - остановил меня Эрик Катлер, - нет еще никаких версий. Просто я подумал, что этот Паттерс, возможно, успел вам позвонить.

- Должна вас разочаровать, нет, он мне не звонил. Но зачем убийца оставил на месте преступления оружие? Неужели он надеялся, что полиция сочтет случившееся самоубийством?

- Не думаю, что все так просто, однако, пистолет принадлежал покойному журналисту. Возможно, убийца растерялся и действовал, не слишком представляя себе последствия, а возможно, просто побоялся, что любой другой вариант будет еще хуже. Он ведь понимал, что полиция обязательно займется поисками оружия. Во всяком случае, это еще предстоит осмыслить, а пока нужно выяснить хотя бы то, что практически лежит на поверхности. Возможно, Лори Паттерс хотел обратиться к вам за помощью?

- Может быть, но тогда будет естественно предположить, что он знал о том, что его могут убить. Впрочем, его род деятельности часто сопряжен с риском, и этот пистолет он, скорее всего, всегда держал при себе.

- Несомненно, но именно поэтому у него должны были быть серьезные основания для обращения к детективу.

- Пожалуй, вы правы. И все же странно. Папарацци - не шантажист, у него всегда можно просто выкупить компрометирующий материал, зачем же его убивать? - высказала я вполне, как мне казалось, обоснованное сомнение.

- Его могли убить и по причинам, совсем не связанным с его работой, да и шантаж вовсе не исключается, - вздохнул комиссар.

- Вы считаете, что мое участие в расследовании этого убийства было бы полезно? - решилась спросить я, поскольку прекрасно понимала, что выбросить из головы все, что я сейчас услышала, мне не удастся.

- Мне некого предложить вам в клиенты, но не скрою, что был бы очень рад поработать с вами, - с улыбкой ответил комиссар, не хуже меня понимая, что никуда я от этого расследования не денусь.

- Тогда жду от вас детали, - вернула я наш разговор к его деловой части.

- Вы правы, - согласился Катлер, затем начал рассказывать. - Тело было обнаружено рано утром в Сент-Стоуне на берегу озера. Его увидел с дороги господин Георг Ренке, который ехал в это время в свою контору, он агент по торговле недвижимостью.

- Он позвонил в полицию из машины? - уточнила я.

- Не совсем, - стал объяснять комиссар. - Он подъехал поближе, вышел из автомобиля и подошел к лежащему человеку. Он ведь не знал, что тот мертв, просто ему показалось неестественным то, что он увидел.

- Это понятно, - кивнула я, - кроме того, Паттерс, видимо был одет в приличный костюм?

- О, да. Ему вообще было свойственно некоторое пижонство.

- Значит, этот господин...

- Ренке, - подсказал комиссар.

- Да, он дождался приезда полиции?

- Конечно. Увидев тело Паттерса вблизи, не трудно было понять, что произошло, да и оружие, брошенное рядом с телом, не оставляло сомнения в неестественных причинах смерти.

- Вам не кажется комиссар, что место для убийства выбрано не слишком удачное? - заметила я.

- Его убили, скорее всего, в другом месте. - По уверенному тону Эрика Катлера чувствовалось, что это уже не предположение, а факт, подтвержденный экспертами.

- Странно, что убийца, кажется, сделал все, чтобы тело как можно быстрее обнаружили. Насколько я помню, там с шоссе берег озера прекрасно виден, - продолжила я размышления вслух.

- Да, я тоже об этом подумал, факт любопытно характеризует преступника. Я склоняюсь к мысли, что мы имеем дело не с хорошо продуманным замыслом, а с какой-то человеческой драмой.

- Ох, комиссар, который раз прихожу к выводу о вашем несомненном литературном таланте, - не удержалась я от замечания. - Надо было мне перенаправить господина Салихова к вам.

- А кто это такой? - последовал удивленный возглас моего собеседника.

Я совсем забыла, что комиссар еще не в курсе моих внезапных проблем и планов, и мне пришлось все рассказать: и об издательстве Вольфганг, и о предложении, которое от имени издательства было мне сделано его главным редактором.

- Думаю, что этот господин попал по нужному адресу, - улыбаясь, заявил Эрик, после того, как я закончила повествование. - Я читал ваш рассказ в "Интерньюс", очень неглупо и интересно написано.