реклама
Бургер менюБургер меню

Станислав Лем – Млечный Путь № 2 2021 (страница 3)

18

- Приятно слышать, - пришлось ответить мне, и я почувствовала, что мои щеки подозрительно потеплели, - но давайте вернемся к обсуждению более важных вопросов.

- Как скажете. Так что же вам так не понравилось в моем замечании? - Улыбка осталась в голосе комиссара, и это повлияло, видимо, на мой ответ.

- Почему не понравилось? Просто на первом этапе расследования воображение не всегда бывает полезным инструментом. Фактов еще, как мне кажется, недостаточно.

- Как сказать? Факты, в данном случае, уже с большой вероятностью указывают на возможность двух оценок действий преступника.

- Что вы имеете в виду?

- Либо убийца очень хитер, и специально хочет нам навязать мысль о своей неопытности, либо это было спонтанное, а то и случайное преступление.

- Для меня это не так очевидно, - произнесла я и задумалась, затем все же согласилась. - Но, может, вы и правы. Можно вполне думать в этом направлении, но отталкиваться стоит лишь от того, что знаем наверняка.

- Разумеется, а вы решили заняться этим делом, как я понимаю, даже не имея клиента?

- Если этот человек не успел ко мне обратиться, это вовсе не значит, что у меня нет перед ним обязательств, - важно произнесла я, хотя истинная причина моего вмешательства в расследование была гораздо проще.

- Что ж, я только могу порадоваться этому факту, - улыбнулся комиссар. Он и не ожидал от меня другого решения.

- Могу ли я посмотреть материалы, уже собранные по этому делу? - осторожно уточнила я, осознавая сложность этого вопроса.

- Вы же понимаете, - Эрик замолчал и посмотрел на меня, надеясь, что я прерву его, - пока не будет ясно, как ваше имя попало в записную книжку убитого, я не могу вам дать никакую информацию, кроме той, что мы предоставляем журналистам. Впрочем, ничего особенного мы пока и не накопали.

Глава третья,

которая повествует о первых шагах в расследовании убийства моего несостоявшегося клиента.

Мы договорились с комиссаром, что он будет сообщать мне новые факты, разрешенные к публикации, по электронной почте, и всю информацию о Лори Паттерсе он пришлет мне сразу, как только доберется до своего кабинета. Ну, и о том, что официально введет меня в курс дела, лишь только получит соответствующее разрешение судебной палаты.

Предварительное рассмотрение материалов, полученных в ходе осмотра места происшествия, было назначено на следующее утро.

Первым и вполне естественным шагом в этом расследовании был звонок Дэвиду. Даже если учесть тот факт, что "Интерньюс" - респектабельное издание и оно не нуждается в скандальных материалах для повышения своего рейтинга, Дэвид вполне мог что-нибудь знать и о Лори Паттерсе. Как минимум, ему легко будет собрать об этом человеке некоторую информацию.

Не успела я додумать мысль до конца, как услышала призыв телефона, а затем именно тот голос, который был сейчас удивительно кстати.

- Комиссар был у тебя? - спросил мой друг без всяких предисловий, если не считать привычного обмена приветствиями.

- Да, только что ушел, а я как раз собиралась тебе звонить, - ответила я.

- Ты хочешь, чтобы я рассказал тебе о Паттерсе?

- Ты, как всегда, удивительно догадлив. Если бы ты не был так успешен в качестве журналиста, я бы уговорила тебя стать моим партнером.

- И я бы согласился, но что это изменит?

- Опять ты прав, - невольно вздохнула я. - Может, подъедешь в мою контору?

- Уже еду, буду у тебя минут через десять.

Дэвид действительно вскоре появился в моем кабинете, но продолжить наш деловой разговор мы решили у меня дома, поскольку был уже вечер.

Пока мы ехали, я коротко рассказала о своих первых литературных неудачах и авторских сомнениях. На что Дэвид заметил:

- Любому делу нужно учиться. По крайней мере, тебе стоит наработать опыт, а что из этого выйдет? Так ли уж это важно? Не понравится этому Салихову, как ты написала, так будешь знать, что это еще не тот уровень, который нужен для издания. На кусок хлеба ты пока этим не зарабатываешь. Захочешь - будешь пытаться дальше, а нет - так вся эта история останется приобретенным опытом и только. Что ты теряешь?

- Время, - ответила я, впрочем, чувствуя, что прав Дэвид.

- У тебя есть выбор, - усмехнулся он, - но ты ведь никогда не останавливаешься, если что-то решила.

О Паттерсе мы заговорили уже после легкого ужина, который приготовил для себя Дэвид. Причем он знал, что я не смогу устоять перед искушением, ощутив аромат моего любимого омлета с грибами, поэтому приготовил это замечательное блюдо без экономии продуктов. Разрешив себе ужин (ох, как я люблю эти поблажки) я, естественно, не стала отказываться и от кофе. В общем, вечер начался замечательно.

Мы устроились в моей крошечной гостиной. Я не спешила задавать свои вопросы, зная, что Дэвид все выложит и без них.

- Так уж получилось, что Лори Паттерс, - как я и предполагала, начал он первым наш разговор, - хотя и не входил в число моих приятелей, но и не был для меня незнакомцем. Однажды, это было пару лет назад, он даже помог мне, подкинув идею материала. Разумеется, я не стал бы с ним сотрудничать, это грозило бы мне потерей работы в "Интерньюс", но он чуть не стал моим родственником, так что избежать этого знакомства я попросту не мог.

- Что значит родственником? - удивилась я. - Была бы у тебя сестра, я бы еще...

- Но у меня есть кузина, она живет в Бельгии, а в позапрошлом году приезжала ко мне в гости. Она тогда хотела продолжить свое обучение после школы в Мэрвикском университете.

- Но, как я понимаю, от своих планов она отказалась. Кстати, получается, что она - весьма юная особа?

- Да, ей сейчас девятнадцать лет, а тогда едва исполнилось семнадцать. Учится в Париже на подготовительном отделении филиала Гринверского университета искусств, но через пару недель я ее опять буду принимать у себя, впрочем, ненадолго. На следующий день после прибытия в Сент-Ривер она отправится в Гринвер Д. При университете есть что-то вроде пансионата для студентов-иностранцев.

- Как зовут девушку? - наконец поинтересовалась я.

- Дэнни, Даниэла.

- Насколько я могу догадаться, была какая-то романтическая история?

- Да, Лори, между прочим, очень нравился женщинам, и, видимо, это ему помогало в работе. Ничего не могу утверждать наверняка, но малышка Дэнни, похоже, нужна была этому пройдохе, чтобы подобраться ко мне. Кто-то заказал Паттерсу материал о нашем главном. Я даже могу догадаться, кто, но ситуация не получила развития, поэтому все эти предположения сейчас вряд ли представляют для тебя интерес, разве что, тебе легче будет понять характер жертвы.

- Это тоже немало. Так что же помешало Паттерсу довести свой замысел до удачного финала? - спросила я. - Он, как я понимаю, вознамерился жениться на девочке?

- Не думаю, что он довел бы дело до свадьбы, хотя предложение сделал, ну и, поскольку из родственников будущей невесты рядом был только я, естественно, с первым визитом молодые нагрянули именно ко мне. Так мы и познакомились.

- Ты совсем исключаешь возможность искреннего желания Паттерса жениться на твоей кузине?

- Нет, конечно, - Дэвид задумался. - Выглядел он весьма убедительно. Он не пожирал Дэнни глазами, не стремился исполнить каждый ее каприз. Скорее был увлечен ролью старшего брата, мягко подшучивал над естественной в ее возрасте наивностью, возражал, когда она была в чем-то не права, но, уважая ее точку зрения, аргументировал свое несогласие. В общем, вел себя нормально, был обаятельным, но не подчеркнуто неотразимым. И даже я ему верил вплоть до момента, когда разразился скандал.

- Ты считаешь, что этот скандал был неизбежен или даже запланирован? - попыталась я додумать самостоятельно то, на что Дэвид лишь намекнул.

- Может быть, и так, во всяком случае, для Лори появление Эстерины Розано в ресторане, где он ужинал со своей невестой, не могло быть сюрпризом, - усмехнулся мой друг. - Он мог или даже должен был это предвидеть.

- Тебе виднее, - теперь уже задумалась я, - но я бы предпочла послушать, что мне могут рассказать обе женщины.

- Думаю, это несложно устроить.

- Тогда оставим этот эпизод в покое, расскажи мне все, что знаешь о Лори Паттерсе. Ты ведь кое-что узнал о нем? И тогда, когда он ухаживал за Даниэлой, и после того, как ты узнал о его гибели, верно?

- Разумеется. Я даже не похвалю тебя за проницательность. Но рассказывать почти нечего. Родился наш герой в Сент-Ривере. Семья была состоятельной, отец - преуспевающий дантист, мать занималась рекламой, и это занятие приносило ей неплохие деньги. Лори получил приличное образование. Учился в Сорбонне, затем в Мервикском университете на факультете "Журналистика и медиабизнес". Начинал свою карьеру в солидном издании, журнале "Коллекционер" Из журнала он ушел после неприятной ссоры с коллегами. Ты можешь себе представить, какие тайны и интриги связаны с подписчиками этого элитного издания. Публика там респектабельная, но весьма азартная. Лори, видимо, не смог удержаться в рамках, принятых в этой специфической среде. Подробности мне выяснить не удалось, известно только, что какое-то время Паттерса никто не хотел принимать на работу. Вообще, жизнь его в тот период скрутила не слабо. Родители Лори поехали на уикенд в Мервик, выбрав самый неудачный день, когда большое мервикское землетрясение унесло тысячи жизней, в том числе и жизни Стефании и Роберта Паттерсов. Лори остался один, он получил в наследство приличный счет в банке, квартиру в Сент-Ривере и виллу на острове Астра. Ну, еще несколько мелочей: два новеньких автомобиля, легкий спортивный самолет и яхту. Наследство было весьма приличным. Но деньги рано или поздно кончаются, если не думать о способах пополнения своего бюджета. Паттерс получил возможность немного осмотреться и выбрать свой путь. Его выбор, как мне кажется, был осмысленным. Тем не менее, его первая скандальная статья очень смахивала на месть. Разговоры ходили разные, но к тому времени Лори уже неплохо освоил, как минимум, азы своей будущей профессии. Он нанял толкового адвоката, что тоже говорило о его серьезном подходе к выбору специализации. Собственно, я всего лишь хочу подчеркнуть, что Лори не был таким уж милым оболтусом, каким его некоторые считали. Он знал, что делал, и все свои кампании тщательно продумывал. О том, что мое мнение о нем имеет под собой почву, говорит и тот факт, что он лишь однажды проиграл дело в суде, отстаивая законность предоставленного им материала.