Станислав Лабунский – Чернобыльская рокировка (страница 77)

В центре зала появляется стремительный силуэт. Да только перед ним спецназ элитный, не мальчики из школы, сразу после призыва. Им только цель обозначь, дальше они сами. Шесть стволов кровососа в клочья разнесли. Разметало мясо по подвалу. Дядька Семен своим клинком челюсти вырезал и в контейнер убрал. Падали за океаном слабонервные люди в обморок. Гордились своими солдатами. Сыпались заявки из лабораторий на свежую добычу.

Добрались до винтовой лестницы. Умник дядьку Семена в кадр не включал. Сочтемся славою, ведь мы свои же люди. Пошли, как в кино. Парами, прикрывая друг друга. Кеннеди с Акеллой в обнимку в дверь верхнего уровня выглядывают. Герда от лифтовой шахты их снимает. Героев для истории. Им бы еще флаг звездно-полосатый в руки, и быть Кеннеди опять президентами. А Умник, по законам жанра, страшилки снимает. Варево адское внизу с обломками лифта, оскаленные зубы на мумии старой, давно здесь лежит, но она ведь об этом в камеру не скажет. А картинка мощная. Намекает тонко на опасности. Вся страна смотрит канал, который в рейтинге где-то в конце списка был. Дракон на отходе обрезок трубы в «электру» кинул. Полыхнуло всем на радость. Последняя остановка перед вертикальной лестницей. Шоу уже пятый час идет. За право показа расстрела кровососа Си-эн-эн бешеные деньги предлагает. Нет уж. Сегодня не их день, перетопчутся. Первым наверх поднялись Дядька Семен и капрал Гонсалес. Тому совсем плохо под землей стало. На воздухе сразу лучше стал себя чувствовать. На ремнях винтовочных псов подняли, остальные быстро присоединились.

Артефакт за деревом нашелся, «медуза». Умник на дисплее безопасный маршрут вывел, Кеннеди за ценным приобретением сходил, прибрал.

В Чернобыле весь корпус у телевизоров сидит. Командующий своего начальника штаба спрашивает, удивленно так, но вежливо:

— Какая сволочь без моего ведома, пустила в Зону журналистов?

У начальника разведки больше вопросов было. Откуда взялась у лейтенанта вся эта техника? Как преодолен экран блокады? Что это за псы в бронежилетах и почему они не сожрали эту наглую ирландскую собаку? Но он спрашивать не стал, потому что не стоит задавать вопросов, если ты не знаешь хотя бы половину ответов. Иначе как ты определишь, что тебе лгут? Сидели чинно, радовались успехам. На втором часу шоу позвонил пресс-секретарь президента, полчаса назад министр обороны.

Заключали пари, когда раздастся звонок от Самого. Позвонили из объединенных штабов, попросили прислать отчет. Им вежливо посоветовали телевизор смотреть, великое изобретение, папа его Фарадей, изобретатель электричества.

В баре «Веселая плоть» тоже смотрели прямой эфир. Ставки делали на все. Кто группу ведет, первая кровь, количество выживших, сколько монстров по дороге найдут. Были там и толковые люди. Подняли архивы в режиме поиска и Акеллу вычислили. Умник движения в сети засек и информацию выдал на экран минутой раньше. Проводник группы в рамках совместного рейда майор отдела охраны периметра Акелла. Биологический вид — чернобыльский пес. Копия контракта с голосовой и генетической записью, послужной список, боевой счет, награды, парадный портрет. Все, как у людей. Только в графе образование прочерки стоят. Тут по всему миру «зеленые» телевизоры включили. Не обижают ли беззащитное животное? Кажется, нет.

Группа до надписи на асфальте дошла. Кеннеди аварийным маркером ее на американской речи продублировал. За убийство пса расстрел на месте.

Умник со студией связался. Сказал, что часа четыре еще идти, а приключений уже не будет. Просто марш-бросок на выносливость. И список группы сбросил телеведущему с домашними адресами, биографиями и привычками. Шоу должно продолжаться, выкручивайся белковый организм. Я с тобой. Вот тебе из секретных архивов записи с кровью. Не растерялся паренек в студии, поднял всех на ноги, две семьи в студию притащил, у остальных камеры дома поставил. От белкового и слышу, ответил. Умник ему свое любимое хокку послал, насчет лыж и асфальта. Тот понял, посмеялись. Спросил, с кем работает. Умник недолго думал, кем представиться. Самое тяжелое положение сейчас было у Юнца. Его влет раскололи. Компьютер, естественно, все разговоры подслушивал, при таком количестве приборов связи, это легко. Назвался Пашей Васильевым, звание, должность, награды. Невеста, ее творчество, клипы на выбор, адрес в Киеве. Телеведущий оказался человеком, благодарности не чуждым.

— Девчонки, нас вся Америка смотрит! — раздался в Киеве звонок из Чикаго.

Включили экран, на себя любимых в записи посмотрели, привет послушали доблестным союзникам офицерам Акелле и Паше.

— Ну, нет, чтоб сразу правду сказать, что ушел песика прогулять на природу, — сказала невеста. — Тогда я спокойна. Акелла за ним присмотрит.

Умник примерно на такую реакцию и рассчитывал. Угадал.

Ангар группа обошла с северной стороны, дольше, но безопасней. На асфальт выбрались и пошли в среднем темпе. Раз в пять минут показывал картинку с камеры Герды. Бутсы армейские по асфальту, винтовки на изготовку у груди. Бегут.

Следом карта с контрольными точками. Проходная на Свалку, пост под мостом, застава на Кордоне. Институты физические и разведывательные управления запись на паузу ставят и любуются. Глаз от карты не оторвать. Магнитная активность, глубина заражения почвы, линии проходов по касательным через пояса аномальной активности. Затихают люди у экранов, понимают, шоу кончилось. Это кусочек жизни. Парни бегут домой. КПП прошли не останавливаясь. Чуть темп сбросили. Псы завыли радостно, а у Кеннеди слух абсолютный, конечно, поддержал. И остальные тоже. Стая собак кинулась врассыпную. Один коричневый кобель на асфальте замешкался, тут ему и смерть пришла.

— Покоцали, — оценил Дракон.

— Зажмурили, — подтвердил лейтенант.

Он стал значительно лучше понимать язык. Сейчас его фразой корявой в непонятку не поставишь. Братва днепропетровская грузит барыг по беспределу, плюя на проплаченую мусорскую крышу. Все понятно. Братву зажмурить, мусоров покоцать. Или наоборот. Тоже мне, интеграл криволинейный по замкнутому контуру. Выгонят лейтенанта из армии, он к Дракону в банду пойдет. Из солдат хорошие бандиты получаются, не хуже чем из чекистов. Например, Ленька Пантелеев. Или майор Пугачев. Мелькает дорога под ногами и лапами, сливается серая лента. Через каждые сто метров карта. Все службы передачу пишут, дают данные на халяву, так не зевай. До моста дошли. Псы хвостами махнули, наверх ушли, к разрыву в колючей проволоке у вагона. Не захотели с обиженными солдатами общаться.

Встретился народ, обниматься кинулись. Лейтенант, услышав о ночном происшествии, посмотрел на наставника вопросительно.

— Не у всех все так гладко, как у нас с тобой, — вздохнул Дракон.

Рассказал, как Белого Пса у тварей продажных купили, как бродяг вольных на Кордоне вязали. А каждое действие рождает равное противодействие. Закон Ньютона. Один из многих. Действует и в Зоне. Ответ будет, ждите.

— Последний бросок остался. У моста на шоссе место опасное, собаки с кабанами стаями кругами ходят. Два с половиной километра осталось до заставы.

С дороги раздался кинжальный огонь.

— Пошли наверх, Роберт, — сказал сталкер.

Взобрались на насыпь. Расстегнул Дядька Семен рюкзак и достал оттуда два известных всему миру пакета. Часто они мелькали в новостях в последнее время.

— Один тебе для начальства, другой для тебя и парней. Старайся выжать все возможное. Снимай пост и иди навстречу. Это за вами с заставы патруль пробивается.

Пожали руки на прощанье. Лейтенант вниз побежал, сталкер под вагон залез к псам поближе. Прижались к рельсам, в шаге пройдешь, не заметишь.

— Жалко, не узнаем, чем дело кончилось, — огорчился Дядька Семен.

С чего бы вдруг, удивился Умник. Дисплей передатчика загорелся маленьким экраном. Не лаптем щи хлебаем, однако.

Еще минут десять на передаче шла беседа с теткой капрала Гонсалеса, когда внезапно картинка резко изменилась. Работала камера с крыши заставы. На финишную прямую перед южным блокпостом периметра выбегали «зеленые береты». Ошибся сталкер. Не патруль. Рота «Браво» в полном составе выходила навстречу группе. Так все вместе и возвращались. Выбрасывали билеты тотализатора игроки, поставившие на потери и кровь. Прогулялись по Зоне, словно по Дворцовой площади. Здесь были десятки ведущих и операторов от каналов Америки и Европы. Передавался из рук в руки бесплатный телефон, солдаты говорили с родственниками. Все в порядке, мы вышли. И другой номер, те же слова. Медики схватили своих подопытных кроликов и утащили их в лазарет, анализы брать. Лейтенант позвонил дяде конгрессмену, сказал, что есть серьезный результат. Тот заверил, утром в Чернобыле будет две комиссии из Вашингтона. Держись, сынок. Кеннеди засунул рюкзак с «черным ангелом» под койку и вытянулся во весь рост. Впереди была целая жизнь. Хорошо бы узнать, что сейчас делает старый Дракон и его псы? А еще лучше, пойти с ними на зубромедведей поохотиться.

Поглядев на счастливую улыбку спящего майора Кеннеди, начальник госпиталя не стал будить пациента. Сон — лучшее лекарство, пусть отдыхает.

Дядька Семен, убедившись, что с мальчишками заокеанскими все в порядке, спустился на дорогу, к костру брошенного полевого лагеря. Точно, все бросили. Даже три бутылки с джином. Непонятно нормальному человеку, когда водка елкой пахнет. Щелкнул связью, выругался про себя. Аппараты не забрал! Сейчас армейцы будут общий канал слушать! Наоборот, сообщил Умник. Мы их будем. У нас аппаратура послезавтрашнего дня. Радуйся и пользуйся, партнер.