Станислав Дубин – Мои Глаза Открыты (страница 6)
Начал он со всем присущим адвокатам снобизмом.
– У вас, Дмитрий, дома нашли портсигар с человеческими пальцами разных людей, бутылку из-под вина, предположительно с кровью, незарегистрированное оружие и следы выстрелов. Кучу налички и авиабилеты в Нью-Йорк.
Он печально вздохнул.
– Плохая новость номер один: к сожалению, вы больше не выездной.
Плохая новость номер два: ваши деньги пока вне досягаемости.
– Сука!
Ударил я кулаком в потолок, не сумев сдержать эмоций.
– Эй! Успокойся!
Невольно дёрнувшись и сжав кулаки, адвокат крикнул на меня.
– Ключевое слово – «пока». Если у вас есть заначка на чёрный день, лучше скажите, и я её привезу.
Он замер в ожидании ответа.
Я лишь отрицательно помотал головой.
– Жаль…
В его голосе прозвучала разочарованность.
Затем он тут же продолжил.
– Ваша соседка вызвала ментов. Говорит, слышала потасовку и выстрелы. Собственно, поэтому менты и приехали. Это всё, что у них пока есть. Вы с соседкой в каких отношениях? Договориться с ней можно?
– Соседку лично не знаю. Знаю, что там алкаши тусуются постоянно.
– Если повезёт, за бутылку договоримся с ней кое-что подправить в показаниях.
На его лице появилась самодовольная улыбка, будто он уже решил все проблемы.
– Вы что-нибудь говорили следователю Алексею, чего он знать не должен?
Его голос стал более угрожающим. Тихим…
Я физически чувствовал как его вопросы проникают мне под кожу.
– Это он сказал мне странную вещь: книги, которые выпускались под моим издательством, используют имена пропавших без вести людей.
– Странно. Мы думали, они копают под отмыв денег Рувима и прочие делишки.
– Откуда ты знаешь про Рувима?
По спине пробежал холодный пот.
– Валентин рассказал мне про все ваши дела. Говорю же, он мне доверяет. Значит, должны доверять и вы, иначе у нас ничего не получится.
Солнце тем временем кренилось к закату, заливая небо алым. В воздухе висела тяжёлая сырость. Дождь был не за горами.
– Дмитрий, вы называли имена, фамилии? Мне нужно знать, что записано на диктофоне.
– Давай сначала заедем поесть. Я не помню, когда последний раз ел.
– На месте всё необходимое уже ждёт вас. Вы же платите нам большие деньги. Потерпите немного.
– Набери ему, Валентину. Пусть водку приготовит, день напряжённый…
– Там не ловит. Он в любом случае занят изучением материалов.
– Просто странно, он с семьёй в отпуск собирался, вроде…
– Это какая-то проверка? Я просто чувствую от вас, Дмитрий, какую-то ауру недоверия. Я не знаю, чем там собирался заниматься Валентин. Знаю, что он мне позвонил и попросил о помощи. Сказал, дело серьёзное и что под угрозой не только вы, Дмитрий, но и ваши, скажем так, ближайшие партнёры по бизнес. Вернёмся к уликам. Откуда у вас пальцы людей, Дмитрий?
Каждый раз, когда он произносил моё полное имя, мне хотелось выбросить его из автомобиля. Кто-то где-то когда-то сказал: «чтобы расположить человека к себе, называйте его по имени чаще».
В его случае – обратный эффект.
– Давай перейдём на «ты», хватит моего полного имени.
– Хорошо, Дмитрий, как вам будет удобно.
С фальшивой улыбкой и наигранным смехом повернулся он ко мне, намереваясь установить зрительный контакт.
– Давай послушаем музыку.
Оборвал я его.
– Хочу отдохнуть, голову проветрить…
– Хорошо, Дмит…
Я посмотрел на него таким взглядом, что если он скажет «рий», то я буду переключать радиостанции его головой. Он явно понял мои намерения и молча включил радио.
Там обсуждали преступления, которые волновали общественность: рост уличной преступности, грабежи, мошенничество, проституцию и наркоторговлю, нападения на бизнесменов из-за экономической нестабильности. Также сказали, что общественность насторожена аномальным количестве мёртвых голубей. В связи с этим, выдвинули две основные теории: либо их гибель связана с нападением других птиц, предположительно ворон, либо это следствие техногенной аварии, которую человек ещё не успел заметить…
– О вас пока ничего не говорят.
Его голос заглушил голос диктора.
– Хороший знак. Иначе в информационном поле был бы негативный образ, а это сейчас нам…
– Да включи ты уже музыку, мать твою!
Сорвался я, не дав ему договорить.
Он молча начал переключать радиостанции, и каждый раз, когда включалась какая-либо песня, смотрел на меня, ожидая одобрения.
Типичный подхалим, одним словом.
Тем временем небо потемнело, а вдалеке уже слышались раскаты грома. Внезапная ослепительная вспышка молнии на секунду осветила всю дорогу.
«Раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь…» – раскат грома, будто вся машина затряслась изнутри…
Семь километров до грозы – по телу прошло приятное чувство из детства. Брат научил этому способу когда мы гуляли с ним в непогоду, занимаясь всякой ерундой, а после нас ругала мать за это. Спустя годы я узнал, что способ не работает, но привычка осталась.
На глазах чуть было не выступили слёзы.
Наша машина свернула на просёлочную дорогу и двинулась вглубь какой-то чащи…
– Мы где? – спросил я его.
Ответа не последовало.
– Эй! Где мы?
Он второй раз проигнорировал и просто повернулся, улыбнувшись.
В ушах застучало участившееся сердцебиение.
«Бей или беги».
В моём случае неудобно ни то, ни другое – скорость 70 км/ч, не выпрыгнуть, ни ударить не выйдет.