Станислав Дементьев – Четырнадцатый архидемон 2 (страница 9)
Жестокий удар в солнечное сплетение отбросил Валена на два шага. Лишь потом он понял, что произошло. Одной рукой красавчик защитился. А жестом второй запустил собственный летающий меч из ножен. У того не было места, чтобы повернуться к цели остриём – но и удар навершием заставил Валена согнуться. Красавчик потерял мгновение, отпуская управление техникой, неудобной на таком близком расстоянии, и подхватывая отскочивший к хозяину меч. Вален успел распрямиться и поднять собственное оружие.
– Да остановитесь же! – крик Люме перекрыл звон столкнувшихся клинков. Никто, конечно, даже не подумал останавливаться и давать противнику возможность убить себя.
Многие практики вообще не учились фехтованию. Для чего тратить время на это искусство смертных, если летающий меч можно направить к цели лёгким жестом, а со временем и одной силой мысли? Да как раз для таких вот столкновений лицом к лицу. Клинки завертелись в стремительной карусели выпадов и защит. Вален считал, что умение владеть мечом, плюс нож в левой руке, дадут ему преимущество. Но и полсекунды хватило, чтобы он увидел свою ошибку. Красавчик на вид казался не сильно старше Валена, но явно был опытным мечником. Не успели они обменяться десятком ударов, как он закрутил меч Валена, почти вывернув его из руки – и в конце этого же движения резанул по запястью. Вален отступил, уклоняясь от тут же последовавшего выпада в грудь – и лишь когда выпад перешёл в полёт меча понял, что просчитался. Надо было уходить сразу Лёгким Шагом.
Кажется, этот просчёт станет для него последним.
– Хватит!!! – теперь голос Люме прозвучал не как девичий крик, а как удар грома. Она появилась рядом с противниками словно из ниоткуда. Левой рукой отбила летающий меч красавчика, так что тот с металлическим стоном отлетел прочь и воткнулся в стену.
А правой ударила Валена в шею, сложив три пальца щепотью. Он не успел ни отреагировать, ни даже охнуть, как тело вдруг перестало его слушаться и мешком рухнуло на пол.
Тот, кого называли Нираэном Нином, одним из старейшин Секты Грозового Пика, привык действовать с величайшей осторожностью. Он и остальные Повелители Душ дважды забывали про осторожность прежде, опьянённые властью и бессмертием, возможностью менять тела как перчатки. Оба раза это оборачивалось для них полной катастрофой. Старейшина не испытывал ни малейшего желания присоединиться к своим коллегам, которых уже вторую эпоху удерживал на границе между жизнью и смертью Храм Восточного Неба. Ещё страшнее была перспектива нарушения великого плана, на который ушло больше трёх тысячелетий в тот момент, когда до его реализации оставалось в районе трёх десятилетий. Уже само пребывание поблизости от Досточтимого Грозового Пика являлось большим риском. Оправданным лишь масштабом угрозы, в которую мог превратиться Досточтимый.
Поэтому Нираэн не стал предпринимать ничего экстраординарного прямо в тот момент, когда заподозрил, что «неизвестный четырнадцатый», сумевший воспользоваться Ледяным Зеркалом для вселения в чужое тело и нарушивший тем самым монополию Тринадцати Повелителей, сейчас живёт под личиной Валена Вена. Если вскроется лишь то, что Нираэн завёл личных шпионов в Секте Шести Печатей – это легко будет объяснить. Разве не положено могущественному старейшине иметь собственную шпионскую сеть? А вот если его агентов поймают на попытках убить Валена – встанет вопрос о мотиве. Ну, не считая того, что Досточтимый Грозовой Пик вряд ли погладит по головке за покушение на родственников своей личной ученицы.
К счастью, Валена уже пытались убить. К несчастью, неудачно. Знать бы, чьих это рук дело. Нираэн подозревал культистов Зеффара. Из всех ветвей наследования Печатей Зеффара, род Вен был в наиболее шатком положении. Нынешняя хранительница на грани безумия и только двое носителей меток, к которым Печать может перейти после её смерти. Культисты давно мечтали обрезать наследование хотя бы одной печати, вернуть Зеффару его похищенный аспект.
Всё это, конечно, создавало новые осложнения для замыслов Досточтимого Грозового Пика и его союзников в Секте Шести Печатей, касавшихся Зеффара. Если их замыслы пойдут наперекосяк – кто знает, что из этого выйдет. Что они могут наворотить. Кто знает, не нарушат ли случайно великий план Повелителей Душ. В любой другой ситуации Нираэн крепко подумал бы, прежде чем покушаться на Валена. Из-за непредсказуемости последствий. Но устранение «неизвестного четырнадцатого» было наивысшим приоритетом. Даже если он и вправду стёр себе память, когда оказался в нынешнем теле. Чем дольше он жив, тем больше памяти к нему вернётся, тем выше шанс разглашения важнейших секретов
То, что горе-убийцы насторожили всех вокруг, усложняло техническую сторону задачи. Но, как говорится, мыслить надо позитивно: их действия предоставляли отличный шанс свалить смерть Валена на посторонних.
А всё же Нираэн не собирался пользоваться убийцами, связь которых с его обличьем старейшины можно установить. Сейчас, выбравшись, наконец, на тайную встречу с практиком, который не раз делал для него тёмные дела, он носил свободные одежды и маску, скрывавшую даже цвет глаз, а заодно искажавшую голос. Естественно, эти меры предосторожности служили только введению в заблуждение умников, способных увидеть сквозь них. Тело старейшины под ними было полностью изменено, аура замаскирована.
А вот тот, кто сидел по другую сторону стола от него, лица не скрывал. Лица красивого, как на картинке: правильные черты, гладкие щёки, светлая кожа, тонкие брови, длинные чёрные волосы, собранные в узел. Такие лица были примерно у каждого третьего мужчины-практика. Более того, практика превратившего себя в подобный идеал красоты другие неосознанно считали посредственным и ничтожным. Подражателем, лишенным собственного пути. Нираэн вынужден был отдать должное собеседнику: такой дерзкий способ маскировки пришёл бы в голову немногим.
Впрочем, заурядный практик, не выделяющийся из остального стада, не удостоился бы личных заданий от Повелителя Душ.
– Слушай меня внимательно, Фанмаар. Ты знаешь владения Секты Шести Печатей лучше многих. Лучше самих Наставников этой секты. Если есть на свете человек, способный найти Валена Вена и сделать так, чтобы он никогда не вернулся домой – это ты.
Нираэн толкнул к Фанмаару – имя вряд ли настоящее – нефритовую табличку и два пространственных кольца.
– Это задаток и на расходы.
Тот быстро проверил волшебные предметы.
– Ого! Да тут хватит нефрита на основание собственной секты.
– Трать как знаешь. Я не буду тебя винить, если ты не добьёшься ничего – ветер в поле искать непросто. Но если ты сможешь избавить мир от Валена – получишь вдвое против этого. И не простыми духовными нефритами, а пилюлями или редкими ингредиентами по выбору. Понял? Согласен? Так приступай.
Глава 6. Расклад
Лайда Лин не походила на мать такой красавицы как Люме. Да и вообще на чью-либо мать. Ростом она была невелика, с почти мальчишеской фигурой. Дочь взяла у неё лишь роскошные огненно-рыжие волосы и хвост, да правильные черты лица. Могло показаться довольно забавным, когда такая малышка грозит людям или смотрит на них сверху вниз.
Вот только Валену было не до смеха. Сидение в колодках, притягивающих руки к ногам, и бьющих тебя крайне болезненными электрическими разрядами, стоит чересчур резко шевельнуться или попытаться циркулировать духовную энергию, не способствует веселью. Как и пребывание в сыром и тёмном подвале, освещённом тусклой масляной лампой. Обстановка намекала: Лайда не сильно боится мести за такое обращение с учениками Секты Шести Печатей. Она не планирует выпускать их живыми? Желает использовать как заложников? Так или иначе, опасно выдавать ей, что помощь может прийти буквально в любой момент.
– Если нас немедленно освободят, я обещаю, что мы согласимся считать это всё одним большим недоразумением.
Лайда наклонилась вперёд, словно желала рассмотреть его получше:
– Ты очень дерзок для обнаглевшего наследничка. Который вломился в наш родовой дом, напал на моего будущего зятя и попытался изнасиловать мою дочь. Преступления в самый раз для негодяя, чьи дурные дела на слуху у половины Секты Шести Печатей. А я-то сомневалась, когда слышала, что в наставническом роду завёлся такой разбойник, подлец и мошенник. Хммм… кажется, ещё и мужеложец. Но красота моей дочери общеизвестна, конечно, ей мог соблазниться даже ты.
Несколько вдохов Вален думал о том, чтобы сыграть мальчишку, ошеломлённого и раздавленного несправедливыми обвинениями. Это был предсказуемый и потому наиболее безопасный путь. Показать Лайде то, чего она и ожидает, дождаться Кантоса. Или попытаться поговорить откровенно, не как мальчишка, а как практик, разбирающийся в политике? Спокойно объяснить, почему она совершает большую глупость? Но не успел Вален принять решение, как Наттар возмущённо закричал:
– Это подлая клевета! От первого до последнего слова! Я пере…
Лайда махнула рукой и один из двух рослых стражников, сопровождавших её, пнул Наттара. Легонько, вполсилы. Но сейчас юноша не мог ни защититься, ни циркулировать духовную энергию. От удара он опрокинулся и проехал шага три боком по каменному полу.