Станислав Дементьев – Четырнадцатый архидемон 2 (страница 13)

– Надо, дура ты этакая! – воскликнула Лайда, прежде чем устремиться к Валену. Тот казался парализованным происходящим. Один быстрый тычок в узел меридианов – и он отключится.

Вален именно что казался. Он искусно скрыл свои намерения. Но Лайда всё-таки превосходила его на один цвет и на несколько десятилетий опыта. Провести её было куда сложнее, чем какого-нибудь бессмертного барса. Поэтому в тот момент, когда Вален переместился Лёгким Шагом, а навстречу её начинающемуся удару полетел выхваченный из пространственного кольца предмет, она элегантным движением выхватила из воздуха тонкостенный сосуд с кислотой – тот лёг в её руку как на мягкую подушечку.

 Но неожиданная угроза отвлекла её внимание и духовное чувство. Сказалось и её внутреннее расстройство. Она не успела предсказать, куда переместит Валена его техника. Потратила целых полсекунды на то, чтобы пробежать взглядом по подвалу – и тут её разум кольнули невидимые шипы, предупреждающие об опасности сзади! Мальчишка попытался не отскочить подальше, а сразу занять позицию для атаки?

 Вален успел немного подумать о том, как быть, если его противником окажется Лайда. Или Люме. Сейчас он рассчитал всё верно. Ему просто не хватило скорости. Лайда перелетела на другой конец подвала Лёгким Шагом в тот момент, когда второй сосуд с кислотой уже коснулся кончиков её волос. И он лишь разбился о пол, не причинив никакого вреда.

– Мелкий ублюдок! – её лицо перекосилось от вполне понятной злости. Почти получить серьёзный удар от мальчишки лет на тридцать младше и на цвет ниже – унизительно для всякого, в ком ещё осталось хоть немного гордости бойца.

– Люме! Ты назвала себя практиком Секты Шести Печатей! Это тоже было фальшью?

 В следующий миг Лайда прыгнула вперёд. Но Вален не успел даже подумать «мне крышка», как Люме устремилась ей наперерез.

– С меня хватит! Парни, не вмешивайтесь в семейное дело!

 Она сумела поймать руку матери, на миг казалось, будто сумеет и бросить её спиной об пол, использовав инерцию её собственного прыжка. Но Лайда немыслимым образом извернулась в воздухе и приземлилась на обе ноги. Вален не успел толком заметить, что произошло дальше, как Лейме отшатнулась на три шага. Рукав её платья ниже локтя разлетелся в клочья, она сжала и разжала ладонь, словно проверяя, работают ли пальцы.

– Что за… что за безумие на тебя нашло, Люме! Что они тебе наобещали?!?

– Ничего особенного. Просто напомнили, что я – ещё ученица Секты Шести Печатей, от которой я видела только хорошее.

 Вален меж тем подскочил к Наттару. Но тот уже и сам поднимался с пола.

– Жив?

– Вроде да, – Наттар потряс головой, избавляясь от звона в ушах. Он успел вовремя сгруппироваться и ему повезло. Неудачный Лёгкий Шаг запросто может искалечить практика.

– Не лезь пока.

 Лайда дышала тяжело, словно злость физически сдавила ей грудь:

– Ты наследница клана Лин! Или уже решила об этом забыть? Забыть про всю твою родню, про маленькую Лейме?

– А чем я вам помогу, если всё пойдёт по-твоему?!? Если Обалас ещё до свадьбы творит такое в чужом доме – что дальше будет?!? Только как ученица великой секты я смогу кого-то защитить!

– Как ученица великой секты?!? Секте Шести Печатей плевать на пришедших извне учениц! Ты там никто и звать никак! Или… решила, что этому мальчишке-наследнику можно продать себя выгоднее? Да с чего ты взяла, что продаёшь, а не отдаёшь задаром?!?

 Люме устремилась вперёд. На этот раз она не стеснялась наносить удары, целясь сложенными пальцами в узлы меридианов матери. Скорость атак была такой, что даже с духовным чувством Вален замечал не все.

 Он знал про этот стиль рукопашного боя. Столкнулся с его начальной формой ещё на «Восхождении из бездны». Потом Арама объяснила ему всё. Надавив кончиком или костяшкой пальца на меридиан противника, мастер боевых искусств мог, до определённой степени, обойти защиту, которую духовная энергия практика автоматически создавала на пути враждебной духовной энергии. Вбросить враждебную силу ему прямо в естественный круг циркуляции. Всё равно, что проникнуть в укреплённый город через тайный ход, вместо того, чтобы пытаться проломить ворота. Всё равно, что обезвредить волшебное сокровище, направив разряд в место повреждения узора. С одной стороны легче, с другой – требует знаний и большой точности. На уровне серого ядра такие удары могли причинять острую боль. На уровне двух цветов – мгновенно парализовать или даже заставить всё тело взорваться изнутри. У этого стиля было много вариантов с разными именами и одно, общее для всех, достоинство: он позволял обезвредить и убить противника, явно превосходящего по физической силе и крепости тела. Но были и два недостатка. Первый: сложность в изучении. Если ты не родился с нужными задатками, с исключительной координацией движений, с особыми суставами, с обострённым духовным чувством, которое постепенно позволит видеть циркуляцию противников, а не просто запоминать, где меридианы у человека – он потребует абсолютной концентрации на боевых искусствах, в ущерб всему прочему. У Валена из этих задатков имелось лишь духовное чувство. И Арама сразу сказала, что подобный стиль ему не подойдёт.

 Сама она изучила особенно жёсткую его форму, Пять Пальцев Смерти. Но лишь как вспомогательное средство в своём арсенале. Так как был ещё и второй недостаток…

 Лайда контратаковала, снова ударив ладонью. Но на этот раз Люме встретила ладонь матери своей собственной. Бум! Столкновение двух заряженных духовной энергией рук создало воздушную волну, от которой задрожал весь подвал, посыпалась на пол посуда из ещё одного стеллажа, хлопнула дверь в коридор. Лайда отчего-то не привела с собой стражников клана, но теперь они скоро прибегут, даже если до этого спали на посту.

 Мать не выдержала удара дочери, отступила на два шага. Шпильки, удерживавшие её причёску на месте, вылетели, длинные волосы забились как под сильнейшим ветром. Люме действительно превосходила Лайду по запасу духовной энергии – а значит была быстрее, сильнее и лучше в подобнных атаках. Она тут же попыталась использовать завоёванное преимущество. Её руки рассекли воздух, Вален даже не мог бы сказать с точностью, ударила ли она четыре раза или пять…

И все выпады её пальцев упёрлись в невидимый барьер, вдруг окруживший Лайду, словно надетый поверх одежды доспех – только еле заметные круги зелёного света разошлись по воздуху.

 Второй недостаток Пяти Пальцев Смерти и всех подобных стилей – то, что на завершённости формирования воли девяносто девять практиков из ста приобретали умение создавать такой вот барьер. До ультимативной защиты ему было как до Небесной Реки пешком, конечно. Равный по цветам практик мог проломить его акцентированным ударом. Он очень быстро пожирал духовную энергию хозяина. Именно поэтому Вален вместо удара мечом или отравленным ножом пытался облить Лайду кислотой, которая заставила бы держать барьер как минимум несколько секунд, пока не стечёт. Но вот против быстрых-но-слабых атак, таких как выпады пальцев Люме, барьер воли действовал идеально, просто не позволяя им коснуться тела!

 А сама Люме ещё не достигла завершённости своей нынешней стадии. Ответный выпад матери заставил её правую руку обвиснуть плетью, а дыхание – мгновенно сбиться. Она поспешно отскочила на четыре шага – но не вышла из боевой стойки, её взгляд не утратил решимости, лисий хвост не обвис тряпкой.

 Лайда покачала головой:

– Всё-таки решила пойти по стопам Белой Лилии, дочь моя?

 Вален понятия не имел, о чём это она. Уж если у него не было времени на многие крайне полезные вещи, то на знакомство с популярными историями времени не было тем более.

 А вот Наттар сразу понял отсылку. И среагировал как обычно:

– Эй, старая лиса! А причём здесь Белая Лилия? Её назвали подлой предательницей рода потому, что она смирилась с рабством. Только кто же тут собственную дочь за рабыню держит, а? А?

Вален подумал было, что Наттар сейчас в третий раз за ночь нарвётся на удар. Но вместо этого Лайда прикусила губу, её уши задрожали. Что, серьёзно? Главу клана, поднаторевшую в подлостях, давно вставшую на путь торговли собственными детьми, проняла такая мелочь? Надо ковать железо пока горячо. Через пару секунд она задавит неожиданный приступ совести всё тем же гневом.

 Он шагнул вперёд, заслонив Наттара собой, и согнулся в уважительном поклоне, накрыв ладонью кулак:

– Старшая Лайда Лин! Боюсь, что между нами произошло огромное недоразумение! Вы, по недостатку информации, считаете меня тем самым негодяем, которым я прослыл в Секте Шести Печатей. И потому думаете, что я непременно буду мстить за унижение. Но я уверяю вас – меня оклеветали. Вы же сами знаете про борьбу партий у нас в секте! Вы же сами знаете, что для таких мелких пакостей я уязвимее других, потому что за мной нет большого рода, одна мать. Вы же сами знаете, что через наследника можно попробовать ударить по ней. Ну подумайте же – если б я был такой тварью, разве стал бы я разгуливать по землям секты без сильного телохранителя, который прикроет меня и заметёт следы, какую бы дичь я ни натворил?

 Да уж, упоминать про Кантоса пока не стоит. А то Лайда ещё решит, что её единственный шанс – взять заложника.