Соня Стонн – Адом (страница 11)
– А-а, может быть нет или…немножко и помню, – говорила она, не обращаясь к нему напрямую, а слова фильтровались далеко в сознании и доходили наружу не в целостности.
Он больше ничего не сказал ей за сегодня и Вас тоже: у него сжималось сердце и становилось невыносимо одиноко, но он справится.
У входа на борт корабля их встретила пара, – женщина и мужчина, – в белоснежной униформе. Приняв девушку, они направились вглубь корабля, попутно расспрашивая её о всякой ерунде: почему она надела каблуки или какой парфюм ей нравится. Вас же счёл это забавным, посмеялся про себя и медленно поплёлся за ними в след.
Ⅳ
Скрывшийся в густой темноте корабль пошёл на взлёт: двойная мембрана купола раскрылась, впустив его в промежуточное пространство; следом закрылась первая и, обратно последней, раздвинула створки наружная, почти прозрачная оболочка верхней части. Поражающий воображение космический простор принял в себя, – относительно его самого, – малюсенький кораблик. Маршрут был прост и быстр: требовалось всего два часа, чтобы добраться до места – приблизительно на евразийский континент ближе к полюсу и морю. Но команде было суждено задержаться. Начальство по стажировке с Аполлона отдало запрос о подготовке к принятию обучающихся на Землю позднее, чем ожидалось. В течении десяти минут его рассмотрели и уведомили, что выдача разрешения на посадку займёт время; причина была не совсем ясна. Верха узнали, что те, – что в городе – улаживали конфликты, связанные с раздачей ресурсов, и о них не очень-то желали отчитываться в открытую перед Орбитой. Как бы получилось, что их застали в врасплох, но Орбиту подобные новости не волновали, и они предупредили, чтобы те принимали поскорей меры, давали добро на приземление. Дорого растянулась и корабль завис на одной из остановок, ожидая разрешения на посадку.
Франческа блуждала по застеклённым, тускло освещённым и уединённым проходам, после того как провела краткий экскурс о том, как себя должен каждый вести, куда идти для того и того, что есть, где пить, куда спать и почему остановились между Орбитой и Землёй. Она медленно прошагивала и втаптывала интересное комканное напольное покрытие, разбегающееся от её ног, и наблюдала за такими любимыми ею звездными путями, выглядывающих с Магистрали. Там же она ещё и усмотрела парочку рабочих на Магистрали: они растягивали, разбавляли, вылавливали сверкающую крошку, укладывая и укрепляя пути на своё усмотрение.
Из туннелеобразного коридора слабым эхом раздался голос:
–Я видела…м-мм звёзды! Да их на пальцах не счесть и которые на ногах… Эти звёзды – мы, но другие… Понимаете?..
Омнис шла и выстукивала каблуками, а по бокам от неё держались двое в белоснежных одеждах. Они придерживали её за плечи, бормоча что-то невнятное, странно подбирали слова и поддакивали. Встретив взгляд Франчески, Омнис недвусмысленно вырвалась из легкой хватки сопровождающих и, обхватив её за поясницу, крепко прижалась в объятиях.
–Ах? Омнис? Привет! – протягивала Франческа сквозь мягкие волосы, уткнувшиеся в неё.
Пара смотрителей нисколько не удивились и приняли ожидающий вид, сложив руки по бокам.
Омнис горячо дышала на ухо Франческе, и ей поначалу казалось, что это очередной чудной её импульсивный поступок, но та опешила её странным заявлением:
– Всё будет в порядке (в этот раз всё будет по-другому) не переживай за меня…и…за Васа, – убаюкивающе шептала Омнис, – мне нужно два Земных дня…ещё немного и потом…
Франческа плохо разбирала слова, но смогла уловить такой характерный для Омнис тон, который она знала ранее; и не успела та что-либо ответить, как блаженно сдавливающие объятия покинули её, а Омнис равнодушно возвратилась с своим забавно разодетым «надзирателям». Когда Омнис ушла и к Франческе вернулась способность мыслить, её как громом осенило: с ней только что говорила настоящая обладательница того тела. Она сразу задала себе вопрос: «Как давно она вернулась в былое сознание и намерено-ли? Когда встретилась с ней. Было запланировано или нет?» Рассуждала дальше: «Если бы Омнис хотела предупредить о чём-то важном, то наверняка бы устроила для этого встречу, она бы смогла, и, в таком случае, предостерегала меня в более формальным образом – значит ей было необходимо просто дать мне знать, что она
* * *
—Да-а что с вами не та-а-ак?! – вскричал возбужденно Леон на шумевшую и ликующую группу, по его мнению, они вели себя несносно, и ему нужно было срочно всех приструнить. – Дисциплины! Я требую!..
Такие же возбуждённые от серьёзности предстоящего задания молодые люди, словно впав в ребяческую ярость, разнесли в хлам, спокойно стоящие в межкомнатном зале тренировочные манекены каких-то существ. Леон тоже был на их общей волне воодушевления, но посчитал, что предоставленная ему власть в виде некого предводителя, не давала ему права вести себя как-то иначе, о он продолжал буянить, пока не устал кричать и смеяться.
– Так-с они ж тут и стояли, ждали нас пока мы не сломаем их, – обратился Иван к Леону, похлопывая его по плечу, последний который даже чутка вздрогнул, – да и не вижу я здесь каких-либо видимых ограничений.
Слова Ивана звучали как помилующий приговор для Леона, и он, неожиданно быстро остыл и пригласил его сыграть в партийку другую в шахматы, желая поскорей отвлечься от навязчивой совести.
Девушки вели свою войну: делёжка комнат началась заблаговременно, а несчастный автомат горячих напитков никак не мог передохнуть – всё требовалось с него удовлетворить чью-то минутную потребность. Миниатюрные роботы, – как раз для человека под размер, – катались там и сям, хлопоча беспрерывно приходящими обязанностями. Просторные комнатки на двоих чередовались кругом, где в центре соединял их обширный холл с проходами дальше, увешанных яркими подписями. В личных апартаментах витала невероятная обстановка: в каждом имелась своя огромная уборная в бежевых оттенках, размером с саму комнату, последняя которая имела наполовину остеклённую стену, переходящую в потолок и пол. Было всё предусмотрено и устроенно до мелочей, даже многократно встречались инструкции о том, как пользоваться неизвестными приборами.
Галлон с Адрианом заняли самую крайнюю комнату, не успев на «аукцион» – им досталась последняя. Галлона снова тянуло с титанической силой в сон, но сначала душ – это было обязательной привычкой. Адриан отозвался на подобное заявлением тем, что он хотел для начала проверить свои резаки на остроту и зайти к специалисту по яредным реакциям: его волновали симптомы, возникшие недавно, а именно, что ему приходилось непроизвольно наблюдать круговорот частицы, вперемешку с цветастыми нитями. Устроившись в комнате, Адриан напоследок предложил взять лезвие Галлона. Получив согласие, он вышел, обвешанный четырьмя резаками. Три из них, его собственные, тянули килограмм на тридцать пять – Адриан не доверял легкому оружию, а последний свой комплект заказывал клинки на свой вкус.
Галлон по привычке раскидал вещи и зашёл в ванную комнату, где обнаружил широкий джакузи, встретив резкую находку с безразличием принялся за дарованные «подношение». Рядом него теснились водонепроницаемые инструкции, он осмотрел их и подумал: «Для желторотых. Кто не знает, как пользоваться шампунями?», а потом кинул туда откуда взял, но одна выпала, и ему пришлось её поднять. Эта выделяющаяся и непохожая на других: бумажная пластинка привлекла его внимание больше других. Прижав её своим взглядом, начал читать: «…ТП-07 – примесь, вводимая вместе с веществом любому обладателю какой-либо яредной реакции. Её свойство заключается в наличии микроскопических механически сознанных клетках, имитирующих местную среду. Эти клетки находятся в замороженном состоянии, пока их не работу не активируют дистанционно, или пока одна из этих клеток не уловит превышающую норму концентрацию любого из ярда, в случае последнего происходит автоматическая ликвидация агрессора…манипулирование сознание, привычками…во благо…»
Не придав прочитанному особого смысла, он кинул бумажку к остальным. Следом набрал воды и настроил подходящую температуру – намесил вкусно пахнущих разноцветных гелей для душа и других приблуд: бомбочек скрабов и всего прочему, что смог найти.
Через полчаса, когда вернулся Адриан, Галлон всё ещё был там.
«Уснул что ли?» – подумал тот, но он не спал, а был охвачен разбором своих мыслей по полочками, найдя обстановку компетентной для такой важной задачи.
– Галлон! – позвал его Адриан, собравшись продолжить последующим предложением.
– Я иду, – ответил он ему наперёд.
– Ты уже знаешь? – слегка удивился Адриан на встречное заявление и продолжил: – Наши собираются на ночь посиделки устроить перед первым заданием, промести «посвящение»; сказали, что парни уже разобрались как открыть потолок, чтобы посмотреть на космос.
Галлон не очень хотел как-то затрачивать энергию, – которая непременно уйдёт в минус с завтрашней бодростью, если он сейчас не проспит, – но что-то подсказывало ему, что смысл где-то там, всё-таки, присутствует.
– Да, сейчас буду, – отвели он через дверь и вылез из ванны.