Соня Кирш – Псаммит. Наследие первых планет (страница 7)

За массивными дверьми послышались быстро приближавшиеся шаги примерно двух десятков человек. Двери были не заперты, в этом не было уже никакого смысла. Массивные створки резко распахнулись, и зал быстро стал заполняться солдатами в сверкающей чернотой форме. В мгновение они обезоружили всех, кто был вооружен, и сместили собравшихся ближе к центру, окружив со всех сторон. Ведар не сопротивлялся и сдал оружие, отчетливо понимая, что он не только в меньшинстве, но и что сражаться даже с одним из воинов Армады было бы нелегкой задачей. Все солдаты были на голову выше его, и значительно шире в плечах.

Ряды синхронно расступились, пропуская вперед своего командира и господина, законного правителя Мерт-сегера и колонизированных Мер-ура и Анти. Каан, огромный и грузный человек с темными вьющимися волосами и голубыми глазами, имел по истине королевский вид. Даже более величественный, чем у самого Контара, учитывая его сегодняшнее положение. Одет он был в черную форму, как и солдаты, но, кроме наплечников и наручей, на нем была массивная броня, начинавшаяся вокруг шеи и спускавшаяся по груди и животу до самого паха. Чуть ниже бедра были пристегнуты кобура и ножны с оружием, таким же черным, как и вся броня. По левому наплечнику спускался золотой знак змеи, символ его рода и планеты Мерт-сегер. Рядом с Кааном шел мальчик девяти лет с такими же темными, вьющимися волосами и пронзительно-голубыми глазами. Каан остановился по центру образованного солдатами круга, не приближаясь к членам семьи Хетикор. Мальчик остался позади, с интересом рассматривая пленников.

Его отец суровым взглядом обвел весь зал, поочередно задерживаясь на каждом из присутствующих. Его внушительный вид, вид человека, выступающего с позиции силы, делал его невообразимо выше и крупнее оппонентов. Но была в его фигуре или даже позе какая-то чуть заметная, но довлеющая усталость, которая могла сойти за разочарование и даже за глубокое внутреннее опустошение.

– После стольких лет… ни стула, ни напитка не предложишь, не говоря уже о горячем ужине? – Неожиданный вопрос незваного гостя застал короля врасплох.

Контар ожидал оскорблений, угроз, обвинений или даже мгновенной расправы, но никак не просьбы отужинать. Он жестом приказал стражникам принести все необходимое.

– Твоя жена и дети? – переведя взгляд на королевское семейство, продолжил незатейливую беседу Каан, от которой, впрочем, веяло смертельной угрозой.

– Королева Зема, моя жена, – Зема подошла ближе и склонилась в почтительном поклоне перед врагом своего короля и всего своего народа. – Мои наследники, Зизеро и Зеорис, – близнецов тоже поднесли ближе, чтобы их можно было рассмотреть, но оставили на достаточно осторожном расстоянии.

Лицо Каана как будто смягчилось при виде королевы и ее детей. Возможно, его восхитило, что их не отослали и не спрятали при первой же возможности. Казалось, заветы предков двух правящих семей жили даже теперь, ведь встретить своего врага лицом к лицу подобало достоинству королей.

– Мой сын, молодой Каан, – указал гость на мальчика с глазами цвета льда, который оставался также неподвижен на своем месте, выделяясь из строя солдат лишь ростом.

У семьи Каан было не принято пользоваться именами, данными при рождении. Лишь немногие избранные удостаивались права знать имена семейства. И в доме врага не было и шанса быть представленным по-другому.

– Что ж, когда приветствия произнесены, что ты намерен делать дальше? – с издевкой спросил Контар.

– Я мог бы вас всех убить, – пугающе быстро ответил Каан.

– Если бы ты хотел это сделать, то не вел бы долгих бесед. К тому же наша смерть не даст тебе ничего, кроме продолжения войны. Ты знаешь, что наши войска еще не истощены, и в нашей семье достаточно тех, кто унаследует власть в случае нашей смерти. Захватить Исиду полностью тебе никогда не удастся, не говоря уже о колониях.

– Ты прав, Исида мне не нужна. – Каан грузно опустился в массивное кресло, которое ему принесли, и одним залпом осушил поданный бокал. – Да и убивать семьи правителей было бы дурным прецедентом.

Присутствующие едва заметно зашевелились на своих местах, как будто все это время стояли, задержав дыхание, и наконец выдохнули. Из сцены, в которой все они вот-вот будут убиты один за другим, действо превратилось в сцену переговоров. А раз так, то и напитки будут не лишними. В зал внесли небольшой стол и расставили выпивку и закуски, которые на ужин все же не тянули.

Контар сел напротив Каана, визуально сравнявшись с ним положением. Хотя положение Каана все равно было выше, ведь это его войско захватило дворец и его солдаты окружали правящую семью с оружием. Чтобы придать себе более расслабленный вид, Контар откинулся на спинку кресла, сделал глоток и уже без злобы спросил:

– И чего же ты хочешь?

– Прекращения войны, само собой. На моих условиях. Сколько бы ты ни хвастался своими резервными войсками, они не так многочисленны, и моральный дух их давно пал. Сражения с ними уже и на сражения не похожи. Бессмысленное кровопролитие. Но у меня есть оружие посильнее армии. Это слово короля. И я пришел им воспользоваться! – Голос Каана был низким и властным, его взгляд проникал в самую душу собеседника. – Ты помнишь те времена, когда мы были молоды? Наши планеты жили на равных, проявляя друг к другу уважение.

– О каком равенстве ты говоришь? Мерт-сегер – такая же колония, как и все, созданная нами. Колония, которую твой род захватил несколько веков назад. Колония отступников.

– Оставь эти речи для своих агентов, распространяющих ложь в колониях, – спокойно произнес Каан. – Ты прекрасно знаешь, что твои предки нашли на Мерт-сегере, исследуя планеты на предмет колонизации. Наш народ. Достаточно развитый, чтобы не стать вашими рабами. Этому есть подтверждения. Например, наш язык или хотя бы то, как сильно мы отличаемся от вас.

Контар не стал опровергать эти слова, а кинул быстрый взгляд на солдат Армады, темноволосых, крепких и рослых, как на подбор. Такими размерами не могли похвастаться даже самые крупные воины его армии.

– Наша независимость была признана. Когда-то твоя семья выбрала не путь войны, а путь сотрудничества, рука об руку с нами расширяя влияние в космосе. Мой народ с планеты черных песков колонизировал и заселил две прекрасные планеты – Мер-ур и Анти, а твой, рожденный на Исиде, – Бату и Айхи. Наши семьи взаимодействовали и делились опытом, пройдя путь, который в одиночку не смогли бы ни одни, ни другие. Неужели именно мы должны стать теми правителями, при которых все это превратится в прах?

Контар слушал внимательно, в его груди все еще горел огонек, разжигаемый гордыней и унижением от сегодняшнего поражения. Но он сдерживал его внутри, понимая, что в словах его противника есть правда. Что этот мир нужен ему даже больше, чем тому, кто его предлагает.

Отпив немного из обновленного бокала, Каан продолжил ультимативным тоном:

– Ты отзовешь все свои корабли от моих планет и останешься только в зоне своего влияния. Я сделаю то же самое. Кроме того, одна из твоих колоний перейдет в законное владение моей семьи.

– Этому не бывать! – Контар взорвался, резко подавшись вперед к своему противнику. – Хетикор никогда не признает законность такого перехода. На основании чего? Того, что ты захватил один дворец и угрозами заставил меня дать согласие? Это вас почти не осталось: ты да пара твоих детей. А Хетикор сильны как никогда.

– Что ж, значит, ты сделаешь этот переход законным, – все так же твердо ответил Каан, не без причин уверенный в окончании сегодняшних переговоров в его пользу. – Какая из колоний переходит в наследование твоей дочери? – Каан кивком головы указал на близнецов.

– Принцесса Зеорис получит право управлять Айхи по достижении совершеннолетия, – выпалил один из советников, не дав королю успеть извергнуть накопившиеся проклятия.

– Айхи? Так тому и быть. Пора объединить два рода и поставить точку в наших разногласиях. По достижении совершеннолетия Зеорис перейдет вместе со своим наследством в семью Каан, создав законный союз с моим сыном. Наполните бокал мне и вашему королю, обсудим детали. И никто отсюда не выйдет, пока мы не поставим свои подписи.

Глава 6

Кили разместили в небольшой отдельной каюте, дальнюю часть которой прямо под широким прямоугольным иллюминатором занимала кровать. Справа располагался компактный стол со встроенными голографическими экранами и панелью управления, а слева – ряд узких шкафов и пустых открытых полок. Прямо за входной дверью Кили обнаружила вход в небольшую уборную с душем и туалетом. Светло-серые стены и глянцевый пол комнаты вызывали ощущение стерильной чистоты, а белая линейная подсветка по периметру потолка создавала мягкое освещение и интересный визуальный эффект, немного расширяя это крошечное пространство.

Кили подумала, что ей хватило бы часа, чтобы превратить эту каюту в свалку, если бы ей разрешили захватить с собой пару вещей. Эта мысль заставила ее улыбнуться. Ноги немного гудели после событий долгого дня, и она уселась на кровать перед иллюминатором. Вид, открывавшийся из этой части корабля, был, наверное, не хуже панорамного вида из командного модуля. Полностью просматривалась правая часть строя блестящих черным цветом боковых кораблей, несколько кораблей верхнего эшелона и за ними яркое свечение звезд, которое представало в виде яркого диска. Такой эффект создавался благодаря высокой скорости передвижения в космическом пространстве, и Кили это хорошо знала. Ей было не впервой наблюдать эту картину. В памяти воскресали отрывки прошлых космических путешествий, которые они совершили вместе с отцом, когда скрывались на Исиде и Бате, а впоследствии совсем покинули родные планеты и бежали в далекую отделившуюся колонию. Тот полет был самым долгим из всех, совершенных ими, и Кили провела много дней, сидя так перед иллюминаторами и изучая это странное завораживающее свечение.