Сона Скофилд – Принцесса с проклятой кровью (страница 12)

— Вам холодно, — сказал он, подходя ближе.

Это не был вопрос.

— На севере, вероятно, это считается удивительным наблюдением.

— На севере это считается поводом не стоять на ветру без необходимости.

Я взглянула на его плащ, на снежную крошку на темных плечах, на лицо, которое холод, кажется, только делал резче.

— А вы, как я вижу, необходимы себе в любой погоде.

— Привычка.

— Полезная.

Он кивнул на дверь постоялого двора.

— Через четверть часа едем дальше. Внутри теплее.

— Как заботливо.

— Как практично, — поправил он.

— Вы разочаровываете во мне женщину, которая еще способна поверить в галантность.

— Мне казалось, вы давно не относитесь к числу доверчивых.

Я посмотрела на него прямо.

— Какая жалость, что вы правы.

На миг между нами задержалась странная пауза. Не уютная. Не легкая. Скорее та, в которой двое людей слишком внимательно понимают, что разговаривают не по правилам, и все же продолжают.

Потом он просто открыл передо мной дверь.

Внутри пахло дымом, хлебом и мокрой шерстью. Я прошла мимо, и только когда села ближе к огню, поняла, что за эти два дня он ни разу не попытался заговорить со мной как мужчина, которому досталась женщина. Только как человек, отвечающий за путь, безопасность и собственный дом. Это злило меня не меньше, чем облегчало.

На четвертый день к полудню воздух изменился.

Стал суше. Острее. Холоднее.

Даже снег тут казался другим — не мягким столичным пеплом, а тонкой стеклянной пылью, которая режет лицо и не любит чужих. Земли Дорна встретили нас серыми скалами, черным лесом и редкими башнями дозоров на холмах. Чем дальше мы ехали, тем меньше становилось деревень и тем заметнее — вооруженных людей на границах дороги.

Здесь не прятали силу за гербами и шелком.

Здесь ее держали на виду.

К вечеру я увидела его дом.

Он стоял на каменном подъеме, почти вырастая из скалы. Не дворец — крепость, в которой когда-то, вероятно, забыли вовремя приглушить суровость ради красоты. Высокие стены темного камня, узкие окна, зубцы, башни, внутренний двор, в который ветер входил как хозяин. Никакой королевской легкости. Никакого блеска. Но в этом месте было то, чего не хватало многим роскошным залам столицы: ощущение настоящего веса.

Я вышла из экипажа, и холод ударил мне в лицо так резко, будто хотел проверить, из чего я сделана.

Во дворе уже стояли люди.

Не в праздничном строю.

Не в церемониальном порядке.

Просто ждали.

Смотрели.

Мужчины в темных плащах, несколько женщин из дома, старший управитель, пара вооруженных офицеров, слуги. И во всех этих взглядах было одно и то же чувство, различавшееся только степенью приличия: настороженность.

Так смотрят не на невесту.

Так смотрят на то, что привезли в ящике с предупреждением «не вскрывать без нужды».

Рейнар спешился первым. Передал поводья мальчишке-конюху и спокойно подошел к экипажу. Я уже стояла на подножке и не собиралась просить помощи, но он все равно протянул руку.

Я посмотрела на нее.

Потом на лица во дворе.

Некоторые ожидали, что я откажусь.

Некоторые — что соглашусь слишком поспешно.

Я положила пальцы ему на ладонь и сошла на камень.

Рука у него была теплая. Сильная. И совершенно неподходящая к тому, как легко он отпустил меня сразу, как только я встала ровно.

Управитель дома шагнул вперед.

— Милорд.

— Все готово? — спросил Рейнар.

— Да.

Только после этого пожилой мужчина перевел взгляд на меня и поклонился. Низко, без театральной угодливости.

— Ваше высочество. Дом Дорна приветствует вас.

Фраза была правильной.

Но весь двор за его спиной смотрел так, будто дом пока ничего не решил.

Одна из женщин — высокая, сухая, с жестким ртом — не склонила головы сразу. Сначала оценила. Меня, платье, лицо, осанку. Видимо, искала, где именно у принцессы выступают наружу признаки проклятой крови.

— Это госпожа Иара, — сказал управитель. — Она ведает внутренним порядком дома.

Ведает порядком.

Судя по ее взгляду, особенно тем порядком, в котором новым женщинам сразу указывают их место.

— Ваше высочество, — произнесла она.

Слишком ровно.

Слишком сухо.

Так здороваются с неприятностью, которую нельзя не признать официально.

— Госпожа Иара, — ответила я с той же степенью тепла.

Позади меня Тесса едва слышно выдохнула. Умная девочка. Она уже поняла, что это место не собирается облегчать мне жизнь только потому, что я приехала под королевской печатью.

Рейнар снял перчатки.

— Принцесса устала с дороги. Ее комнаты готовы?

— Да, милорд, — ответил управитель.

Иара добавила:

— Мы подготовили восточное крыло. Самые тихие покои.