Сомма Скетчер – Осуждённые грешники (ЛП) (страница 7)

— Отдать свою рубашку, но не часы.

— Не часы.

— Что, если я выиграю их?

Я смотрю на его лицо как раз вовремя, чтобы увидеть, как оно меняется. Искра чего-то, возможно, интриги, танцует в стенах его радужных оболочек. Теперь весь вес его внимания тяжело давит на моё тело.

Ручка выскальзывает у него из руки, с глухим стуком падая на папки.

— Выиграешь? Хочешь поспорить?

Краем глаза я замечаю, как Дэн замирает. Знаю, я должна воспринять это как предупреждающий знак. Но прежде чем я успеваю это осознать, моя цель улыбается.

Срань господня. Это как смотреть на солнце. Не потому, что его идеальные зубы ослепляют, а потому, что это кажется опасным. Словно, если я буду смотреть слишком долго, горстка морали, которая у меня осталась, превратится в облачко дыма. Слабые морщинки обрамляют его глаза, заставляя меня понять, что, несмотря на его раздражение мной, он, вероятно, довольно часто улыбается.

И у него и правда есть ямочки.

— Как спорим?

Он удерживает меня внезапным бархатным очарованием, от которого у меня перехватывает дыхание. Бьюсь об заклад, это обеспечивает многомиллионные сделки и заставляет женщин снимать трусики, не задумываясь. Твою мать, если бы у меня не было сотни проблем, я могла бы представить себя одной из них.

— Игра по моему выбору.

— Хм, — он проводит ладонью по подбородку, и бриллиантовая запонка подмигивает мне. — Каковы шансы на победу?

— Десять к одному.

— Ты только что это выдумала.

Я пожимаю плечами и хлопаю ресницами.

— Может быть.

Его взгляд потрескивает и мерцает весельем, задерживаясь на мне слишком долго. Я почти благодарна, когда в воздухе раздается жужжащий звук. Его внимание переключается на телефон рядом со мной. Я опускаю взгляд и вижу имя Анджело на экране.

— Извини, я на минутку, — мягко говорит он. Поднося телефон к уху, засовывает другую руку в карман и неторопливо уходит в тень.

С расстоянием между нами я понимаю, как быстро бьется моё сердце. Оно подпитывается адреналином и чем-то трудно… мыслящим. Я поворачиваюсь, чтобы взять стакан воды и встретиться лицом к лицу с Дэном.

Этой улыбки обслуживания клиентов нигде не видно. Он что-то говорит, но я не улавливаю, потому что его губы едва шевелятся.

— Что?

Его глаза обшаривают комнату позади меня, настороженные и дикие. Когда он снова заговаривает, это звучит лишь немного громче.

— Я спросил, ты была в психиатрической лечебнице последние три года?

Я моргаю.

— Э, нет? Почему?

Он смотрит в ту сторону, куда ушла моя цель.

— Потому что только у сумасшедшей хватило бы наглости затеять аферу с Рафаэлем Висконти.

Висконти.

Рафаэль Висконти.

Вот дерьмо.

Глава вторая

На Побережье Дьявола есть негласное правило. Оно высечено на каждом скалистом утесе и загрязняет каждую мрачную тень.

Не связывайтесь с Висконти.

На самом деле, это здравый смысл. Не злить мафию, в частности, Коза Ностру — закон стар, как мир.

Висконти доминируют на побережье. На самом деле, я готова поспорить на свою левую почку, что могу повернуть голову на триста шестьдесят градусов, как гребаная сова, и всё, чего коснётся мой взгляд, будет принадлежать Висконти. Каждый бар, отель, казино и ресторан в Бухте, Лощине и Яме, а также все несчастные души в них.

Я, как никто другой, должна уметь распознавать Висконти. Не то, чтобы я выпала из автобуса в неизвестные места. Я выросла, в буквальном смысле, под их крышей в отеле и казино Висконти. Я научилась ползать в их мокасинах Brioni под покерными столами, у меня начались месячные в одной из их позолоченных туалетных кабинок. Впервые попробовала алкоголь в одном из их баров. Черт возьми, один из них даже научил меня всему, что я знаю об азартных играх с выгодой для себя в мошенничестве.

Схватившись за край стойки, я бросаю своенравный взгляд на темную фигуру в углу. Экран его телефона освещает линию вдоль подбородка, когда он подносит его к уху, и когда он лениво поворачивается по кругу, его глаза вспыхивают зеленым в мягком свете лампы.

Несмотря ни на что, я дожила до двадцати одного года, и приписываю это достижение удаче и тому, что всегда прислушиваюсь к своим инстинктам, даже если они только шепчут. Прямо сейчас мои инстинкты не шепчут, они вопят во всю мощь легких.

Беги.

Дэн перешел к сбору стаканов со столов. Я беру купюры со стойки и оставляю одну, чтобы заплатить за выпивку. К сожалению, сегодня вечером мне придется оставить паршивые чаевые, но, как житель Побережья Дьявола, уверена, Дэн поймет. Отойдя от бара, я надеваю шубу и направляюсь к столу, под который затолкала ногой чемодан.

Медленно и неуклонно. Хладнокровно и спокойно. Несмотря на ужасное чувство страха, давящее на мои плечи, мои движения расслаблены и естественны, все остальное привлечет нежелательное внимание.

Я просто девушка, выходящая из бара, поперхнувшаяся напитком по завышенной цене. Ничего особенного.

На нижней ступеньке я нагибаюсь, чтобы поднять чемодан, когда голос рассекает воздух, как горячий нож кусок масла.

— Так скоро уходишь?

Дерьмо.

— Да, — говорю я так беззаботно, как только могу. — Нужно успеть на поезд.

— На Побережье Дьявола нет поездов.

Двойное дерьмо.

— Утром, я имею в виду. Из другого города. Чтобы попасть туда, мне нужно рано встать, так что, наверное, мне следует…

Три медленных шага, каждый ближе предыдущего. Вес, который стоит за ними, превращает моё оправдание в ничто.

Сжимая ладони в кулаки, я бросаю взгляд на лестницу, на маленькую полоску света наверху. Если я пожертвую своими вещами, смогу ли я выйти за дверь, прежде чем он поймает меня?

Кровь стучит у меня в ушах. Ещё два звука шагов отражаются от низкого потолка, затем тепло касается моего затылка. Лишь мгновение спустя до моего носа доносится аромат теплого виски и прохладной мяты.

Господи, он близко. Мурашки пробегают по всей длине моих рук, а колени угрожают подогнуться подо мной.

Его густой, спокойный голос разносится над моими плечами.

— Давай сыграем в твою игру.

Это приказ, замаскированный под предложение, поданный с резким щелчком, как удар бича.

Он должен меня пугать, но на самом деле он просто выводит меня из себя. Мне никогда не нравилось, когда мне указывали, что делать, особенно мужчины, даже если этот мужчина — Висконти.

Рафаэль Висконти. Боже. Несмотря на мое раздражение, я не могу поверить, что у меня хватило наглости назвать Рафаэля Висконти целью, даже в моей собственной голове. Он средний из братьев Дьявольского Ямы, и, в отличие от семей Бухты и Лощины, они годами не появлялись на Побережье, с тех пор как их родители умерли, когда мне было около одиннадцати лет. Мои воспоминания о нем, в частности, туманны, вероятно, потому что он намного старше меня. Он существует в моей памяти вспышками изысканного стиля и очаровательных улыбок. Я никогда не видела его больше, чем мельком, прежде чем он исчезал за морем костюмов или запертой дверью.

Все, что я знаю о Рафаэле Висконти, не из моих детских воспоминаний, а по слухам за столами для игры в Блэкджек в Атлантик-Сити. Его имя всегда произносили задыхающимся шепотом, часто со слухами. Игры в покер только по приглашениям и вечеринки, которые не уступали вечеринкам Гэтсби: что-то в этом роде. Трудно понять, что было правдой, а что нет.

Есть только две вещи, которые я знаю, как факт.

Во-первых, Рафаэлю принадлежит большинство известных казино в Вегасе.

Во-вторых, было бы глупо обманывать человека, которому принадлежит большинство известных казино в Вегасе.

Мне нужно выбраться из этого бардака, и быстро. С ложной уверенностью я поворачиваюсь с предложением убраться отсюда на языке. Он стоит ближе, чем я думала, и это застает меня врасплох. Я отшатываюсь назад, пятки ударяются о нижнюю ступеньку, но прежде чем я успеваю приземлиться на задницу, сильная рука протягивается и обхватывает мое предплечье.