Соман Чайнани – Падение (страница 46)
– Пэн где-то рядом, – перебил Капитан. Аладдин и Кима поспешно подошли ближе. – Нашел у ворот солдата, который был связан зелеными лианами и превращен в золото. Должно быть, Мидас с ним.
– Найдем эту крысу, – решил Крюк. – Ладди, ты идешь с нами. Кима, оставайся здесь и наблюдай!
Аладдин вместе с Джеймсом и Капитаном бросился к башне Директоров школы.
Кима посмотрела им вслед. Опять стайка мальчишек уходит без нее.
«Какие-то вещи никогда не изменятся», – подумала она.
Уголком глаза она увидела какое-то движение у Озера-на-Полпути.
Две тени вошли в воду далеко к западу от главного поля битвы.
Она подошла поближе, чтобы приглядеться через туман…
А потом луну закрыло облако, и она увидела только темноту.
14
– Где ты добыл икру золотых рыбок? – спросил Питер Пэн у Мидаса, пихая его под ребра тяжелой палкой с обломанными ветками. Они шли вброд возле берега озера. – Покажи!
– Какую икру? – спросил Мидас, притворяясь, что ничего не знает. Он колебался и кидал осторожные взгляды на другой берег, на воюющие армии. Нужно найти Рафаля. У Директора школы хотя бы есть душа. Он ошибся, когда бросил его ради убийцы…
Питер отвесил ему пощечину. Мидас от неожиданности упал задом на берег.
–
Мидас отполз немного назад:
– Не хочу больше ничего об этом знать…
Питер нацелил заостренный конец палки прямо ему в сердце.
– Отведи меня к гнезду золотых рыбок, или я тебя убью.
Но Мидас даже не знал, откуда берется икра золотых рыбок. Руфиус подарил ему флакон, когда Мидасу нужно было спрясть из соломы золото, но ничего не сказал о том, где их нашел.
Мидас поднял голову и нашел взглядом кривой дуб с уродливыми листьями цвета угля.
– Вон там, – выдохнул Мидас, показывая на воду рядом с деревом.
– И чего ты ждешь, Мальчик-Золотой-Пальчик? – спросил Пэн. – Тащи икру сюда, и
Мидас удивленно уставился на него:
– Я? Но…
– Первый закон Нетландии. Питер не заходит в воду, потому что там могут быть русалки.
Питер подтолкнул Мидаса палкой в сторону дерева:
– Принеси икру. Всю, которую найдешь. И даже не думай сам съесть хоть одну икринку.
«Дай ему то, что он хочет, – сказал себе Мидас. – Выживи и найди, как добраться до Рафаля…»
Он прыгнул в озеро.
Под водой, как и над землей, было совсем темно. Он сосредоточился, и его палец засветился, словно маленький фонарик. Он оглядел воду: комки водорослей, крабы, закапывающиеся в песок, бобр, плывущий куда-то брассом… И вдруг мимо него пронесся светящийся серебряный вихрь. Сначала он подумал, что это гигантская рыба, но потом понял, что это
Он нырнул и схватил гнездо целиком. «Пусть Пэн их заберет, – подумал он. – Пусть беды случаются с ним». Он быстро всплыл на поверхность – мало ли что сделают с ним золотые рыбки, если заметят, что он сделал…
Мидас с трудом подавил крик.
На него неслась целая стая каких-то существ.
Золотые маски… человеческие туловища…
Они выстроились в боевой порядок, словно чудовищная стена, выставив вперед оружие и длинные когти, чтобы схватить его…
Мидас выскочил из озера и с криком рухнул на твердую землю. Он свернулся в позу младенца спиной к воде, по-прежнему прижимая к себе гнездо с икрой.
– Я жив… – просипел Мидас. – Я все еще жив…
Над ним нависла тень, вооруженная чем-то длинным и острым.
Он медленно перевернулся на спину, но никого не увидел.
– Когда Потерянный мальчишка выполняет свое предназначение, ему настает время вырасти, – послышался издали голос.
Мидас повернул голову.
Питер печально улыбнулся ему:
– Только вот в моем мире никто не вырастает.
Он пронзил острой палкой сердце Мидаса.
Изумление и ужас разлились по жилам Мидаса. Затуманившиеся серые глаза читателя смотрели вслед его убийце. Но вместо боли он чувствовал теплоту. А с теплотой пришло понимание: вот зачем его призвали в этот мир. Чтобы он стал не просто мальчиком из Гавальдона. Чтобы он пережил ужасно славное приключение, пусть и заканчивается оно вот так. Хорошее и плохое уравновешивают друг друга. Но это не конец, Мидас точно знал. Смерть – просто еще одно приключение. И однажды он снова вернется сюда, в другой жизни, в другое время, его заберет Директор школы, который, конечно же, выиграет эту войну. Единственный, кто заслуживает победы. Единственный, кто будет править Добром и Злом, сохраняя равновесие. С последним вздохом Мидас произнес его имя…
–
Его тело обмякло и скатилось в озеро, где осталось лежать возле самого берега.
Питер вошел в воду и забрал гнездо с икрой золотых рыбок из его руки. Издав победный крик, он наклонил гнездо и широко открыл рот.
«Я желаю стать Единственным…»
Чьи-то руки оттолкнули Пэна на берег, икра полетела в озеро.
– Держись подальше от воды! Там русалки! Они приплыли, чтобы убить тебя!
Опешивший Пэн проводил взглядом тысячу синих икринок, погружающихся в озерные воды. Подняв голову, он увидел Ботика Лессо, когда-то – его фаворита среди Потерянных мальчишек. На голове у него была корона из белых кораллов.
Пэн медленно поднялся, его тень нарастала и нарастала над Ботиком, пока полностью не накрыла его собой. Мальчики стояли одни, слыша лишь отдаленные звуки войны с другого берега озера.
– Русалки, да? – Пэн кивком показал на тело Мидаса. – Мидас довольно долго тут плавал, но даже не пикнул ничего о русалках. И тут явился ты. С русалочьей
Ботик протянул к нему руки:
– Слушай, я на твоей стороне. Русалки дали мне корону, потому что думают, что на самом деле я за них…
– А знаешь, что я думаю? Я думаю, что ты мне врешь, – презрительно ответил Пэн. – Я думаю, что это все Потерянные мальчишки придумали, потому что хотят, чтобы я вернулся. Я думаю, что они прислали тебя сюда с дурацкой историей про русалок, надев на тебя поддельную корону, чтобы не дать мне стать Единственным. Льстивые, бездарные тупицы, ничего не можете без меня! Вы все надеетесь, что я потерплю неудачу и вернусь к вам в Нетландию. Ты правда считаешь, что моя судьба – вечно играться с олухами? Что мне предназначено всю жизнь
– Я пришел по своей воле… – начал оправдываться Ботик.
– Как странно, я почему-то забыл твое имя. Потому что я не запоминаю имен
Он буквально выплюнул последние слова, маленькие брызги слюны попали Ботику на лицо.
Ботик выгялдел спокойным. Холодными фиолетовыми глазами он посмотрел прямо на Пэна.
– Смотри сам, – сказал он.
Питер, скрежеща зубами, нырнул под воду.
Под водой было совершенно темно. Затем он заметил тусклый свет со дна и увидел икринки золотых рыбок, светившиеся, словно жемчужинки, кучей лежащие у перевернутого гнезда. Питер сложил их обратно в гнездо, стараясь не придавить и не упустить ни одной икринки – кто знает, сколько ему понадобится икры, чтобы сбылось такое большое желание? Он схватил последние икринки, уже готовый выскочить на берег и разобраться с этим безымянным предателем…