Солянка . – Я с тобой не наигрался, детка! (страница 3)

Свет начинает мигать, все видится вспышками, как в замедленной съемке, а потом диджей ловко сводит треки, меняя задорный хаус на какую-то медленную песню.

Запястья снова аккуратно схвачены. Зарипов заводит руки себе на плечи и приобнимает за талию. Обычно я себя так не веду, видимо, влияние алкоголя и атмосферы сказывается. Тону в ощущениях. Внутри будто стайка бабочек порхает. Эйфория накрывает с головой.

Чувствую дыхание партнера, совсем забываю, что мы не одни. Высокий баскетболист склоняется ко мне и вкрадчиво, еле слышно шепчет:

– Детка, а поехали ко мне, а?

И в это мгновение я резко трезвею.

Какая дура!

Зарипову скучно и мало впечатлений. Нашел во мне легкую добычу и пытается развести на секс. Я тоже хороша, соглашаюсь, следую за ним, как щеночек на коротком поводке.

– Что? Нет? – отстраняюсь я и делаю шаг назад, чуть не врезавшись в танцующую парочку.

Жаль, что от парня не убежать. Он ростом с пожарный столб и в плечах, как гренадер. Мгновенно растолкал мешающих. На лице усмешка, но в глазах мелькает что-то серьезное, недовольное.

– Что не так? Я вижу, что ты завелась. Ты мне нравишься, – касается скулы, медленно проводит по ней пальцами. – Я тебе определенно тоже.

Выразительно опускает взгляд на мою грудь. Лето, стоит невыносимая жара, и бюстгальтерами я пренебрегаю.

Дернувшись и отбросив его ладонь, рычу:

– Меня танцы заводят, идиот. Ты здесь ни при чем.

Гордо разворачиваюсь и возвращаюсь к столу, надеясь, что уязвленный Матвей не последует. Хватаю сумку, глазами ищу Аленку, чтобы предупредить.

– Кира, что такое? – хмурится Антон. – Тебя кто-то обидел?

Да, вся ваша команда! Хотя… Справедливости ради, Зарубин приятный собеседник. И за все недолгое общение, не ловила себя на мысли, что он как-то пытался меня поддеть. Нормальный парень, вежливый. Полная противоположность Зарипова. Диву даюсь, как они спелись.

– Настолько заметно? – вздыхаю я и кручу головой.

Словно мне назло, неподалеку от столика крутится блондинка, чем-то похожая на меня. Рост, фигура, наряд – и то совпадает. Теперь Матвей обвивает руками ее. Она и рада, сплелись, будто два осьминога.

Противно. Звезда универа времени не теряет. Не даст одна, найдет другую. Мне же противно, ощущение, словно в грязи извалялась.

– Очень, – морщится Антон и смотрит в ту же сторону, что и я. – Давай тебя отвезу. Я собирался домой.

– Нет, спасибо, – свежо утреннее воспоминание и лихая езда его товарища.

Зарубин читает мои мысли.

– Не бойся, я не пил. Вожу осторожно, особенно, если внутри есть пассажир. – Парень вытаскивает из кармана ключи от машины. – Довольно поздно, других девчонок их бойфренды заберут.

– Мне надо сказать Алене… – переминаюсь с ноги на ногу.

Уйти из клуба хочется побыстрее, но подруга…

– И за нее не стоит волноваться, – смеется Зарубин. – Руслан обязательно вернет ее в общежитие или…

– Или? – выгибаю бровь.

– Или она проснется у него.

Ну, Данилова не отличалась строгими взглядами. Вряд ли будет рада, что я потащу ее спать. Я решилась.

Быстро написала ей сообщение в телефон и приняла предложение.

Выходила из зала с липким ощущением, словно мне кто-то спину глазами дырявит. Обернулась и уткнулась в надменного брюнета. Девчонка повисла на его плече и мечтательно вздыхала. Он же не отворачивался и смотрел прямо на меня.

Издевается, поднимает бокал с коктейлем, прощается.

Бабник.

Отбросив ненужные мысли про Зарипова, полностью сосредотачиваюсь на Антоне. Выхожу на улицу и вдыхаю свежий воздух. На парковке парень за несколько секунд находит нужную машину, и я проглатываю новый стон удивления.

«Барсы», конечно, хороши. Еще несколько побед, и отправятся играть в Москву, а на кого-то из участников давно посматривают хантеры взрослой лиги, собираясь пригласить в клуб и сборную. Разговоры о Матвее, например, ведутся больше года. Об этом ходит множество сплетен.

Его отец работает в молодежной лиге, продвигает наших спортсменов, блюдет интересы. Сына он отдал в спорт, пока тот пешком под стол ходил. Сейчас, вероятно, шампанское каждый день открывает, до конца не осознавая, какого олимпийца воспитал.

Они, Зариповы, явно не бедствовали, все лучшее в семье. И квартиры, и машины, и техника.

Но я понятия не имела, какие суммы водятся в баскетболе. Антон кивает на иномарку-кроссовер, и ведь не китайского производства.

Эх, гимнастам мечтать и мечтать о похожих гонорарах, по крайней мере, не рядом со столицей.

Мой спутник галантно распахивает передо мной дверь и так же аккуратно закрывает. Прямо забываешь, что возле тебя юноша двадцати лет, ощущения, словно я попала в прошлый век, в экипаж к породистому джентльмену.

В салоне вежливая сказка продолжается. Баскетболист интересуется, что я хочу слушать, удобно ли мне сидеть, на какую температуру поставить климат-контроль.

Я теряюсь в ответах и чувствую, что по щекам разливается предательский румянец.

– Ты очаровательно краснеешь, Кира. – улыбается Зарубин. – Не бойся, я тебя не съем. Куда везти?

Называю адрес и пытаюсь справиться с нахлынувшими эмоциями, но Антон не делает мне легче.

На шоссе зачем-то остервенело бьет по рулю и спрашивает.

– Что вы все в нем находите?

Делаю вид, что не понимаю.

– О чем ты? – морщусь и виню себя одновременно.

– О Матвее, естественно,– бесится мой спутник. – Не говори, что Зарипов тебе не понравился. Я несведущ во флирте, но твои глаза показывали многое.

Обидно, что предъявляет по делу. Танцуя, развлекаясь с капитаном команды, я забылась, вела себя неосторожно и для меня чересчур раскованно.

– Тебе-то какая разница? – справедливо вопрошаю я.

Обычно я не столь напориста, чаще тушуюсь, но, положив детство на спортивном поприще, твердо уяснила: лучшая защита – нападение.

– Надоело смотреть, как он разбирает самых классных девчонок, – честно делится юноша. Я проглатываю очень скрытый комплимент. Я классная девчонка? Он дает это звание мне?

А Антон отвлекается от дороги и грозно выдыхает. – Почему? Это ведь не деньги, ты не похожа на тех, кто ведется на тачки и квартиры.

И пусть мне приятно, что он не ставит меня в один ряд с эскортницами и содержанками, но все равно напрягаюсь.

– А я на что-то повелась? – морщусь и заявляю праведным тоном. – Ушла с ним?

– Нет, но…

– Нет, но танцевала, – перебиваю и заканчиваю за Антона.Мрачнею, потому что ему не хватило храбрости высказаться открыто, и продолжаю с открытым сарказмом. – Это же прямой путь в постель? Два-три коктейля, танец, нашептывания, и я в его кровати? Ты так обо мне считаешь?

Злюсь. Я не идиотка, догадываюсь, как обо мне судят ребята, которые не крутятся в спортивной сфере, но Зарубин, Зарипов и другие тусуются в подобном обществе годами. Что годами, десятилетиями…

Любительниц легких связей не счесть, они преследуют кумиров, но в поддержке похожих девушек мало. Большая часть – бывшие спортсменки,  трудоголики и амбициозные личности. И все красавицы. Реши мы искать себе покровителей, вряд ли бы обратили взор на парней, только подающих надежды.

Зачем? Всегда есть богатые спонсоры, титулованные ветераны, важные администраторы.

– Нет, – Антон крутит головой, возвращая внимание к движению на магистрали. – Прости, неправильно выразился.

– Выразился ты предельно ясно, – фыркаю я, вытаскивая телефон из сумочки. – Как и твой друг. И да, он совершенно точно дал мне понять, в какой ипостаси меня видит.

Позвал же, идиот, предложил переночевать.

– Не обижайся, – шепчет Зарубин. – Это маска.