Софья Синеокая – Позади тебя (страница 3)
– Так, чтобы это ни значило и кто бы это ни сделал, разбираться буду однозначно завтра, – выдавила из себя Элис и бросилась со всех ног обратно в особняк. Захлопнув дверь, она судорожно начала проворачивать все возможные замки, какие только были на дверях и окнах. Включила свет и оглядела каждый угол особняка, но всё по-прежнему было неизменно. Это немного успокоило и напрягло одновременно. Она устало поплелась в ванную комнату. Окунув лицо в холодную воду, Элис посмотрела на своё отражение в зеркале.
– Боже мой, как ужасно я выгляжу, – пробормотала она, вглядываясь в бледное, мокрое и перепуганное лицо.
– Мне точно нужно отдохнуть, – прошептала она и, стряхивая последние капельки воды с дрожащих рук, направилась к винтовой лестнице. На часах было уже без четверти пять, сон предательски совсем рассеялся, да и подниматься до своей комнаты совсем не хотелось. Поудобней устроившись на диване в гостиной и включив телевизор, она начала перелистывать каналы, пока не наткнулась на какую-то научную передачу, которая позже сменилась новостями, но Элис уже не смотрела, она крепко спала.
За окном разливались золотистые лучи солнечного света. Ясное небо казалось безгранично голубым. Часы пробили двенадцать тяжёлых ударов, указывая, что время уже близится к обеду. Элис потёрла сонные глаза и взглянула в окно.
– Мм, какая солнечная погода сегодня, – подумала она про себя. – Это хорошо, ведь ей предстояло убрать весь тот ужас, увиденный прошлой ночью, и ей меньше всего хотелось этим заниматься в туманное и пасмурное утро. Так что погода её заметно порадовала, но вставать она всё равно не спешила.
– Нужно как-то с этим разобраться. Наверняка, это какой-то глупый розыгрыш соседских ребятишек, сердито произнесла она, глядя на видневшиеся крыши соседских домов.
Распахнув окна и впустив свежий ветерок, Элис вздохнула полной грудью приятный аромат ещё цветущих роз и, широко расправив плечи, потянулась.
Взяв на складе резиновые перчатки и рулон мешков для мусора, она вышла во двор. Решительным и твёрдым шагом Элис направилась в сторону цветущих и уже не таких пугающих алых роз, но тут же остановилась, изумлённо округлив глаза. От гнусного и отталкивающего безобразия не осталось и следа.
Перед глазами красовался идеально чистый и цветущий сад. А белокаменную беседку украшали лишь белоснежные акации.
– Что за чертовщина? – воскликнула она. – Это точно не было сном. А как же смех и шум, не могло же мне просто показаться. Она пробежала глазами по беседке и газону, но не нашла ни одного доказательства вчерашнего ужаса.
– Но я же не сошла с ума, может, вправду кто-то подшутил? – сердито нахмурив брови, Элис вернулась обратно в особняк. – Нужно сменить везде замки и поставить камеры, – подумала она, закрывая за собой дверь.
На кухне разливался аромат жареного бекона и омлета. На белоснежной скатерти красовалась тарелка бирюзового цвета с уже приготовленным вкусным завтраком, блюдца с жареными тостами и клубничным джемом и стакан апельсинового сока. Откусив кусочек сочного бекона, Элис раскрыла недавно купленную в супермаркете свежую газету и пробежала взглядом по страничке предложений рабочих вакансий.
– Не то, – не то, – разочарованно проговаривала она, отметая временные подработки грузчиком или официантом. – Менеджеры, кассиры, операторы, – продолжала она перечислять и вычёркивать. – Вот, кажется, что-то интересное, – её взгляд упал на крупно выделенный шрифт: требуется управляющий в страховую компанию.
– Так, то, что нужно! – радостно воскликнула Элис. Она отметила ещё пару подходящих вакансий на всякий случай и принялась за свой завтрак.
Остаток дня Элис провела за письменным столом тётушкиного кабинета, составляя резюме и изучая содержание всей документации, находившейся в ящиках стола. Это были договора и документы на особняк и земли, наличие счетов в банках и рабочие папки с исследовательскими работами по медицине. Дойдя до последнего нижнего ящика, Элис увидела маленький торчащий уголок бумаги в трещине дна. Это был не обычный ящик, а с потайным двойным дном, в котором прятались ещё несколько папок с рабочими проектами и записи о собственном обследовании Мери Кларк в научном центре. А в дальнем углу ящика лежала меленькая шкатулочка с необычным резным ключом. Похоже, это и был ключ от той самой запертой комнаты на чердаке. Любопытство сразу же взяло верх, и Элис открыла медицинскую карту тётушки Мери, но заключения, сделанные специалистами, никак не сходились с её медицинской картой, это были записи из перинатального центра соседнего городка, полный отчёт о ведении беременности и рождении ребёнка двадцатилетней давности.
– Что это такое? – воскликнула она, вчитываясь в последние строчки листа. – Этого не может быть, – запротестовала Элис, мотая головой.
– Это какая-то ошибка. У тёти Мери никогда не было детей. Сколько себя помнила, она была единственным ребёнком в семье.
– Так, тут нужно разобраться, – подумала Элис, пролистывая амбулаторную карту. В детстве они с родителями часто приезжали в особняк на выходные и праздники, хотя Элис и была совсем малышкой, но она не помнит, чтобы видела тётю беременной или с другими детьми. Но кое-что все-таки было странным, до её переезда в особняк тётя Мери уезжала в длительную командировку по какому-то важному научному проекту, и приезжала погостить уже сама. Это было странно, ведь она не любила надолго покидать особняк. А если у неё, правда, был ребёнок, то тогда, где он? – призадумалась Элис. – И что случилось двадцать лет назад?
Элис перерыла весь стол и шкафы, заглянула в каждую папку, в каждый документ, но больше ничего не нашла. Её мучил вопрос: «Почему тётушка скрывала свою беременность от всех? И что стало с малышом?» Она же не могла его где-то бросить. Мери Кларк была очень ответственной и заботливой женщиной. Элис всё больше углублялась в раздумья, перебирая в руках необычную находку.
– Ключ! – воскликнула она, не сводя взгляда с маленькой шкатулки. – Может то, что открывает этот ключ, даст ответы на все мои вопросы. Другой причины не было, по которой бы тётушка заперла ту комнату. Может, всё, что её интересует, она найдёт там. Но было уже довольно поздно, так что Элис потёрла уставшие глаза и, сложив папки обратно в ящик, поплелась в ванную комнату.
Около часа она сидела в ванне, подставив спину струям горячей воды. Запах лаванды, окутывающий всё пространство ванной комнаты, немного успокаивал. Положив подбородок на колени, Элис задумчиво наблюдала, как вода стекает в сливное отверстие. Пора было уже вылезать, чтобы понапрасну не тратить горячую воду, это всё равно не решит всех проблем и не раскроет всех тайн, которые навалились на неё в последнее время. Натянув махровый халат и тапки, она хмуро направилась в свою комнату. Последние деньки её изрядно потрепали. Элис зевнула, потянулась и улеглась в постель. Затем подтянув подушку, накрылась с головой одеялом.
– Ты так наивна, – снова из тени вышел силуэт. – Думаешь, одеяло укроет тебя от всего на свете. А как тебе мои подсказки? – чуть слышно шепнул он, присаживаясь на кровать. – Впечатляет?
Теперь ты знаешь обо мне, но не знаешь меня. Ты так напугана, – усмехнулся он, вспоминая её бледное, изумлённое лицо в саду. Интересно поняла ли ты хоть что- то, глядя на мои детские вещи, ведь я не просто так подбросил их в наш сад. Теперь мы даже похожи, – немного помолчав, продолжил он. – Мне тоже было одиноко. Одиноко и страшно, – повторил он, вглядываясь в беспокойное спящее лицо. – Мы не бежим и не прячемся от опасностей, а по мере возможности стараемся решать все навалившиеся проблемы. Вот смотрю я на тебя и понимаю, одинаковые мы с тобой. Мы твёрдо уверены, что всё делаем правильно, а если спим, то спим с чистой совестью. Ценим в людях преданность и уважаем упорство. Вот только почему она выбрала тебя? – улыбка исчезла, искажая лицо презрением. Она не просто бросила меня, – он снова замолчал. – Знаешь, иногда так хочется открыться, хотя бы для тебя быть настоящим. Но не стану, – аккуратно вставая с постели, он ещё раз посмотрел на спящую девушку. – На самом деле мы совершенно друг друга не знаем, но я дам тебе возможность узнать обо всём самой. Ты умная девочка, – прошептал он чуть громче, уголок его губ устремился вверх, а брови сошлись в одну прямую линию. А если будет трудно, я снова тебе помогу, ведь я рядом. Я всегда позади тебя. Силуэт медленно, словно проплывая, обошёл кровать и остановился у окна, вглядываясь в ночную мглу. – Ты так старательно навела порядок в нашем доме, – на лице снова скользнула улыбка. – Мне нравится твоя педантичность в работе, а расстановка мебели просто на высоте. Это впечатляет. А вот с новой работой торопиться не стоит, у тебя пока нет на неё свободного времени. Ведь тебе предстоит столько всего узнать, а работа явно будет отвлекать, и я не могу этого допустить. Отдыхай, Элис, и ни о чём не беспокойся, ты в безопасности, пока, – снова прозвучал тихий голос. – До скорой встречи, Элис. И силуэт скрылся в ночной мгле.
Ночь выдалась беспокойной, навязчивые мысли и догадки о том, что происходит в особняке, сливались в большой, мучительный кошмар. Элис то просыпалась от малейшего звука, то проваливалась обратно в глубокий сон. Поднялась она совсем рано. Голова раскалывалась от пульсирующей боли, глаза не открывались, словно веки были стянуты толстою нитью. Прохладный душ помог немного взбодриться, но чувство разбитости и головную боль он не рассеял. С трудом передвигая ноги, Элис спустилась в гостиную. Было прохладно и темно. Казалось, что город ещё не проснулся после долгой ночи, а туманная дымка, окутавшая сад своей густой пеленой, была безграничной. Отчётливо слышалось завывание ветра, наверное, она снова не закрыла окно, а может, и не она. Думать об этом совсем не было сил. Поставив на стол чашку с готовым завтраком и стакан молока, Элси грустно вздохнула.