Софья Ролдугина – Огни Хафельберга (страница 45)

Почему-то казалось, что близко, слишком близко стоит что-то невыносимо жуткое. Настолько, что разум отказывается осознать присутствие этого чего-то. Шелтон будто облекал это в слова, а оно ликовало.

Кто-нибудь, уберите от меня мое воображение.

Мартель не мог пошевелиться.

А что тогда?

Полагаю, что мы имеем дело с пирокинетиком, — тихо произнес Шелтон и подобрал с полоуголек, потухший, черный, оставляющий на коже грязные следы. Мне уже приходила в голову такая мысль, когда ты показал мне возгорание самого первого призрака. Конечно, пока никто не описывал случаи столкновения с пирокинезом, даже доктор Леоне. Однако и сочетание биокинеза со стратегией у одного носителя он не встречал до знакомства со мной.

Так что, возможно, все. Раньше я склонялся к версии, что тебе кто-то внушает кошмары Шванг, но эта пещера, он медленно провел угольком по гладкому полу, жирная черная черта, как линия таблицы над итого и пуговицы. Я бы предположил, Шванг, что некто или нечто имеет способность увеличивать кинетическую энергию молекул объекта и провоцировать самовозгорание.

Я не многое могу сказать о пирокинетике или его способностях, «Не хватает информации, но кое-какие выводы у меня есть». Шелтон посмотрел из-под лобья, одновременно будто бы и на напарника, и мимо него. Первое. Наш пиротехник может поджигать лишь те предметы, которые находятся в зоне его видимости.

Второе. Он — местный житель, хорошо знающий тропы, либо телепат, способный выследить жертву по мысленному шуму. Третье. Каждый постулат один штрих угольком, одна вертикальная черточка поджирной линии и того. Он находится в неплохой физической форме. Четвертое. Он обладает атлетическим телосложением, рост ненамного меньше моего или, возможно, даже больше, ширина плечи и грудной клетки больше.

Пятое. С вероятностью 90% убийца-пирокинетик мужчина. Шестое. Процесс воспламенения объекта идет в несколько стадий. На первой, назовем ее условно «цепка», пирокинетик настраивается на объект. Температура при этом повышается не сильно, повышение зависит от теплопроводности объекта.

На второй, активной стадии, идет лавинообразное накопление энергии. При достижении критического порога, объект загорается. После этого происходит спад. Седьмое. Уголек стесался до крошки и Шелтон царапнул ногтем по камню. Вибрирующее ощущение отдалось в костях до самого плеча. Итак, седьмое.

Способности к пирокинезу не безграничны. Температурный порог примерно 1050 градусов, длительность пирокинетического воздействия небольшая. Восьмое. Скорее всего, над огнем, то есть над прямым следствием своих действий, пиротехник власти не имеет и может пострадать сам. Посмотри, в нашем случае оплавлена не только та пещера, где спряталась Даниэла, но и вообще весь отрезок пути вплоть до выхода.

Почти наверняка пирокинетику пришлось спасаться бегством из-за потери контроля над способностями. И, наконец, девятое. После прекращения пирокинетического воздействия, объект остывает на порядке быстрее, чем в естественных условиях шванг. — А это-то почему? — не выдержал Марцель. — Очень просто, иначе бы ты так легко эти пуговицы не отковырял.

Шилтон кисло улыбнулся. — А так, выходит, что камень остыл достаточно быстро, чтобы пуговицы не успели вплавиться в него. Я даже могу предположить, что произошло в этой пещере Шванг. Стратег растерянно потер пальцами щеку, и на коже остался темный угольный след. Где-то на полпути к могиле Манон, Даниэла поняла, что за ней следят. Более того, даже издалека она опознала в преследователе не только знакомого, но и своего будущего убийцу — значит, догадывалась о его способностях еще до похода в горы.

Но сворачивать с тропы было некуда, и Даниэле пришлось подниматься выше и выше. Она знала о существовании пещеры под могилой Манон и решила спрятаться там, преследователь был осведомлен на возможных убежищах не хуже, либо просто чуял свою жертву. Так или иначе, он загнал ее сперва в пещеру, затем еще глубже в туннели и в ту комнату, которую Ульрике обозвала «шатром», но сам протиснуться за ней не смог.

И тогда он начал нагревать камни, метр за метром, пока жар не достиг того помещения, где пряталось Даниэла, а потом способности пирокинетика вышли из-под контроля и ему пришлось спасаться бегством. К сожалению, тогда от Фройляйн-Ройтер уже остались только пуговицы и пара металлических клякс.

Теперь мне нужно узнать только одно, Шванг. Взгляд у Шелтона стал отвратительно холодным, и Мартель с трудом подавил желание отвернуться. От всей этой истории его уже выворачивало. «Я не хочу думать, я не хочу думать, что чувствует человек, когда на него постепенно наползает жар в тысячу градусов, метр за метром, ближе и ближе.

Я не хочу знать, каково это — заживо гореть глубоко в пещере под чьей-то могилой. Я не хочу…» Во рту Марцеля было солоно, а губа соднила. — И что же это? Шелтон оглянулся на светлый проем пещеры. Где-то там, невыносимо далеко, снаружи в трех шагах пели птицы, а на синеватых иголках сосны дрожали капельки вчерашнего дождя, и Ульрике, распластавшись на влажной земле, смотрела в небо широко распахнутыми глазами.

Я должен узнать, ответ на какой вопрос хотела получить Даниэла Ройтер на могиле Манон, и, кажется, догадываюсь, с чего нам надо начать. Сейчас мы возвращаемся домой, Шванг, а ты по дороге подумай, под каким соусом преподнесешь офицеру Герхарду Штернбергу предложение поужинать вместе в пивнушке на площади.

Мечтательная улыбка напарника Марцелю очень не понравилась. Так Шелтон улыбался только тогда, когда предвкушал веселье за его счет. К счастью, большое издевательство над маленьким телепатом не состоялось. А все потому, что вальцы ударились в панику. Марцель подозревал, что если бы задержался с ночевкой в горах только он сам с напарником, то старики бы внимания не обратили на их отсутствие.

Но пропало еще и ульрики. Около восьми утра Вальцам позвонила фрау Кауфер и поинтересовалась, не у них ли её девочка. Гретта сразу же поднялась на второй этаж проверить постояльцев. И, естественно, не обнаружила ни ульрики, ни молодого профессора с помощником. Вот тогда-то она и встревожилась не на шутку. История исчезновения Даниэлы Ройтер до сих пор была на слуху.

А грозу над горами ночью видели все. На то, чтобы поставить на уши службу спасателя и полицию, Вальцам и фрау Кауфер хватило сорока минут. В итоге около трёх пополудни к предгорьям выступила целая делегация из четырёх десятков человек — полиция в лице Герхарда Штернберга, шесть распасателей с поисковыми собаками, егерь, приходящийся Вальцам дальним родственником и некоторое количество добровольцев.

Увидев издалека эту большую и дружную команду во главе с фрау Кауфер, отчаянно прижимающий к себе полупридушенную рыжую кошку, Ульрике побледнело, а мысли у нее наполнились чувством вины. Шелтон же, напротив, повеселел и даже соизволил наклониться к напарнику, чтоб шепнуть «Не упусти шанс, придурок!».

Пока Шелтон профессионально развешивал лапшу по ушам участников спасательной операции, а Ульрике с виноватым видом гладил рыжую кошатину, слушая бурчание Бригитты Кауфер, Марцель, как будто невзначай, откочевал к Герхарду Штернбергу, который маялся бездельем чуть вдалеке от компании. Демонстративно похлопал себя по карманам, растерянно взъерошил и без того пребывающие в полнейшем беспорядке светлые волосы, нервно протер цветные стеклышки очков, и, лишь убедившись, что Герхардт спектакль заметил и проникся сочувствием, шагнул к нему и, беспомощно

моргнув, шепнул «Офицер, а у вас спичек нет, ну или зажигалки? Если я сейчас не закурю, то сдохну». Получилось неожиданно проникновенно. Мартель аж сам себя пожалел. Герхард сморгнул и отмер. — А, да, конечно, я сам не курю, но раз мы собрались в горы… — Врёшь, куришь, но думаешь, что бросил и только балуешься, потому что мать недовольна.

Тьфу, ещё и маменькин сыночек. — Ух, спасибо огромное, я твой, то есть ваш должник. Забирая металлическую зажигалку, Мартель основательно пожал бледную кисть Герхарда и настроился на контакт. Недостротек, кажется, почувствовал легкое вмешательство в свой разум, но не смог понять, что это такое, и Марцель поспешил отвлечь его, заваливая потоком малоинформативной,

но высокоэмоциональной речи. — А вообще, к тебе можно на «ты»? Я этого официоза с профессором Шелтоном наелся, тошнит уже. Прикинь, мы застряли там с ночевкой, гроза, молнии, — Чем костер разжигать, черт знает, на чем спать тоже. А этот… — Шванг, будьте любезны, передайте мне термос, бе! — смешно протянул Марцель, с удовольствием затянулся и посмотрел на Герхарда, слегка прищурившись.

— Ну что, деточка, внимательно слушал? Искренне сочувствовал? Умница! Теперь ты на меня настроен. Попробуй-ка, откажи. — Э-э, обращайтесь как вам угодно. «Тебе!» Марцель попробовал осторожно надавить в перерывах между затяжками, и Герхард поддался неожиданно легко.

«Хорошо, как тебе угодно. Объяснишь, как вашу несвятую троицу раздило застрять на ночь в горах?» Герхард одновременно слушал объяснения Шелтона и пытался вытянуть из Марцеля другую версию произошедшего, чтобы сравнить, и поэтому телепат ограничился туманным «Да — Да так, в грозу попали. А чего все так переволновались? Обычно поиски на третий день начинают.