Софокл – Драмы (страница 71)

800 Царственной Афродиты!

ЭПИСОДИЙ ЧЕТВЕРТЫЙ

О, что вижу? И сам послушания долг Позабыть я готов, и из старческих глаз Неудержно струится горючий родник. Антигону ведут — ах, не в дом жениха: Ее ждет всеприемлющий терем!

КОММОС

В последний путь, старцы земли родимой,[157] Я собралась теперь. Этот солнца лучистый круг, Ах, в последний вижу я раз. 810 Все прошло: живую меня В дом ведет свой мрачный Аид К берегу плача. Нет мне проводной песни, Подруг игры не услышит мой Свадебный терем, О, нет: владыке невеста я мрака. Но ты чести стяжала нетленный венец, С ним нисходишь ты славно в обитель теней. Не ползучая хворь иссушила тебя, 820 Не жестокий булат твою грудь изрубил: Ты нисходишь живая, одна среди жен, Своему повинуясь закону. Погибла так в горя расцвете, молвят, Гостья с фригийских гор:[158] Где белеет Синила кряж, Там живую камня побег, Точно цепкий плющ, охватил, Бурный дождь струится по ней, Снег белеет, — 830 Так говорят сказанья. Поныне там от бессонных слез Камень влажнеет; Такую гибель и мне судил демон. Не забудь: то богиня, бессмертных дитя,[159] Мы же смертные люди и дети людей; А ведь грешен запретной гордынею тот, Кто с богами[160] и в жизни равняет себя . . . . . . . . . . . . . . . . . . . И в загробной всесилии доли. Глумишься ты? Ради богов отчизны нашей! 840 Скоро меня не будет; Долго ли ждать вам? О мой родимый край, О счастливое племя, О волны Диркеи! О роща Царицы ристаний, Фивы! Я вас зову в свидетели, В какой меня могильный склеп, в страшный плен Ведут, поправ людской закон, И нет слезы мне от друзей! 850 О, что ждет меня? Уж не числюсь среди живых я, Еще не став между мертвых мертвой. Прейдя земной отваги грань, К престолу Правды вековой[161] Припала ты теперь, дитя. Отца, знать, искупаешь горе. Коснулись вы самой больной моей кручины, Той незабвенной смерти, Рока — его же 860 Тяжесть несем мы все, Славный род Лабдакидов.