Страданий острых притупляя жало.
393(89). Прекраснорогая с холма крутого
Спустилась лань...
На ветер <чуткие> поднявши ноздри
И лоб рогатый...
МИСИЙЦЫ
[Содержанием трагедии могло быть либо прибытие Телефа в Мисию (см. вступительную заметку к "Алеадам"), либо его выступление во главе своего народа против ахейцев, по ошибке приставших к берегу Мисии вместо Троады (см. вступительную заметку к "Еврипилу"). Поскольку, однако, Аристотель в "Поэтике" (24, 1460 а 27-32) упоминает "Мисийцев" в связи с переселением Телефа из Тегеи в Мисию, первое предположение представляется более вероятным; тогда "Мисийцы" принадлежали к той же трилогии, что "Алеады" и "Телеф", от которого, правда, никаких отрывков не сохранилось.
Одноименная трагедия была у Эсхила (фр. 143-145).]
394(409). Несчастному приятно хоть на миг
Забыть о гнете неустанном горя.
395(410). Безбольного не знаем мы; счастливым
Зовем того, кто менее несчастен.
396(411). Всю землю, гость, мы Азией зовем,
А эту область — Мисией, согласно
Названью тех, что обитают в ней.
397(412). Гудел во-всю фригийский треугольник,
Созвучию лидийской лиры вторя.
ГОРДЫНЯ
[Сатировская драма, содержание которой неизвестно.]
398(670). И вот Забвенье: всех его лишили
Даров, немым оставив и глухим.
399(671). . . . . . . . желая поросенка съесть.
ФРАГМЕНТЫ, СОХРАНИВШИЕСЯ БЕЗ НАЗВАНИЯ ДРАМ
400(734). . . . . .и Гекатиных варева яств.[487]
401(735). По принужденью пить — не лучше жажды.
402(737). Мне ненавистен тот, кто созерцает,
Что навсегда сокрыто от людей.
403(738). Зиждительному Солнца кругу поклоняется народ.
404(739). Как же не по праву б я
Убит был?
405(743). Нагрянет свыше Мститель-кровопийца.
406(745). Усердье, скрытое под сенью дома,
Боится слуха посторонних...
407(751). Заклал я агнцев ежегодный дар
Богам, что побережье охраняют.
408(752). ...Сжалься надо мной,
Ты, Солнце! Не напрасно мудрецы
Тебя богов родителем зовут,
Отцом для всех.
409(753). Я тягостный сожитель, чужестранцы —
О тягостный!
410(755). Ведь не выставил <брат мой> ублюдком меня, —
Породил нас обоих единый отец.
И владыка нам Зевс, а не смертный.
411(756). Пусть лишь ляжет он:
На шею тотчас прыгну я ему.
412(757). О столько лет молчавший мой язык!
Как обнаружишь ты такое дело?
Но тяжким бременем Необходимость
Нас жмет; раскрой же тайну всю дворца!
413(758). Дурман похмелья — исцеленье горя.
414(760). Дерзай! Заслон великий для тебя
От этих страхов — я.
415(761). Пловцы закрепу судна осушили.
416(762). И рыб безмолвных хоровод шумел
И плеском тем приветствовал царицу.
417(763). Ведь жаждущий — всем мудрости заветам
Глоток единый предпочтет воды.
418(764). Тебя да сгубит бог[488] злодейской смертью!
С черпалками примчалась ты сюда.
419(765). Мила ведь Феорида.[489]
420(766). И не пляшет уж более Робости дочь
В облегченной душе...
421(767). И что от ястреба раздался клекот,
Похитившего мясо... 
