29 Не веришь таким.
56(270). Многоструйный Инах, прародителя вод
Океана дитя! Твою славу блюдут
И аргосские нивы, и Геры услон,[423]
И тирренское племя, пеласги.
57(271). Он стекает[424] и с Пинда и с Лакма высот,
Что в перребской стране; к амфилохам затем,
К акарнанцам, и там в Ахелоя русло
Свои вводит струи...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
А оттуда, прорезав пучину, в Лиркей
Устремляет он волны и в Аргоса край.
58(272). Кто эта женщина в аркадской шляпе?
59(273). То вход Богатства...
60(277). Янтарной влаги влюбленный плеск
Слышался там во всех домах.
61(278). Блаженны вкусившие жизни
Той нетленной люди.
62(279). И грубой шкуры[425] черепашья жесткость
<На нежном теле> выступает.
63(282). Спасибо, и да подтвердишь ты слово
Народной притчи[426] — что и в скромной доле
Возникнуть может знаменитый муж.
64(284). А отец Инах
Подобен стал реке в подземном царстве.
65(286). И повсюду виднеется ткань пауков.
66(287). Земли аргосской отзвук.
67(288). ...Судья, бобами избранный.
68(289). Зимой, повсюду мрачной.
АКРИСИЙ
[Аргосскому царю Акрисшо была предсказана смерть от руки внука. Чтобы избежать исполнения пророчества, Акрисий заточил свою незамужнюю дочь Данаю в подземелье. Однако Зевс, проникнув к Данае в виде золотого дождя, оплодотворил ее, и на свет появился маленький Персей. Разгневанный Акрисий велел поместить дочь с внуком в деревянный ларец и бросить в море. В трагедии, по-видимому, имели место разоблачение Данаи (фр. 69, 70), ее попытка оправдаться перед отцом (фр. 71) и его объяснение вынесенного ей жестокого приговора (фр. 74, 75).]
69(61). Чу! Крик раздался... иль ошибся я?
Ах, все шумит, когда в тревоге сердце!
70(62). Не доживет до долгой жизни ложь.
71(64). Речь краткая благоразумным детям
Прилична перед обликом отца;
А деву и аргивянку подавно
Не многословье, а молчанье красит.
72(63). Оно понятно: пойманный беглец
В оковах все, что пожелает, скажет.
73(65). Дерзай, жена! Что сновиденье ночью
Навеяло, уносит ясный день.
74(66). Ведь жизнь никто не любит так, как старец.
75(67). Дитя мое, нет дара слаще жизни:
Ведь не дано нам дважды умереть.
76(60). Чтобы гусли зазвенели, чтоб раздался флейт напев...
ДАНАЯ
[Ларец с Данаей и Персеем был прибит к острову Серифу и извлечен из моря рыбаками. Красавица Даная пробудила страсть в местном царе Полидекте, но не соглашалась стать его женой, так как однажды разделяла ложе Зевса. В качестве же препятствия для брака он а выставляла присутствие Персея (вероятно, выросшего со сказочной быстротой), почему Полидект и отправил его за головой Медузы.
Единственный вразумительный фрагмент по смыслу больше подходит к предыдущей драме, чем к "Данае".]
77(165). Не знаю я твоих обид; зато
Одно я знаю: если этот мальчик
Останется живым, — погибну я.
78(167). Ешь, пей, живи...
АНДРОМЕДА
[Срубив голову у Медузы, Персей на обратном пути застает у берегов Эфиопии ужасную картину: прикованная к скале дева отдана на растерзание морскому чудовищу. Это была Андромеда, дочь местных царей, которую Посидон обрек в жертву дракону во искупление похвальбы ее матери (фр. 79-80). Заручившись согласием царя отдать ему Андромеду в жены, Персей вступает в единоборство с чудовищем и убивает его. Некоторыми исследователями высказывалось предположение, что "Андромеда" была сатировской драмой, однако, надежных доказательств этому нет, кроме фр. 83, может быть, адресованного сатиру.
Одноименная трагедия была поставлена в 412 г. Еврипидом (фр. 114-156) и использована Эннием (фр. 117-127). Прототип "Андромеды" Акция (фр. 62-78) неизвестен.]
79(126). От граждан жертвой морю (?) избрана.
Ведь есть у варваров закон старинный,
Чтоб жертвой человеческой они
Гнев Крона ублажали.
80(128а). Прикованная страждет без вины.
81(127). А на коне ты объезжаешь землю,
Иль на ладье?
82(128). Чтоб не бояться новых поручений.
83(129). Смотри: багровый 
