Софокл – Драмы (страница 172)

Тут юноша несчастный уж не мог Утешиться: без устали он с плачем Мать призывал, в уста лобзал немые, На труп, упал со стоном, проклиная 940 Свои упреки прежние. Кричал, Что сиротой он полным стал, отца И матери в единый день лишившись. Вот весть моя. Безумен, кто вперед На пару дней загадывать берется; Не существует завтра для тебя, Пока безбольно не прошло сегодня.

СТАСИМ ЧЕТВЕРТЫЙ

Дань слезы кому воздам? Чаша горя где полней? Тяжко, тяжко мне судить! 950 Скорбь пришла под этот кров, Новой скорби с моря ждем. Здесь иль там — не все ль одно? Ах, пусть бы внезапный вихрь На нас с утесов фессалийских грянул, На бурных крыльях вдаль отсюда нас унес! О Зевса многославный сын! Боюсь умереть от страха, Тебя завидя лишь средь нас! А уже говорят, что несут тебя к нам, 960 Томимого злою болью — Чудо выше чуда. Ах, близкого горя песнь, Как соловей тоскующий, я пела! Печальным шагом к нам чужая рать[387] идет. Куда несут его? С какой Заботой влекут бесшумно Тяжелых поступь ног они! Ах, безмолвно лежит он у них на руках! Что с ним? Неужто он умер! 970 Иль во сне забылся?

ЭКСОД

О отец мой, о горе, не стало тебя! Как мне быть? Что мне делать? О горе! Ах, умолкни, мой сын! Не тревожь, не буди Беспощадную боль в разъяренном отце. Он не умер еще: закуси же уста И молчи. Что сказал ты? Не умер? Не буди ж ты его! Он лежит в забытье. 980 Пусть оставит его хоть на время, дитя, Ненавистный недуг. Ах, не в силах нести Это горе я: сердце заныло. О Зевс! Где, в какой я стране? Что за люди меня, Истощенного вечною болью, несут? О несчастная доля страдальца! А! грызет ведь, проклятая, снова! Не полезней ли было молчанье хранить? 990 Ты развеял завесу целебного сна Ему с вежд и главы! Захлестнуло меня Несказанного зрелища горе. О ступень роковая, кенейский алтарь! Как почтил я тебя — и какою за честь Отплатил ты мне лаской! О горе! О, в какое посмешище, Зевс, мой отец, Обратил ты меня! О, погибнуть бы раз И не видеть себя