София Вул – Письма с чужим почерком. Книга 3 (страница 1)
София Вул
Письма с чужим почерком. Книга 3
СОФИЯ ВУЛ
ПИСЬМА С ЧУЖИМ ПОЧЕРКОМ
СЕМЕЙНАЯ САГА
КНИГА ТРЕТЬЯ
Глава 1. Девятый вагон
Три часа семнадцать минут — достаточно, чтобы пересечь границу.
И слишком мало, чтобы понять, кто именно увозит чужого ребёнка.
Кирилл сидел на переднем пассажирском сиденье и смотрел на красную точку, двигавшуюся по экрану телефона. Поезд шёл медленно, но не останавливался. Линия под ним давно исчезла с современных карт. Только старая железнодорожная схема, найденная Антоном в архиве, подтверждала: путь существовал.
Сорок лет назад по нему возили торф.
Тридцать лет назад ветку официально разобрали.
Сейчас по ней двигался состав из девяти вагонов.
— Сигнал снова пропал, — сказал Антон.
Красная точка замерла посреди серого поля.
— На сколько? — спросила Лиза.
— Пока на десять секунд.
— В прошлый раз было семь.
— Я умею считать.
Лиза сидела сзади, сжимая ремень безопасности обеими руками. Она не обиделась на резкость. За последний час они все говорили так, будто каждое лишнее слово отнимало у Веры воздух.
Алина вела машину. Дождь стучал по крыше, дворники едва успевали очищать стекло. Дорога уходила между тёмными деревьями. Ни одного встречного автомобиля. Ни одного освещённого дома.
— Точка появилась, — сказал Кирилл.
Теперь поезд двигался в другом направлении.
Не к границе.
На север.
Алина посмотрела на навигатор.
— Там нет путей.
— Есть, — ответил Антон. — Просто на карте их нет.
Он развернул распечатанную схему. Бумага была старой, линии местами стёрлись. Ветка раздваивалась возле станции Волково: одна часть вела к закрытому торфяному комбинату, другая — к городу, название которого София произнесла перед их отъездом.
Реченск.
Там родились Людмила, Нина и Марина.
Там, по старым документам, появилась на свет Вера — женщина, чьё имя потом давали другим девочкам, как платье, из которого одна выросла и которое передали следующей.
— До Реченска семьдесят километров, — сказала Алина.
— Поезд туда не идёт, — ответил Антон. — Он свернул раньше.
— Куда?
Антон провёл пальцем по почти невидимой линии.
— К технической станции.
— Она действует?
— Официально — нет.
Кирилл не отрывался от экрана.
Красная точка снова остановилась.
До первой остановки оставалось два часа сорок девять минут, если верить сообщению. Но теперь никто не знал, было ли это настоящим временем или очередной цифрой, специально выбранной из их прошлого.
Три семнадцать.
Время исчезновения Маши.
Номер объекта.
Количество часов до остановки.
Программа любила повторения. Повторение превращало случайность в знак, а знак — в приказ.
— Откуда передаётся сигнал? — спросила Лиза.
— С телефона, который оставили в доме, — ответил Антон.
— Телефон у нас.
— Именно.
Лиза наклонилась вперёд.
— Тогда мы следим не за поездом?
Антон промолчал.
— Отвечай.
— Мы следим за координатами, которые кто-то отправляет на телефон. Это может быть маяк в поезде. Может быть заранее созданный маршрут. Может быть человек, который едет совсем в другом месте.
— То есть Вера может находиться где угодно?
— Да.
Лиза отвернулась к окну.
Кирилл ожидал, что она потребует остановиться, проверить роддом, вернуться к Ольге или изменить маршрут. Но она только спросила:
— Почему мы всё равно едем к станции?
— Потому что третий конверт настоящий, — сказал Кирилл.
Он достал его из внутреннего кармана.
Плотная серая бумага. Восковая печать с деревом и девятью корнями. Надпись «Моей настоящей семье» была сделана чёрными чернилами.
Почерк казался знакомым.
Не Машин. Не Виктора. Не Андрея.