София Вул – Чужие ключи (страница 17)

— Удобное правило. Ничего не знать, пока правда не станет безопасной.

Слова дочери болезненно напомнили Павла.

Алексей позвонил Ирине. Она ответила не сразу.

— Варвара что-то рассказала о Приозёрске, — начал он.

— Не нужно, — перебила жена. — Когда будешь готов сказать всю правду, тогда и поговорим.

— Я сам только сегодня увидел фотографию.

— Фотографию увидел сегодня. А имя Елены я слышу во сне двадцать лет.

Ирина отключилась.

Алексей остался у окна. В отражении стекла он впервые увидел не руководителя большой компании, а человека, который строил настоящее на тщательно закрытом прошлом. И теперь старый дом, включённый кем-то в очередной проект, открыл дверь без его разрешения.

Он достал из нижнего ящика старый ежедневник. На странице двадцатитрёхлетней давности сохранился номер приозёрского почтамта и короткая запись: «Передать Лене: вернусь первого сентября». Рядом чужой рукой было выведено: «Сообщение принято В. С.».

Алексей позвонил в архив почты. Сотрудница объяснила, что журналы телефонограмм такого возраста давно уничтожены, однако часть документов могла попасть в краеведческий музей. Тот самый музей, на территории которого теперь находилась старая камера хранения.

Следом пришло сообщение от службы безопасности. Виктор Савельев не просто работал с отцом Алексея. После смерти Воронцова-старшего он несколько лет получал выплаты от семейного благотворительного фонда. Назначение платежей звучало безобидно: поддержка региональных социальных учреждений.

Одним из этих учреждений был частный женский пансионат, закрытый двенадцать лет назад.

Алексей переслал сведения Варваре и попросил никому их не показывать. Почти сразу дочь перезвонила.

— Ты опять хочешь сначала всё решить сам?

— Я хочу проверить факты.

— Тогда проверяй открыто. Иначе ты делаешь то же, что дед: называешь тайну защитой семьи.

Он удалил подготовленную просьбу о конфиденциальности и отправил материалы корпоративному юристу официальным письмом. Маленький поступок, не исправлявший прошлого. Но впервые за много лет Алексей выбрал правду до того, как узнал, будет ли она ему выгодна.

Вечером Алексей приехал домой поздно. Ирина уже спала, а на столе в кабинете лежал альбом.

На первой странице он увидел себя двадцатипятилетнего. Рядом смеялась Елена. За ними стоял дом с зелёными ставнями.

На второй фотографии были Анна, Павел Орлов и ещё несколько знакомых лиц.

Третий снимок оказался тем самым портретом, который недавно сняли со стены. Елена стояла возле моря, положив руку на живот.

На обороте её почерком было написано: «Нас теперь трое».

Алексей перечитал фразу несколько раз.

Дата была поставлена за неделю до исчезновения Елены.

Глава 6. Сын своего отца

Никита приехал в Приозёрск на следующий день после обеда.

Он не предупредил мать. Был уверен: если позвонит, она снова запретит ему приезжать, а он устал разговаривать с короткими сообщениями.

Дом оказался хуже, чем описывал отец. Никита остановил машину у ворот и несколько секунд смотрел на осыпавшийся фасад.

Марина стояла на лестнице с ведром краски. На ней были старые джинсы и мужская рубашка, волосы собраны в небрежный хвост. Такой сын её почти не помнил.

— Ты всё-таки приехал.

— Ты дала адрес.

— Чтобы ты знал, где я. Не чтобы приезжал.

Он обнял её. Сначала Марина напряглась, потом прижалась к сыну.

— Я волновался.

— Это семейное. Твой отец тоже говорит, что волнуется, когда хочет всё контролировать.

— Я не папа.

— Пока не уверена.

Из дома вышла незнакомая девушка с кипой старых бумаг.

— Это Лера, — сказала Марина. — Её тётя жила здесь раньше.

— Дочь Елены, — уточнила девушка.

— Никита. Мой сын.

Они обменялись короткими взглядами.

— Вы приехали за матерью? — спросила Лера.

— Я приехал убедиться, что с ней всё в порядке.

— А если не в порядке, увезёте насильно?

— Простите, это семейное дело.

— Здесь теперь все дела семейные. Просто семьи разные.

Марина вздохнула.

— Не начинайте.

Павел работал на крыше. Услышав машину, он спустился и сухо поздоровался с Никитой.

— Вы Орлов?

— Да.

— Папа говорил, вы уговариваете маму вложить деньги в ремонт.

— Я никого не уговариваю.

— Сколько уже насчитали?

— Никита! — остановила его Марина.

— Я просто хочу понимать.

— Ты хочешь понимать мои расходы или доложить отцу?

— Почему любое моё слово ты связываешь с ним?

— Потому что работаешь у него и приехал на следующий день после его звонка.

Никита достал из машины сумку.

— Я останусь до завтра.

— У нас нет свободной комнаты.

— Переночую в гостинице.