София Руд – Измена. Ты нас предал, Дракон! (страница 35)
— Боги, Ваша Светлость, лишь они могут мне приказать!
— Не лги!
— Шамаша не лжет, — выходит из густой дымки невысокий моложавый мужчина с каким-то неправильно детским лицом и наивным взглядом.
— Пусти девчонку, Ваша Светлость. Ты ведь по мою душу пришел, — говорит он, а у меня в голове диссонанс.
Серафим как минимум должен выглядеть лет на сто по человеческим меркам, а этот…
Улыбается, будто по моему лицу мысли читает.
— Ты ведь из-за метки Тьмы, что на руке твоего сына, сюда пожаловал? — спрашивает он с таким несокрушимым спокойствием, что мне становится не по себе.
Отпускаю болтливую безумную женщину, и та мигом исчезает в тумане. А некромант стоит неподвижно и внимательно смотрит на меня, прекрасно зная, что я ему не доверяю.
— Эта метка исчезнет, когда твой сын познакомиться с собственным драконом, — выдает он. — Но Тьма, впитанная им, никуда не денется. Его магия будет как светлой, так и темной.
— Темной? — повторяю я и невольно морщу нос.
В нашем мире, в том мире, что есть сейчас, темным нет места. Дорога им почти везде закрыта.
Даже наследного принца лишили короны лишь потому, что вскрылась его связь с Тьмой, и теперь нашим народом управляет идиот, зато со светлой магией.
— Как твоя истинная? — вдруг спрашивает Серафим, а я ловлю себя на мысли, что сейчас ничего не чувствую, хотя немногим ранее она определенно точно злилась. — Здесь все искажается. Тебе лучше вернуться в реальность. Там тебя ждет выбор. Шамаша уверена, что ты пойдешь одной дорогой, а я говорю, что выберешь иной пусть.
— Ты мне про сына лучше скажи! — рычу на него, но некромант склоняет голову, отдавая почести, а затем делает полшага и исчезает в тумане.
Здесь вообще ничего не видно, и, что хуже, я не ощущаю больше ничье присутствие. Будто эти двое любителей говорить загадками, в самом деле, растворились в воздухе.
Снаружи доносятся голоса, которых совершенно не было слышно ранее.
— Беда! Беда! — ревут женщины, и их крики заглушает вой королевских сирен.
Сирены! Кто-то нарушил границу!
Моментом вырываюсь из шатра, а на улице уже не то сумерки, не то рассвет. Что тут происходит, гоблины дери?! Люд в панике мечется по улице, говоря одно страшное слово “Война”.
Блокнот моментальных писем шуршит. Вынимаю конверт:
Оборотни напали? Они выжили из ума, чтобы сюда соваться?! Они бы не стали. Здесь что-то не так.
— Ваша Светлость! — вырисовывается передо мной личный страж, которому было велено лично охранять Мэл. Какого гоблина он пошел за мной, когда должен охранять семью?! — Леди Мэлони и вашего наследника забрал король!
Глава 35. Одна обреченная или слава и толпы красавиц.
— Что ты здесь забыл? Я велел тебе быть на границе! — рявкает король, и тяжелая для его дурной головы корона слетает на лоб.
Оглядываю тронный зал. Непривычно пуст. Лишь кучка слуг и стражников наготове. А сам король будто еще сильнее лишился рассудка.
Глаза блестят нездоровым блеском. Светлые волосы липнут к покрытому испариной лбу. Король даже минуты не может высидеть на своем троне спокойно — весь извивается будто змея, брошенная в пламя.
— Я узнал, что моя жена и ребенок у вас.
— Узнал, и что? Ты, генерал королевской армии, посмел ослушаться моего приказа в такой момент?! Ты смерти ищешь?! Я могу расценить это как измену короне! Стража! — орет как потерпевший. Гневается, но в глубине его глаз, я вижу, как он доволен происходящим.
Вот только стражники, явно, против воли сейчас идут, чтобы выполнить его приказ.
— Я не ослушался вашего приказа, Ваше Величество, — сообщаю ему.
— Что это значит? Ты здесь, а должен быть там!
— Ваш приказ звучал так, Ваше Величество: “
— И? - не понимает он.
— И он исполнен. Мне было велено взять командование, а не явиться. И я его исполнил. Мой человек, получивший полномочия от моего лица и при полном моем контроле, — показываю ему блокнот моментальных писем, — уже на месте. Если нужен доклад…
— Гоблины! — шипит король и кидает злобный взгляд в писарей.
Хочет винить их?
Дурак всегда будет винить всех, кроме себя.
— Формально ты исполнил приказ, — фыркает король, а из его ушей едва не валит пар. — Но по совести должен был явиться туда, а не стоять посреди тронного зала в своих начищенных сапогах!
— Я непременно отправлюсь. Но сначала я хочу узнать, почему Ваше Величество забрало мою жену и ребенка. Как ваш подданный и глава своей семьи, я имею полное право владеть этой информацией!
— Тебя только это беспокоит в момент войны? — бесится правитель.
— Отчего служивые идут в бой? — спрашиваю его, чем сбиваю с толку.
Хмурится. Не знает.
— По приказу. — выдает с уверенностью, спустя минуту размышления. Идиот. — Бояться лишиться головы, ослушавшись меня.
— Верно. Но пять таких воинов не стоят одного того, кто идет защищать. Семьи, близких, землю, народ. Каких воинов вы предпочтете, Ваше Величество? Полк тех, что идут в атаку из-за страха, или тех, кто готов впиваться зубами за безопасность родных?
— К чему этот разговор?! — злится.
— К тому, что вы забрали мой тыл. И без него я не понимаю, что должен защищать.
— Ты! — вновь подскакивает и король, и его корона. Как же она несуразно смотрится на этих сальных белесых волосах. — Ваша Светлость, вы опять забываетесь! Вы служите короне, то есть мне!
— Вне сомнений. И вы государь, мудры. Потому поймете, отчего мне нужно знать, Ваше Величество, что тем временем, пока я отдаю свой долг, жизни моих родных вне опасности.
Отворачивается и скрипит зубами так противно, что придворные морщатся.
— Почему их забрали?
— Еще спрашиваешь?! Тьма! Твоя жена якшалась с Тьмой.
— Это ложные обвинения! И я вам это доказал. Я показал кристалл, которым лекарь наносил письмена на ее теле, впуская черную магию.
— Вранье! — отсекает он. — Мои люди провели расследование. Кристалл был красным. Это кто-то потом его подменил на черный. Вполне возможно, ваша жена.
— В то время, как была заперта в темнице?
— Значит, ее люди! — не сдается упрямец.
Да он и не сдаться. Он не ищет правды. Не жаждет справедливости. Он ведет игру, и я все четче понимаю ее правила.
Интриги — ремесло придворных дам. Но теперь и король уподобился этому. А если знать цель, то и шаги его станут понятны.
— Если вы забыли, государь, то я напомню: мою жену и сына оправдали сами боги. — выдаю и жду, что он скажет на это.
— Потому твоя жена и здесь. Я хочу знать, как она обманула богов! Остановитесь, лорд Дидрих! Я и так вам сегодня позволил то, что не позволял никому. Вам не нужна ваша голова? Уже забыли свою клятву?
— Помню. «Отлично помню», —говорю, а в душе развергается буря от жутких воспоминаний. — И Мэл не смогла избежать суда…
— Посмотрим, избежит ли второго. Не вздумайте помогать ей бежать. Завтра вы должны быть на границе. А если ваша жена исчезнет вдруг из темницы, то я подниму вашу клятву. И сниму с плеч вашу голову, лорд Дидрих! — заявляет этот засранец, а я с трудом сдерживаю жажду свернуть ему шею.
Недоумок, чудом получивший корону. Он даже штаны не умеет подпоясывать, не то, что государством в здравом уме управлять.
— Хорошенько подумай, стоит ли погибать из-за обреченной женщины, когда тебя ждет слава героя, и все красотки королевства будут у твоих ног. — выдает мне этот сопляк, а затем спрыгивает с трона и, зевая, будто все идет по плану, направляется к боковым дверям.
— Я устал, — жалуется он слугам, которые свитой бегут за ним.
Дверь с грохотом закрывается за их спинами. Смотрю на этот вычурный зал с изобилием безвкусных убранств и хочу спалить его дотла. Вместе с самодуром, возомнившим себя богом.