София Рубина – Отель и все святые грешники (страница 11)
Ты застываешь и, вне себя от злости и изумления, смотришь на этот балаган.
А они счастливые, довольные, и вполне дружелюбно настроены:
– Девушка, ну мы еще часик тут посидим, вы идите, идите! Друзья просто в гости зашли.
– Но это не
– Девушка, ну что вы, ну всего немножко… Хотите – к нам присоединяйтесь?
Вдыхаю. Выдыхаю. Мой неначавшийся сон летит ко всем чертям.
– Пятнадцать минут, – выговариваю я, – Через пятнадцать минут ваших друзей здесь быть не должно. Я приду и проверю.
Я порчу людям вечеринку. Я зараза.
Затем сижу на своем полутемном ресепшене, час ночи, на столе горит одинокая лампа. Но я не ложусь, я жду пятнадцать минут, затем поднимаюсь снова. Обычно гости начинают собираться только когда повторно слышат мои приближающиеся шаги.
Добавлю, что хозяева отеля тоже бы очень удивились, узнав, что обожаемые постояльцы приводят кого-то постороннего и ведут себя не по-написанному. Очень часто у тех владельцев, которые пришли в бизнес не с низов, в голове красивая картинка не только о поведении администраторов, но и о поведении гостей, как чинно и красиво оно все должно быть. А оно так не бывает.
Спальное место в гостинице 4 я буду воспевать. Аналогов подобному не встречала ни до, ни после. Помните диванчик для гостей, на который я сползала из-за невозможности сидеть на табурете? Рассказ пойдет о нем. Изюминка заключалась в размерах: это не полноценный диван, а что-то на полпути между диваном и креслом. Когда я впервые положила подушку, увидела, что она занимает ровно половину пространства. Спать можно было двумя способами: либо в позе эмбриона, причем очень сильно скрючившись и поджимая колени к самой груди (и это при моем-то коротком росте!), или перекинув ноги через остренькие подлокотники. Ноги закидывались вверх, под коленками пережимало, а ступни свисали в пространство, нарушая циркуляцию крови. Поза на ваш выбор, ни в чем себе не отказывайте, но спать можно четыре часа, с двух до шести. В шесть приходили повара и начинали готовить завтрак (причем для мелкой помощи на кухню могли позвать и администратора). Вставлю ремарку, что в пять утра приезжала прачка. У прачки своих ключей не было, поэтому требовалось открыть дверь, затем провести человека наверх в подсобку, отдать мешки со вчерашним грязным бельем и принять свежепривезенные.
Вычитаем из четырех часов сна пятнадцать минут на прачку и пятнадцать на разгон гостей по номерам. И это в идеале, если никто не станет ломиться к тебе через закрытые двери ресепшена с глупыми вопросами вроде «А вы можете сделать копии всех страниц моей трудовой книжки?». Потому что строчку выше я сейчас не из головы выдумала, как-то ко мне ломились именно с этим вопросом, и на мое предложение: «А давайте утром?» – ответили: «А давайте сейчас».
Просто представьте себе состояние администратора.
Первый месяц было кресло-диван. Затем руководство сжалилось и купило нам раскладушку. Она еле-еле влезала в пространство между ресепшеном, креслом-диваном и двумя декоративными столиками с двумя декоративными пишущими машинками. Естественно, каждую ночь перед сном администратор вручную вытаскивал раскладушку из подсобки, катил по коридору, раскладывал и заправлял бельем. Точно также как и утром, собственноручно разбирал конструкцию. В подсобке спать было нельзя – не дай Бог еще гости отправятся на поиски и обнаружат комнату Синей бороды. И вообще – админ должен быть на ресепе. Так что середина ночи, перевезли, собрали, разобрали. Вырубились. Как проклятые.
Возможно, этот отель тоже был немного, как сказали бы англичане, haunted7. Однако тут уже совпали и мои впечатления, и отзывы от гостей. Я, лежа в освещенной тусклым светом комнате, слышала шаги. Их можно было бы принять за шаги в номере надо мною, мое крыло этажом выше пустовало. Шаги чувствовались как шаги по потолку. В этой комнате. Я повторяла про себя свою мантру, перечисляла а, б, в. А через несколько месяцев, когда уже не работала, но по привычке проверяла отзывы на отель на Букинге, увидела совершенно невероятный текст. Одна девушка уверяла, что они с мужем встретили в номере черную полупрозрачную тень в форме человека. И эта тень двигалась в их направлении. На отзыв ответил директор лично. Всегда такой требовательный к образцам ответов и показной вежливости, он просто орал на нее капслоком с обилием ругательств, советами лечиться и восклицательными знаками. Думаю, он ни секунды не сомневался, что этот отзыв – происки конкурентов.
Я бы не была так уверена в старинных домах Питера.
И вот так бодро начался 2017-й год. В восемь утра стартовала смена в гостинице 4, и смена напоминала поле боя. Однако я пыталась и в это дело впихнуть уроки корейского. Созвоны не назначала, но письменные упражнения делать пыталась. Почти безуспешно. Одни дела подгоняли другие, кормили нас – кстати – тем, что оставалось от гостей с завтрака. Остатками того, что не доели другие. Если что-то вообще было. Специально обед никто для нас не стряпал. Никаких лакомств и краснодарского мороженого. Спала я неполные четыре-пять часов на почти-диване. И после суток в прекрасном, всеми любимом отеле с рейтингом около десяточки, добиралась в гостиницу номер 3, тихую, спокойную, с обедами-ужинами и ребятами-таджиками.
Я научилась мастерски спать, сидя вертикально в кресле. Высший пилотаж – вовремя проснуться, до того, как к тебе подойдет гость. Иногда я уже махала рукой на все, в середине дня шла в подвал, ставила таймер на пятнадцать минут и вырубалась в темноте на раскладушке.
Третий день в этом цикле проводила дома. Добиралась к десяти утра, а дальше выжимала изо дня все, что не могла сделать в другие: обустраивала квартиру, готовила, встречалась с друзьями, занималась вокалом. И спала. Но не высыпалась.
Я начала составлять планы. Финансовые, календарные. Сколько нужно денег на Корею. Когда собираюсь поехать в Корею. Подсчет стоимости авиабилетов, хостелов, наметка маршрута и интересных мест для посещения. Сколько мне еще так работать и сколько ежемесячно откладывать.
Мне нужно было рассчитать силы. Рассчитать терпение. Потому что этот путь не казался ни легким, ни быстрым.
***
Я ненавидела ночные подъемы. Иногда забывала, что происходило в разы, когда меня дергали. Помню, что поднимали, но не помню, кто и по какому поводу, и о чем мы говорили. Мозг работал на автомате – и не дорабатывал.
Однажды в пять утра курьер со сломанным носом принес почту. Я отстраненно наблюдала за его копошением, в голове картинка, как ударом выправляю ему нос в обратную сторону, особенно когда выяснилось, что курьер ошибся зданием.
Были ночные звонки. Много звонков. Звонки и открытие дверей. И закрытие дверей снова за гостями. Я вела подсчет, сколько раз за ночь меня поднимали. В среднем пять-шесть. Иногда девять. Однажды я потеряла счет на пятнадцати. Считаю цифру в районе пятнадцати своим неофициальным рекордом.
В ту ночь дверной звонок гостиницы 3 заставил меня взвиться около часа, и с очередным сердечным приступом натягивать на себя одежду «пока горит спичка». Это случилось в одну из первых недель моего нового режима, я еще привыкала и чувствовала себя совершенно выпотрошенной.
В темный холл вошел тучный мужчина с плешивой головой и седыми усами. Он посмотрел по сторонам, на антикварные шкафы, обитые тканями диванчики, люстру с россыпью черных подвесок и на атлантов в арочном проеме.
– У вас бассейн есть? – ляпнул незнакомец.
– Нет, – терпеливо отвечала я.
– Это отель, да?
– Отель.
– Свободные номера есть?
– Есть.
– А фитнес-зал? А сауна? – он скользил взглядом по рекламным листовкам, разложенным на ресепшене. Я подумала, что, возможно, гость ищет отель, где бы его, так сказать, «особо обслужили».
– У нас просто отель. Без сауны и бассейна, – мои глаза заплыли, по телу разливалась слабость. Стоять было почти невозможно, и я мечтала, чтобы он поскорее ушел. И тут мужчина воодушевленно полез в карман.
– Тогда вы можете направлять гостей в сауну ко мне! – он веером разложил передо мной ворох рекламных проспектов, – Сауна за углом, на соседней улице, и…
– Уберите это отсюда, – мой голос исказился до хрипа. Я разозлилась так, что дыхание перехватило, – Мы не будем направлять гостей
– А почему вы решения принимаете? Вы что, директор?
– Сейчас
Мужчина дернулся, будто его ударили.
– Как вы смеете со мной так обращаться…
– Час ночи!!
– Я буду жаловаться вашему директору! Вас уволят из этого места! – развернулся он уже на выходе.
– Ну да, конечно, – пробурчала я.
Дверь хлопнула.
Меня все еще трясло, от злости, от неверия в такую наглость, от угроз. И хотя разумная часть понимала, что никто меня увольнять не будет – он даже не гость, – я задергалась. Это было неприятно.
Но я и представить не могла, что случится утром.
Утром я обнаружила новые отзывы об отеле.
По всему интернету. Яндекс, Гугл, Трипадвайзор, ВК – кое-где он даже специально зарегистрировался. В системах бронирования отзывов не было – для этого надо действительно прожить, или хотя бы заплатить за проживание, – но по всем возможным бесплатным ресурсам расцвел шедевр следующего содержания: