Софи Росс – Сдайся мне (страница 50)

— Детка, что такое? — Ян сразу начинает суетиться.

Я тоже оглядываюсь по сторонам, пытаясь найти причину такой внезапной перемены настроения. Дианка крутит головой и жмется ко мне.

Ее сестра что-то шепчет на ухо Янычу, и он встает со своего места, направляясь в сторону одного из столиков. А потом наши девчонки вскрикивают, потому что в следующую секунду Костер бьет какого-то парня лицом об стол. Два раза.

Он хватает беднягу за шею и заставляет посмотреть в нашу сторону. Агата съеживается еще больше, ее на пару с сестрой всю трясет.

— Это он, да? — осторожно шепчет зефирка. — Тот парень из лицея, который тебе угрожал?..

— Да.

Пожрали, блин.

К Кострову тем временем уже подбегает охрана. Они пытаются его скрутить, но он не дается.

— Придется вам посидеть пока вдвоем, девочки, — я тоже поднимаюсь из-за стола. — Все нормально будет. Не в первый же раз, а?

— Не надо… — пискнув, фея хватает меня за руку.

— Я буду поганым другом, если не вмешаюсь.

Она понимающе кивает и отпускает меня. Только я все равно чувствую ее взгляд на своей спине.

Мудак этот, который в прошлом что-то сделал Агате, верещит на весь ресторан, одновременно пытаясь зажать нос, из которого хлещет прямо как из фонтана. Я перевожу взгляд на Яна и понимаю, что он вполне собой доволен.

Осталось только понять, как теперь разгрести все это.

— Молодые люди, полицию вызывать будем? — встревает в разговор секьюрити, зыркая то на меня, то на Яна. Боится, наверное, что мы опять выкинем что-нибудь из ряда вон.

— Конечно! — дурниной орет раненый. — Ты у меня сядешь, понятно?!

— Завали, — огрызается на него Ян, встряхивая руку, которая еще недавно была сломана.

Я бросая беглый взгляд на столик, где остались девочки, подмигиваю Дианке и лыблюсь, чтобы они обе не нервничали. Кострову, конечно, хочется по его бедовой черепушке залепить, но я подозреваю, что просто так руками на публике он бы размахивать не стал. Да и у Агаты до сих пор какой-то потерянный вид.

— А может… — охранник собирается предложить вариант разрешения конфликта, но мудак с писклявым голосом его перебивает.

— Звоните в полицию! Всех сюда вызывайте, я сейчас еще и отца наберу. Богадельня, а не приличный ресторан.

Менты приезжают минут через пятнадцать, а мы все это время проводим в кабинете арт-директора. Подбитый увалень лежит на диване с вымученным выражением на лице и распухшим носом, а мы с Янычем перекидываемся молчаливыми взглядами.

— Что за проблема? — полицейский качает головой, увидев разбитый нос пискли.

— Он на меня напал! Здесь все свидетели и могут это подтвердить.

— А ты, гондон, уже забыл, что с моей женой сделал?

— Гражданин…

— Костров Ян Леонидович.

— Давайте потише. И выражения выбирайте, будьте так добры.

Примерно на середине нашего красочного диалога в кабинет врывается запыхавшийся мужик в костюме и при галстуке, перекинутом за спину. Он останавливается, чтобы отдышаться, и смотрит на своего, подозреваю, сына так, что я бы на месте последнего уже бежал бы к границе и просил бы выпустить меня из страны.

— Я тебя предупреждал? Предупреждал?!

— Да я вообще не при делах, — птенец с красным клювом мгновенно соскакивает с дивана. — Ты посмотри на мое лицо. Вообще-то я всего лишь пообедать сюда заехал.

— Не ебет меня, че ты там хотел, щенок. Жрать дома надо, мать кому готовит? В машину пошел, завтра же уезжаешь нахуй отсюда, дядька из тебя быстро человека сделает.

— Пап…

— Не папкай, блять. Двадцать лет, мозгов как не было, так и нет. Живо в машину, а то я сам тебе добавлю, сученыш. Пиздуй давай.

Мы с Яном провожаем мгновенно осунувшегося парня взглядом и возвращаемся к его отцу. Мужик аж покраснел весь, и вены на лбу вздулись.

— Прошу меня простить за эту сцену.

На этот раз в осадок выпадаем не только мы с Костровым, но еще и господа полицейские. Однако…

— Из сына все никак не получается человека сделать. Что-то я упустил в его воспитании, а теперь пожинаю плоды. Так в чем собственно проблема, товарищи?

Если честно, мы тут все думали, что он сейчас начнет разговаривать на русском матерном, а тут вон какие пируэты.

— Гражданин Костров, — полицейский кивает в сторону Яна. — Разбил вашему сыну нос прилюдно. Протокол составлять будем?

— За дело?

— За дело, — подтверждает Костер.

— И в чем тогда вопрос? Я претензий не имею, а пиздюк этот…в смысле мой сын, я хотел сказать, завтра в армейку поедет. У него тоже претензий не имеется.

— У нас вызов зарегистрирован, — встревает в разговор мужик в форме.

— Никаких проблем, все оплачу по двойному тарифу. А вы идите, ребят. Я администратора предупрежу, чтобы чек записали на мою фамилию. Компенсация будет за этот неприятный инцидент.

Возражений у нас с Яном нет. Мы по-быстрому сливаемся, пока еще есть такая возможность, отделаться всего лишь испорченным настроением. В конце концов, нас девочки в зале ждут.

Вернувшись, мы натягиваем улыбки на наши кислые рожи и вкратце пересказываем Диане с Агатой подробности только состоявшегося разговора. Сестренки успокаиваются, вся наша компания заканчивает эти странные посиделки, и где-то радуется одна удачливая официантка, которой мы в качестве чаевых оставили полную стоимость обеда, потому что Русаков свое слово сдержал и чек записали на него.

Ян увозит Агату домой, я утаскиваю зефирку в машину и беру курс на свою квартиру.

— А может, я хотела сегодня побыть в одиночество? — обиженно завывает Диана с соседнего сидения, когда мы проезжаем поворот на ее дом.

— Размечталась. Тебя сейчас вообще нельзя оставлять одну, опять накрутишь в голове какую-нибудь чушь, а мне потом разбирайся с последствиями. Так что, кроха, у нас теперь полная диктатура и тоталитаризм в отношениях.

— Я против.

— Это всегда запросто. Расклад только все равно не поменяется.

Зефирка еще больше надувает губы и отворачивается к окну. Шкерится от меня до вечера по всей квартире, но после наступления темноты все-таки приползает под бок на диван, где я проверяю работу своей команды, и так загадочно смотрит, что я опять готовлюсь к очередному апокалипсису.

— А можешь еще раз показать?

— Что показать? — ухмыльнувшись, я стреляю глазами на свой пах.

— Не это! Фотографии детской, которые тебе прислал дизайнер. Я не все успела там рассмотреть.

Обняв фею одной рукой, я сворачиваю рабочее на ноутбуке и открываю папку с проектом комнаты для нашего будущего ребенка. Моему языку еще определенно надо попривыкать к этому слову.

Ребенок. Малыш. Сын или дочка. Мне бы сына хотелось, потому что еще одна такая же принцесса точно загонит меня в могилу. Хотя вроде седые волосы нынче в тренде…

— Кресло-качалка? — удивляется Диана новому ракурсу. — Для меня?

— Ну да. Это вроде удобно, сел, а тебя качает. Кресло сделает за тебя всю работу.

— Мне очень нравятся цвета. Такое все нежное. Или это фильтры?

— В реальности тоже все так будет. Начнем через пару месяцев?

— Ага…

Я листаю фотки дальше, и тут на весь экран вылезает сохраненный скриншот с кольцом. На днях я просматривал разные варианты для Динь-Динь, и, видимо, один сохранился куда-то не туда. Совсем не туда.

Закрывать уже поздно, фея успела все разглядеть. В том числе и цену, блин.

— Нравится? — спрашиваю так, будто это в порядке вещей.