Софи Росс – Сдайся мне (страница 49)
— О чем, черт возьми, речь? — я хочу услышать все подробности от Яна прямо сейчас.
Они собираются завести ребенка? Если честно, я вообще эту парочку не могу представить в роли отцов. Что Мир, что Ян сами еще дети. Великовозрастные раскачанные детишки, у которых в головах очень часто гуляет ветер. Не зря говорят, что девочки взрослеют раньше.
— Твоя сестренка тоже беременна. У вас это семейное, да? Скрывать все друг от друга, чтобы никто не волновался, — посмеивается Ян надо мной и щелкает по кончику моего носа.
— Поздравляю… — мне хочется плюхнуться на задницу прямо посреди коридора от растерянности, но Мирон аккуратно придерживает меня за плечи, прильнув сзади к моей спине.
— Я тоже присоединяюсь, братан. Когда узнали?
— Да недавно. Батя мой приезжал, Агата ездила встречать его, пока я разбирался с рабочими. По дороге моя любимая женушка воткнулась в чей-то зад, разволновалась, и об этой шикарной новости я узнал в больнице, после того как доехал до нее, собрав все штрафы по пути и два раза посравшись с гайцами.
— Так именно из-за этого Агате нельзя ни о чем говорить, — я хватаюсь за эту соломинку. — Ты же знаешь, что у нее было уже… Моей сестре категорически нельзя волноваться!
— Ничего не будет, если сказать все нормально. Тем более я знаю способ, как заставить ее расслабиться, — Костров играет бровями, специально вгоняя меня в краску. — А вот если вы с ней нечаянно пересечетесь на улице и она увидит твой живот — это будет проблемой. Большой круглой проблемой.
— Но у меня нет еще никакого живота…
— Пока что нет. Ты думаешь, он и потом не появится, мелкая? В конце концов, почему я тут вообще один распинаюсь? Эй ты, бык-осеменитель, не стесняйся, можешь присоединиться к нашему горячему обсуждению.
— Ха-ха. Сам тоже хорош, — горячее дыхание Мирона пропадает в моих волосах. — Бл, до сих пор привкус крови стоит. Ты стоишь, зефирыш? Пойду хоть рот прополощу.
— И с рожи остальное вытри. Нечего мою жену пугать, — кричит ему вслед Костров, после того как я киваю Мирону и отпускаю его в ванную обработать рану.
Ян делает шаг ко мне и предлагает свое плечо, чтобы помочь добраться до дивана, но я тут же зажимаю пальцами нос и прищуриваюсь.
— Понял, — сдавшись, он вскидывает ладони. — Но, чтоб ты знала, от меня не воняет. Агате вот нравится.
— А меня тошнит от этого запаха. И в гости я тебя больше не приглашу, — фыркнув, я иду к холодильнику, чтобы достать свою любимую воду с лимоном и небольшим количеством сахара.
Агата приезжает через полчаса. Сразу же налетает на меня с объятиями, едва не снеся с ног. Я принюхиваюсь и блаженно выдыхаю, осознав, что тошнит меня в этой комнате лишь от одного запаха и его обладатель предусмотрительно держится от меня на расстоянии.
— Как в старые добрые времена, да, малыш? Вся наша четверка, — шепчет сестра мне на ухо и отстраняется, так и не дождавшись ответа.
Кинувшись к Яну на шею, она прилипает к нему, как фруктовая жвачка к зубам, и сверлит взглядом нас с Вертинским. А я не могу собраться с мыслями, чтобы произнести два заветных слова.
— Я голодная, просто жуть. Весь день брожу по магазинам, выбираю всякие штуки для маленького. Там все такое краси-и-ивое…ой.
У сестры расширяются зрачки, и она в панике смотрит то на своего мужа, то на меня и Мирона.
— Не бойся, детка, я уже сказал им, — в улыбке Костров обнажает свои зубы.
— Но я же сама хотела… — слегка расстроенно вздыхает Агата и тычет его пальцем в бок, метив в район ребер. — Ладно, теперь уже поздно. Я беременна. Вот.
Тональность голоса у Агаты слегка нервная, и это говорит о том, что она тоже волнуется. Несмотря на то, что она старшая сестра из нас двоих.
— Я тоже… — пищу в ответ и тычусь лбом в плечо Мирона, как слепой котенок.
— Диана! — она аж подпрыгивает на месте. — Скажи, что ты пошутила. Немедленно!
— Это не шутка.
— Ты же еще сама ребенок! Боже… Какой срок?
— А какая разница? Если ты собираешься отправить меня на аборт, то я перестану с тобой разговаривать. Навсегда.
— Ну какой аборт, сестренка? Я просто в шоке, честно. Ты еще недавно носила пижамы с ушами, а теперь…
— Она и сейчас их носит. Очень секси, кстати, — вклинивается Мирон в наш разговор.
— А ты чем думал вообще? Я тебе сестру доверила! Надеялась, ты будешь приглядывать за ней. Она же еще даже универ не закончила.
— Стоит ли напоминать, что тебе тоже нравится, когда я в тебя кончаю? — философски тянет Ян, стараясь разрядить обстановку.
— Совсем не обязательно оповещать об этом всех! — взвивается Агата, запустив подушкой по наглой физиономии своего мужа.
Они втроем продолжают пререкаться, позабыв обо мне. Сначала я смеюсь. Но постепенно это выливается в новую истерику, и все резко обращают внимание на меня.
— Мелкая? Ты чего? Все ж нормально вроде, — разводит руками Ян.
— Н-ничег-го… — всхлипы мешают нормально говорить. — Никто не рад за меня, понятно? Ты, — я указываю на Агату. — Считаешь, что у меня не получится стать хорошей мамой из-за возраста. Ты, — теперь под раздачу попадает Костров. — Размахиваешь кулаками и даже не поздравил меня! А т-т-ты…
Мирон хочет обнять меня, но я останавливаю.
— Ты вообще сказал, что раз так получилось, то надо, наверное, рожать. Наверное! Идите вы все… Не нужен нам никто, да, маленький? — мои ладони гладят не округлившийся живот, и я уже сама себя, по-моему, считаю сумасшедшей.
Просто все идет наперекосяк…
Глава 35
Я до сих пор поверить не могу, что Диана скоро станет кругленьким пингвином и будет гонять меня по ночам за какой-нибудь экзотикой из продуктового.
Но я рад. На все сто процентов. Был уверен в этом в самую первую секунду, как только своими глазами увидел положительный тест. Моя жизнь сложилась, в ней есть любимая женщина, я реализован в профессиональной сфере, и даже квартира своя имеется.
Да, у меня в планах было баловать Дианку какими-нибудь внезапными поездками, потому что работать я могу фактически из любой точки мира, цацками, которые так любят все девочки, и своим вниманием. И та фигня, которая вылетела из моего рта в день «икс», была не из-за того, что я не готов стать отцом или что ребенок мне сейчас не нужен. Я просто представить не мог, что в свои неполные двадцать Динь-Динь захочет стать матерью.
— Малыш, — я встаю вплотную к ней и заставляю поднять взгляд на меня. — После того как ты показала мне первую фотку нашего мелкого пятна на экране, я ездил на пустырь, чтобы проораться, потому что меня переполняли эмоции.
— Так ты все-таки не хочешь его, да? — Диана хлопает влажными ресницами, и я сразу же стираю слезы с ее щек. — Нужно было сразу мне сказать об этом…
— Хочу
— Почему тогда?
— Я не хотел давить на тебя. Не знаю, что делал бы, если б ты приняла решение избавиться от этой беременности. Ты же знаешь, что тот момент, когда все случилось… Он был совсем не подходящим. И я не настолько идиот, чтобы думать, будто ты меня простила.
— Но я… — зефирка хочет поспорить со мной о нашем первом разе, но тут же отводит глаза.
Не простила. Даже если она пытается убедить меня в том, что все уже забыло, я ведь чувствую, как она зажимается в первые секунды, когда я оказываюсь сверху. Диана каждый раз пытается меня оттолкнуть, но почти сразу приходит в себя.
— Все в порядке, Динь. Я и дальше буду стараться загладить свою вину, но пока мы имеем такой расклад. Ну хватит плакать, ангел, — неловко усмехаюсь я, продолжив скользить костяшками пальцев по ее милым щечкам. — Хочешь, Яныч прямо сейчас перед тобой извинится? Может, даже на коленях.
— Э-э-э… — тянет Костер, но после моего вскользь брошенного на него взгляда замолкает. — Я могу.
— И сестра твоя станет отличной теткой маленькому.
— Будем вместе гулять и угнетать своих вторых половиной беременными капризами, сестренка, — широко улыбается Агата, кивая, как китайский болванчик.
— А у меня дизайн-проект уже на руках для одной из комнат. Сделаем там детскую, — я открываю галерею на телефоне и показываю фее несколько фотографий с готовыми решениями. — Ты только пообещай, что не захочешь меня прибить после рождения мелкого.
— Я не уверена, — зареванная, с вымученной улыбкой на губах и красным носом Дианка выглядит так нежно и трепетно, что мне хочется выставить чету Костровых за дверь и затискать зефирку до одури.
— Думаю, мы сможем с этим разобраться, — поддерживаю я Дианку.
До моих ушей долетают новые всхлипы, и я опять напрягаюсь. Вроде же только успокоилась.
— Ну а ты-то чего сырость разводишь?
— Они такие милые…
Я смотрю за спину зефирки и вижу, как Костер успокаивает свою расчувствовавшуюся жену. Агата, точно так же как и Дианка, тыкается лицом в грудь Яныча, мы с ним переглядываемся и синхронно вздыхаем.
Веселье на следующие полгода нам обеспечено.
— Давайте, что ли, съездим пожрать куда-нибудь, раз уж со всем разобрались? — предлагает Костров, продолжив обнимать сестру зефирки.
Такой компанией мы и вваливаемся в ресторан. Заказываем сок на всех, потому что мы с Янычем за рулем, а девчонкам еще не скоро можно будет пить. У нас с Костровым свои темы, у счастливых беременяшек свои, но в какой-то момент Агата меняется в лице и едва не опрокидывает практически полный стакан сока на свои колени.