Софи Росс – Чёрный феникс (страница 2)

— Чё ты сказал? — меня тут же отпустили. Пришлось упереться ладонью в стену, чтобы не скатиться на пыльный асфальт.

— Ещё и глухой. Чувак, да тебя жизнь по полной обидела, — незнакомец продолжал издеваться над моим неудавшимся насильником, а я постепенно смогла проморгать расплывчатый фокус перед глазами.

Какой же он большой. Или это испугавшееся сознание в моей голове увеличило его габариты? Высокий брюнет в белой рубашке и тёмно-синих джинсах с недокуренной сигаретой в левой руке.

Шея была забита чернилами, из-под манжет проглядывался какой-то рисунок, тыльная сторона одной ладони тоже была занята татуировкой.

Мой неудавшийся насильник тоже был хорошо сложен, но незнакомцу значительно уступал. Парень попытался зацепить кулаком лицо мужчины с сигаретой, но последний легко увернулся, так что — я вспомнила его имя — Костя полетел вперёд, едва умудрившись удержаться на ногах.

Поражение его не остановило, он тут же развернулся, чтобы в следующую секунду снова занести руку для удара, но и это оказалось провалом, потому что незнакомец быстро отбросил сигарету и припечатал его куда-то в живот так, что даже я поморщилась.

Ауч.

— Мне не нравится обычно бить слабых, так что свалил бы ты по-хорошему, — после этих слов мужчина перевёл взгляд на меня, улыбнулся и подмигнул, чуть не пропустив новую попытку Костика отомстить за поруганное мужское достоинство.

Я ликовала, потому что этого, как там сказал незнакомец, барана опять ожидал провал. Терпение его соперника закончилось, мой ухажер, которого лучше и не было бы сегодня, получил по лицу до разбитой губы, а затем последний удар в печень, если я не ошибаюсь, окончательно свалил его с ног.

Он сплюнул на асфальт, посмотрел очень злобно в мою сторону — по-моему, десять раз успел пожалеть, что сегодня выбрал именно меня — и только после этого поднялся, тут же покачнувшись.

Костя вполз обратно в здание, где на втором этаже гуляла свадьба, а я так и осталась стоять около стены, растирая занывшее от его болезненной хватки запястье, не сводя взгляда с незнакомца.

— Ты в порядке? — мужчина сделал несколько шагов в мою сторону и остановился примерно в метре, чтобы не слишком вторгнуться в моё личное пространство. Очень мило с его стороны.

— Да. Спасибо за спасение, — я даже немного засмущалась, тут же ощутив волну мурашек по телу. Мне было легче свалить это недоразумение на ветер, чем признаться себе же, что незнакомец меня волновал.

— Я не успел вмешаться раньше, хотя с самого начала вас слышал, — он кивнул в сторону другого здания, откуда, по всей видимости, и вышел. — Подумал, что ты заигрываешь с ним. Мой косяк, — поправил пряди, которые упали ему на лицо, а я подумала, что сама была бы не прочь зарыться в них пальцами.

Это всё от шампанского.

Точно.

Совсем не потому, что он весь из себя такой привлекательный.

— Сама виновата. Не стоило вообще приходить на эту свадьбу. Знаю же, что на подобных мероприятиях пьяные приставания мужчин, которые вдруг возомнили себя альфа-самцами — не редкость. Этот просто грань перешёл, — что-то я разоткровенничалась.

— Хочешь, я тебя украду? Предложение актуально, даже если ты невеста.

И что-то мне так резко расхотелось домой. Оказалось, что и шпильки на ногах я могу ещё потерпеть, и у кота в миске осталось столько еды, что он несколько дней может ни в чём себе не отказывать, и волна усталости во всём теле, которая накрыла меня двадцатью минутами ранее, сменилась вторым дыханием.

— Хочу.

Глава третья. Незнакомец

В очередной раз поругался с отцом.

Я уже несколько лет пытаюсь понять, почему родители считают своих детей собственностью и думают, что могут решать как именно отпрыскам жить.

Стараются реализовать через них свои несбывшиеся мечты и надежды, категорически отказываются принимать иное мировоззрение собственного ребёнка, яростно навязывая свою картину мира, или опускают на дно старания детей, которые не понимают. А может, и не хотят понимать.

Такое поведение можно оправдать возрастом ребёнка. Когда лет в восемь он, например, отказывается завтракать полезными продуктами и предпочитает просто наесться конфет — вполне рационально спрятать все сладости в доме и кормить кашей по утрам через не хочу.

Представьте ситуацию, когда ребёнок давно вырос, больше десятка лет назад перешагнул порог совершеннолетия, и теперь хочет идти по жизни своим путём.

Не скатывается на социальное дно, ни в коем случае, а просто протаптывает собственную дорожку, свернув с маршрута, на который надеялся его отец.

Это не максимализм, потому что он попробовал идти так, как советовали — зачёркнуто, исправлено на «хотели» — его родители, но через пару лет понял, что это совершенно точно не его направление.

Я хочу заниматься тем, от чего кайфую, а не торчать в душных офисах, перетягивая шею удавкой из дресс-кода, и каждое утро от всей души ненавидеть только начавшийся день.

В выпускном классе я понятия не имел, чего хочу от этой жизни, поэтому следовать плану отца, который распланировал все мои годы ещё до моего рождения, было удобно. Поступил на вышку, которую выбрал отец, отучился и пришёл к нему в фирму на какую-то начальную ставку.

Сам поднялся до руководителя филиала, прошёл весь путь, потому что батя не хотел, чтобы мне всё свалилось с неба — детство у меня было обеспеченное, но без излишеств. Золотым мажором я никогда не был. И не хотелось, если честно.

Нет, гулять я, конечно, гулял, но всё обходилось заведениями средней руки, обычными съемными хатами и даже иногда комнатами в общаге, где жили мои друзья. Я был своим в компании, хоть мои друзья и существовали на стипендии и доходы от мелких подработок, в то время как на моей карте всегда лежало не меньше сотни штук.

После четырёх лет каторги я положил отцу заявление на стол, выбросил к чёрту все галстуки из шкафа и признался в том, что на моём теле уже давно есть татуировки, которые начал набивать ещё несколько лет назад. Мама тогда за сердце хваталась, а теперь уже научилась воспринимать их спокойно. Отец до сих пор категорически против.

Я выгреб все деньги с личных счетов, которые появились там благодаря зарплате, и вложился на пару с другом в тату-студию. Он уже долгое время работал в этой сфере, а у меня скопилось приличное количество эскизов, которые я начал рисовать ещё в институте.

Из квартиры пришлось съехать, машину загнал в отцовский гараж, еда из ресторанов сменилась на обычные пельмени. Первое время мы с Герой ночевали поочередно в студии и маленькой однушке на окраине, потому что бабок хватило только на неё.

Оба привыкли жить одни, так что после первой же совместной ночёвки составили расписание, чтобы не поубивать друг друга.

Постепенно всё начало набирать обороты. Я быстро научился работать с машинкой под чутким руководством друга и ещё нескольких его приятелей, которых мы взяли на ставку.

Клиенты шли, прибыль росла, так что примерно через полгода мы смогли расширить арендуемые метры и снять приличные квартиры. Тогда это казалось просто «вау».

Огорчало только одно — отец категорически отказывался принимать мой выбор. Каждая наша встреча заканчивалась жёстким скандалом, после которого мы несколько недель не общались.

Мать заняла его сторону, но с ней мы могли нормально общаться, не затрагивая эту тему. Я думал, когда отец увидит, что у меня всё получается — отступит и мы пожмём друг другу руки, но теперь это казалось несбыточным.

Он был уверен, что моя жизнь складывается из бесконечных алко-тусовок, трипов и вереницы доступных женщин и не хотел замечать действительно достойных результатов: деятельность приносила стабильно высокий доход, в соседнем городе открылась ещё одна студия под нашим началом, а я имел довольно неплохую репутацию в этой тусовке не только в нашей стране. Отец по-прежнему считал, что я играюсь и позорю его фамилию.

Иногда так и подмывало её сменить.

Девчонку я заметил, ещё когда курил после разговора на повышенных тонах с родителем. Пытался успокоиться, чтобы вернуться на свадьбу хорошего приятеля без напряжения на лице.

Терпение моё лопнуло, когда хмырь полез на девушку, хоть и до этого хотелось ему двинуть за одни только слова в её адрес. Мне ещё в детстве привили уважительное отношение к женщинам, а пацан явно переступил черту.

Мы заметили машины с атрибутикой ещё в самом начале, кода парковали наши, так что не составило труда догадаться, что она из свадебной свиты. Она была довольно милой: большие светлые глаза, пухлые губы, ухоженные волосы и привлекательная фигура, которую только подчёркивало платье.

Вообще мне нравились разные женщины, так что специфика её внешнего вид не стала решающим фактором — так, приятный бонус. Всегда есть тема, в которой можно зацепиться языками.

— Хочу, — говорит это чудо, а на щеках приятный румянец. Лишнее подтверждение тому, что смотреть надо глубже. Яркая внешность далеко не признак того, что человек будет самоуверен и раскрепощён на двести процентов.

— Тебе нужно ещё что-то забрать? Могу пойти с тобой, не понравился мне взгляд этого барана в последний раз, — я и сам рад сбежать, потому что после очередной выволочки от отца не очень-то хочется возвращаться в веселье.

— Нет-нет, всё со мной, — машет невероятно маленькой сумкой в воздухе. — Напишу невесте сообщение с извинениями. Я как раз думала о том, чтобы испариться.