Софи Крамер – Люби снова (страница 2)
Как, например, мамина соседка, которая молча вскочила с места и, не проронив ни слова, исчезла с кухни, когда Клара неожиданно вернулась домой.
Но в агентстве все знают, что сегодня у нее первый рабочий день после отпуска.
«Хоть бы все обошлось», – надеется Клара, распахивая стеклянную дверь офиса.
Она специально вышла из дома очень рано, чтобы сперва привыкнуть к своему кабинету, прежде чем тяжелые будни снова обрушатся на нее.
При выходе из лифта тревога усиливается, потому что в коридоре царит зловещая тишина. Даже за столиком администратора никого, Виолы не видно.
На удивление Клары, обычно распахнутая дверь ее кабинета в этот раз закрыта. Может, она совсем спятила и сегодня на самом деле воскресенье, а не понедельник?
Но нет: сияющий кабриолет Никласа стоит внизу у самого входа. Значит, хотя бы он точно на работе. Раз его дверь тоже закрыта, Клара решает поздороваться с ним попозже.
Когда она, подойдя к своему кабинету, тянет дверную ручку, изнутри внезапно раздается: «Сюрприз!» Вот это да: все коллеги, с нетерпением глядя на Клару, выстроились вокруг ее стола. Позади них висит плакат с надписью «С возвращением!», а на столе стоит большая стеклянная ваза с букетом весенних цветов.
Прежде чем Клара успевает опомниться, слово берет Никлас:
– Привет, Клара! Похоже, наш утренний сюрприз удался.
Откашлявшись, он смущенно смотрит по сторонам.
– Ну… в общем, мы рады, что ты снова с нами. И так как я знаю тебя довольно давно, то заканчиваю свою торжественную речь, поскольку ты не любишь быть в центре внимания. Я просто хотел сказать: мы все рады приветствовать тебя! Ну а теперь, ребята, за работу.
Все остальные аплодируют и быстро расходятся по местам. И только Антье подходит к Кларе и на мгновение заключает ее в объятия.
Клара настолько растрогана, что с трудом сдерживает слезы.
– Спасибо, – едва слышно шепчет она.
Антье, отпрянув, с изумленным видом спрашивает:
– За что это?
Улыбнувшись, Клара молча пожимает плечами. Это ее первая улыбка за долгое время.
Свен
«Лучше бы я остался дома!»
Протискиваясь сквозь толпу пассажиров в переполненном вагоне, Свен жалеет, что сегодня ему пришло в голову встать так рано.
От толстяка напротив так разит чесноком, что удовольствие от утреннего капучино с миндальным сиропом напрочь испарилось.
Помимо смрада, который попутчик выдыхает в и без того спертый воздух, громко болтая по телефону со своим приятелем, Свена еще и сам от себя раздражается. Вот уже пару месяцев ему никак не удается починить велосипед.
На самом деле нет смысла искать себе оправдания. Причины просты: частые походы в бар, любовные приключения и немалые расходы, которые вынуждают откладывать дела на потом.
При этом Свен всегда считал, что удача на его стороне. Но вот в последние года три ему как-то не везло. Да, коллеги по экономической журналистике его по-прежнему уважают, но все-таки никого уже не впечатляют его постоянные интервью с акулами бизнеса. В первую очередь его самого. На встречах он постоянно витает в облаках, вместо того чтобы восхищать двух главных редакторов гениальными предложениями или комментариями по теме.
Что с ним случилось? Еще в начале учебы он был полон воодушевления и буквально фонтанировал идеями. Свен интересовался политикой, легко заводил друзей, а еще каждый день занимался спортом, просто потому, что обожал тренировки на свежем воздухе ранним утром, когда город еще дремлет.
Может, он потерял интерес к жизни из-за расставания с Фионой? Нет, Свен так не думает. Потому что тогда ему бы пришлось признаться себе в беспомощности перед своими проблемами. Он старался себя убедить, что она не так уж много для него значила. Однако спустя много лет все еще отчетливо помнит ту картину, как Фиона, прислонившись к своему мини-куперу, обнимается с каким-то незнакомцем. Может быть, именно злость на себя и мешает ему перевернуть эту страницу жизни раз и навсегда. Вместо этого его продолжает терзать вопрос, почему тогда ему не хватило духа бросить велосипед, подойти к парочке и потребовать объяснений. Он должен был показать тому наглому типу, что Фиона – его девушка и ничья больше.
Хотя, возможно, до этого по-крупному облажался именно Свен? Вдруг Фиона не зря постоянно упрекала его в недостаточном проявлении чувств. Его коллега Хильке не раз говорила, что коварный незнакомец стал для Фионы не причиной, а поводом для расставания.
Свену нравится Хильке. И хотя он доверяет коллеге, ни за что не согласился бы рассказать ей о своих проблемах без весомой причины.
Свен относится к ней как к сестре, и за все время, что они работают вместе, она его ни разу не огорчила. Да, порой Хильке могла задеть его за живое, но ни в коем случае не со зла, а просто потому, что ее прямолинейная натура не дает ей иной раз промолчать и не бросить пару небрежных фраз. За годы работы в офисе она чуть ли не каждую неделю донимала его расспросами, заставляющими задуматься. У нее просто поразительная способность каждый раз бить по больному.
– Ты киснешь, потому что у тебя с тех пор еще ни разу нормального секса не было, – донеслось до Свена в понедельник, когда он, чертыхаясь, читал электронное письмо. – Если ты в выходные опять будешь тратить свое драгоценное время на просиживание штанов у компьютера, я тебя разлюблю!
Свен мрачно ухмыляется. Похоже, Хильке тогда стало немного стыдно за свою дерзость. На сей раз она зашла слишком далеко и прекрасно об этом знала. Не потому что затронула его любимую игру «Варкрафт», а скорее из-за того, что выдала секрет.
Откашлявшись, Свен тогда что-то невнятно пробормотал о том, что в выходные должен повидаться с отцом, поэтому ему будет некогда.
«Надо сдать велосипед в ремонт, покатаюсь хотя бы», – подумал он тогда, прячась за газетой, содержание которой его, в общем-то, не интересует.
Несмотря на непривычно теплую для марта погоду, Свен по-прежнему носит старые кожаные перчатки, чтобы не касаться поручней в метро, за которые до этого держались сотни людей. Эта давка в толпе вызывает у него отвращение. Выйдя из поезда, Свен решает выбросить недопитый стакан кофе.
Каждое утро понедельника неделя за неделей заставляет его осознавать, какой жалкой становится его жизнь.
Если Хильке снова спросит его в своей привычной простодушной манере, как прошли выходные, ему придется что-то выдумывать на ходу, чтобы ненадолго отвлечься от мыслей о тех планах, которые снова не удалось реализовать.
Он так и не починил сломанный переключатель скоростей, не отправился на утреннюю пробежку. Он отказался посидеть в баре за кружкой пива со своим приятелем Берном. Да и к отцу Свен тоже не заехал. Он просто не представляет, о чем с ним можно говорить.
Направляясь в издательство, Свен делает несколько глубоких вдохов и выдохов, словно пытаясь выдавить из себя остатки воздуха из метро.
«Нужно срочно что-то менять, – думает он. – Я должен снова начать жить полноценной жизнью».
Но Свен понятия не имеет, как это сделать.
Клара
Вечером, лежа в постели, Клара думает о первом дне в офисе после долгого перерыва. Ей в голову приходит мысль, что сегодня речь Никласа пришлась как нельзя кстати. После его теплого приветствия ей было не так страшно возвращаться на работу. Если бы вместо этого каждый молча прошел мимо с поникшей головой, стало бы просто невыносимо.
Клара нахмурилась. Сколько раз она делала осторожные замечания своему боссу, что творчество – не его конек! Лучше всего ему удавалось искать клиентов. Но сегодня он проявил себя в полной мере. Она ощущает приятную усталость от всех привычных, но в то же время совершенно новых впечатлений этого дня и с нетерпением ждет прихода сна. Но ей ужасно хочется поговорить с кем-нибудь. Для звонка бабушке сейчас уже поздно. А если набрать Катю, то они, как всегда, заболтаются ни о чем.
Раньше она всегда могла поделиться своими переживаниями с Беном. Ей хочется сейчас рассказать ему, как прошел день!
Сегодня она поняла, что на работе ее действительно ценят и ждут.
Завтра утром Клара снова придет на совещание перед предстоящим выступлением. И это прекрасно, уже более-менее похоже на возвращение к нормальной жизни.
Без дальнейших размышлений Клара хватает телефон и дрожащими пальцами набирает Бену сообщение:
Удовлетворенно кивнув, Клара делает глоток травяного чая и нажимает кнопку «отправить».
Свен
Какое позорище!
Свен, словно окаменев, сидит перед напечатанной статьей о недавних исследованиях института экономики, которую главный редактор без единого слова швырнул ему на стол, лишь вопросительно подняв брови.
Свен привык, что его тексты печатаются без правок. Поскольку он соблюдает все договоренности, озвученные на совещаниях, ему разрешается самостоятельно сокращать объем статей, чтобы потом не редактировать работу еще раз. Но сейчас, похоже, придется все переделывать, и это несмотря на то, что все дедлайны уже вышли и нужно отправлять материал в печать.
На последней странице, перечеркнутой вдоль и поперек статьи, стоит короткий комментарий редактора:
«Интересная трактовка. Но все это совершенно не имеет отношения к теме». И подпись: Вильям Брайдинг.