Софи Джордан – Скандальный брак (ЛП) (страница 31)
— Это тот поцелуй, в котором ты отказала мне ранее.
И он ушел, с силой захлопнув деревянную дверь, задрожавшую от удара.
В пустоте и одиночестве она упала на кровать. Схватив подушку, она обняла ее обеими руками и прижала к себе, спрашивая себя, не совершила ли она самую большую ошибку в своей жизни.
Подняв руку, Эви легонько потрогала свои губы и повернулась лицом к окну, слепо уставившись на снег, проносящийся мимо. И поняла.
С остановившим сердце озарением, она поняла.
Если он захочет ее в своей постели, у нее не хватит воли воспротивиться. И тогда он узнает правду. О ее неискушенности. О ее лжи. О ее растущем, на грани одержимости, влечении к нему.
Она поежилась. Это был всего лишь вопрос времени.
Спенсер стремительно шагал в предрассветный мрак, приветствуя ледяной поцелуй ветра и мокрый снег на своем лице, в надежде на то, что ночь сможет остудить его пыл.
Голые ветки скрипели и стонали на ветру. Он шел, и его тяжелые шаги впечатывались в талую землю и уносили его от таверны на пустые, полные теней улицы деревни. Спенсер прошагал по окраине спящего селения, остановившись только в окружении высоких деревьев. Внезапно дернувшись, он прислонился к замерзшему мхом стволу.
Скольким мужчинам пришлось вымещать в таких прогулках неистраченный пыл после венчания?
Спенсер чертыхнулся. Он был зол на Эви… но еще больше на себя.
Почему он ей досаждает? Почему он не может оставить ее в покое, как она того хочет? Где же его гордость?
Он никогда не умолял. Никогда не трудился сооблазнить женщину — просто не приходилось. К чему? Многие из них были рады удовлетворить его нужды. Похоже, он просто помешался на заявлении прав на кусочек рая, что Йен нашел в ее объятиях. Или за этим стояло что-то большее?
Может, причина была в ней?
Покачав головой, он оттолкнулся от дерева и продолжил свою прогулку, еще не готовый к возвращению и столкновению с ней.
Несмотря на то, что ее тело отвечало ему, ее голова —
Он не мог вести себя как его отец или братья, грубые скотины, следуя каждому низменному инстинкту, не принимая во внимание интересующую его женщину. Она была его женой, Линни, неважно, как она теперь звалась. И это его долг Йену — быть с ней более предупредительным.
Увы, во всем, что касалось Эви, его мысли и логика не работали.
Глава 17
Подъехав к Эштон Грейнджу, они заметили, что он освещен огнями. Эви обрадовалась этому, так как ей всегда нравилось, когда свет разрушал неумолимую тьму. И только когда открылась дверца экипажа, она задумалась о причинах подобного освещения.
Даже Спенсер, помогая ей выйти из экипажа, смотрел на дом. Она почувствовала себя неловко, заметив озадаченное выражение его лица, посмотрела на дом, потом снова на него.
— Что-то не так?
Он разглядывал дом.
— Кажется, у нас гости…
Распахнулась входная дверь и по ступенькам спустилась миссис Брукс.
— Ах, благодарение небесам! Вы вернулись. Я уже не знала, что делать! Я уж так старалась, — она понизила голос до свистящего шепота, — чтобы эта
Задыхаясь, она приложила руку к груди, словно внезапно почувствовав острую боль. Мельком оглянувшись, она тихонько продолжала.
— Она мне докучала, всё пыталась узнать, где вы, — экономка провела рукой по губам, словно закрывая их на ключ. — Я ни словечка, ни слова не сказала о том, где вы можете быть… — и красноречиво посмотрев на Эви, продолжила, — и с кем. Я заявила ей, что ваши дела касаются лишь вас, и не стоит…
Спенсер поднял руку и покачал головой, как будто испытывая головокружение.
— Миссис Брукс. Пожалуйста. Я совсем ничего не понимаю. Кто здесь?
Экономка изумленно посмотрела на них, как будто это было очевидно.
— Разве я не сказала? О, виновата! Виконтесса, — она посмотрела на Эви, извиняясь. — Вдовствующая виконтесса, которая… мне кажется. Да, ваша невестка, леди Адара.
Леди Адара — его невестка, жена его умершего брата. Старшего брата, всё оставившего ему.
Включая титул.
Она почувствовала ярость. Спенсер посмотрел ей в глаза. Как он мог не сказать ей об этом? Он был титулованным лордом. Теперь и
Она никогда не считала вероятным, что попадет в этот мир после пенвичской школы. А потом, после Барбадоса, она и не хотела входить в этот мир, просто терпеть не могла, когда ее внимательно разглядывали. И никогда этого не потерпит.
Она почувствовала жгучую боль от предательства. Как же он мог ей этого не сказать? Нужно было упомянуть об этом.
А посмотрев на свое мятое, ужасно немодное дорожное платье, она почувствовала себя несчастной. Она не была истинной леди. Эта леди Адара сразу же это заметит.
Она вдруг захотела спрятаться за одной из высоких изгородей, окружающих фасад дома. Как его семья воспримет его женитьбу? На женщине без будущего из семьи с сомнительным благосостоянием. Женщина, которая утверждает, что была замужем за человеком таинственного происхождения.
Лорд должен жениться на наследнице. Или на леди. Или на леди-наследнице.
— Адара здесь, — мрачно повторил Спенсер, очевидно, не испытывая изумления. — Ну ладно. Она сможет передать новости Камиле и успокоить ее по поводу моей женитьбы.
Если он думал, что его родственники могут их посетить, то должен был объяснить ей, кто он на самом деле.
Экономка раздраженно сказала:
— Она и ее друзья развлекаются в гостиной сегодня.
Спенсер сжал руку Эви и повел ее к экономке.
— Позаботьтесь об Эви, а я займусь нашими… гостями.
Эви почувствовала облегчение. Ей не придется присутствовать при том, как он объясняет, что женился, своей благородной родственнице. Она считала это проявлением трусости, но всё равно радовалась, что не встретиться с их гостями. Они стали подниматься по ступенькам, остановившись, когда вдруг раздался женский крик.
— Спенсер!
На пороге появилась такая красивая женщина, что Эви почувствовала себя уродиной с ужасными недостатками: ведь она очень худа, а узкое лицо только с натяжкой можно было назвать привлекательным. Леди Адара в голубом шелковом платье и с волосами, собранными в золотые локоны по обе стороны от лица, напоминала богиню. Черный стоячий воротник лишь привлекал больше внимания к кремовой коже ее декольте.
Подошли остальные, толкаясь на пороге. Ярко разукрашенные павлины. Леди Адара приподняла юбки и побежала вперед, изящно перебирая ножками в тапочках. Она бросилась на Спенсера, крепко обнимая его.
Эви почувствовала напряжение и раздражение, глядя, как другая женщина обнимает ее супруга.
Чувствуя себя посторонней, она подвинулась поближе к экономке. Может, она и жена Спенсера, но она, очевидно, его не знает. Во всяком случае, не так хорошо, как леди Адара. Она сомневалась, что наступит день, когда она также броситься в объятия мужа с такой страстью. Осознав это, девушка почувствовала тупую боль в груди.
— Адара, — приветствовал он ее, освобождаясь от ее хватки. — Что вы тут делаете?
Она легонько шлепнула его по груди, моргая глазами, обрамленными пушистыми ресницами. Большие, нежные, карие глаза.
— Я должна спросить тебя том же. Почему ты еще не приехал домой? Твоя мачеха и я ждали тебя, затаив дыхание. Особенно я.
Эви застыла: «Особенно я».
Это лишь ее воображение, или ее невестка слишком явно выражала свои нежные чувства?
Спенсер проворчал:
— Я же заверил Бэгби…
— Бэгби, вот еще! Ты ожидал, что я поверю на слово слуге, что ты собираешься найти себе невесту? Спенсер, дорогой, ты вообще знаешь, где найти подходящую леди? Ради всего святого, ты был на войне. Не переживай, я составила список лишь самых исключительных девушек нынешнего сезона.
Она положила обе руки Спенсеру на грудь, словно это было совершенно естественно.
— По крайней мере, ты вернулся целым и невредимым. Юные невесты весьма заинтересованы в подобных вещах, — она широко раздвинула пальцы, словно измеряла широту его груди, и засмеялась.
— По крайней мере, на ощупь ты кажешься целым, но я могу потребовать более подробного осмотра наедине.
Маленькая ведьма! Эви еще никогда не видела зрелища отвратительнее. Она покраснела. Ее пальцы сжались в кулаки от едва сдерживаемой ярости. Невероятно, но она очень хотела оттащить эту женщину за светлые локоны и бросить на землю.