Слоан Кеннеди – Забытый: ЛУКА (страница 28)
— Лука, — испуганно прошептал Реми, даже когда стал выполнять мой приказ.
Стэн как раз набирал 911, когда Терренс протянул руку, чтобы остановить его.
— Подожди, — пробормотал он, — Эм, сэр, — вопросительно произнес Терренс. — Смотрите.
Я все еще был сосредоточен на том, чтобы помочь Реми вытащить сердитую Вайолет из автокресла, когда поднял глаза и увидел знакомую фигуру, стоящую у задних дверей фургона.
— Сукин сын, — огрызнулся я, убирая пистолет. — Я убью его на хуй, — выпалил я, схватив Реми за руку, чтобы он не сполз на пол между сиденьями, как я ему велел.
Его взгляд проследил за моим, и я услышал, как он резко выдохнул.
— Это твой брат? — спросил он.
— Да, — прорычал я, потянувшись к дверной ручке.
— Он с Данте, — пробормотал Реми.
Я взглянул на мужчину, стоявшего рядом с моим братом, и понял, что Реми был прав. Данте, старший брат Алекса, стоял рядом с Воном, скрестив руки на груди. Но в то время как мой брат выглядел неприступным и холодным, на лице Данте играла самодовольная улыбка. Мне хотелось придушить их обоих.
Я вылез из внедорожника и быстро сократил расстояние между нами. Я замахнулся на Вона в ту же секунду, как вошел в его личное пространство.
— Ты ебаный сукин сын!
Несмотря на то, что Данте был меньше ростом, он успел перехватить мой кулак, прежде чем тот успел коснуться его. Вон, со своей стороны, едва отреагировал. На самом деле, он даже не пытался защититься.
— Сбавь обороты, крутой парень, — сказал Данте, все с той же глупой ухмылкой на лице. — Эта маленькая демонстрация была моей идеей.
— У меня в машине ебаный ребенок, — огрызнулся я на него.
— О да, я наслышан об этой маленькой милашке, — сказал Данте, указывая на что-то позади меня.
Не на что-то, а на
Реми.
Он держал в руках очень капризную Вайолет. Данте протиснулся мимо меня и встал перед Реми. Я бросил на брата сердитый взгляд, а затем присоединился к ним. Я с трудом сдержался, чтобы не обнять Реми и не заявить о своих правах на него в присутствии Данте. Глаза Данте скользнули по мне. Они были полны юмора.
— Собираешься помочиться на него, крутой парень? — спросил он, заметив, что я стою слишком близко к Реми.
Я уже потянулся к мужчине чуть поменьше ростом, когда пальцы Реми сомкнулись на моих.
— Что ты здесь делаешь, Данте? — спросил он. — Предполагалось, что у вас будет медовый месяц.
Улыбка Данте исчезла.
— Ключевое слово —
— Что-то случилось? — Спросил Реми.
— Да, — ответил Данте. — Эти два за... — Данте помолчал, глядя на Вайолет, а затем продолжил: — …
Выражение лица моего брата по-прежнему оставалось бесстрастным.
— Мы с мужем наслаждались всеми
Я практически закатил глаза, услышав намек на то, что ссора между Воном и мной вынудила Данте и его нового мужа прервать их медовый месяц.
— Звучит так, будто вы, ребята, просто искали предлог, — сказал я.
Данте посмотрел на меня.
— Да, Ронан сказал, что ты этого не поймешь.
Я понятия не имел, о чем он говорит, но прежде чем я успел задать ему вопрос, Данте продолжил:
— И словно для меня было недостаточно узнать, что мой младший брат чувствовал ответственность за то, что этот большой парень и сорвиголова не помирились и не стали вести себя хорошо, я должен был пойти и узнать, что ты нанял кучку идиотов, изображающих телохранителей, чтобы защитить нашего Реми и его маленькую зазнобу.
К этому моменту Вайолет значительно успокоилась и, казалось, была очарована Данте. Когда он протянул руку, чтобы взять ее за подбородок, она даже улыбнулась.
— В этом мы с Бабулей согласны, — вставил Вон. Лицо Данте напряглось при упоминании странного прозвища, но все, что он сделал, это бросил на моего брата раздраженный взгляд.
— С этого момента вы находитесь под защитой семьи Реми, — объяснил Данте. — Когда он поумнеет и решит держаться подальше от твоей
Я открыл рот, чтобы возразить, но потом понял, что это бессмысленно. Как бы мне ни хотелось надрать Данте задницу за его маленькую демонстрацию, он был прав. Если бы это было настоящее нападение, Реми и Вайолет были бы в серьезной опасности. Без вариантов.
— Ладно, — огрызнулся я. — Но вы, парни, отчитываетесь передо мной.
Я оборвал Данте, прежде чем он успел ответить, потому что я, блядь, уже закончил.
— Давай кое-что проясним, Бабуля, — вмешался я. — Ты и твоя маленькая семейка, возможно, и напали на нас в Нью-Йорке, но я гарантирую тебе, что такого больше никогда не повторится. Ронан, может, и думает, что за деньги не купишь лучшей защиты, но я, черт возьми, уверен, что смогу купить достаточно людей, которые будут стоять между нами и вами. — Я подошел к нему поближе и понизил голос, чтобы только он и Вон могли меня слышать. — И в следующий раз, когда ты подвергнешь этих двоих опасности, моя симпатия к твоему брату ничего не изменит.
Реми все еще держал меня за руку, и это единственное, что удерживало меня от того, чтобы сжать ее в кулак так же сильно, как левую руку. Больше всего на свете мне хотелось воткнуть его Данте в лицо, но, как бы я ни злился, я понимал, что он оказал мне услугу, показав, какой никчемной была моя наемная охрана. Мне не понравилось, как он это сделал, но все дело было в Реми и Вайолет.
— Следуйте за нами обратно в отель, — выпалил я. — Я отдам вам распоряжения там.
Данте снова улыбнулся, и я понял, что это не фальшивая улыбка. Он наслаждался этой стычкой между нами.
Когда я повернулся, чтобы уйти, Данте сказал:
— О, значит ли это, что мы не будем дружбанами? А что насчет тебя и твоего брата? Вы двое собираетесь поцеловаться и помириться?
У меня на кончике языка вертелось послать его нахуй, но потом я вспомнил, что меня слушают маленькие ушки. Я держал рот на замке, когда мы с Реми возвращались к внедорожнику. Я уже собирался забрать у него Вайолет, чтобы он мог первым сесть в машину, а потом усадить ее на сиденье, но он удивил, когда отвел меня в сторону, так чтобы Терренс и Стэн нас не услышали.
— Мы в порядке, Лука, — тихо сказал Реми, а затем слегка сжал мои пальцы. Его великолепные глаза были полны понимания, когда он смотрел на меня. — Мы в порядке, — повторил он.
Я сделал глубокий вдох, не подозревая, насколько сильно в этом нуждался, и кивнул. Тот факт, что он знал, что большая часть моего гнева на самом деле была вызвана выбросом адреналина, когда мой разум пытался осмыслить тот факт, что молодой человек и маленькая девочка больше не были в опасности, был напоминанием о том, насколько хуевыми были отношения между мной и Реми.
Мы простояли так несколько секунд, пока я пытался успокоиться.
— Лучше? — Тихо спросил Реми, стараясь говорить достаточно тихо, чтобы никто из окружающих нас не услышал.
Я кивнул. Мне должно было быть стыдно за свое проявление эмоций, но, как ни странно, не было. Я был удивлен, когда Реми протянул мне ребенка.
— Поехали домой, — сказал он с легкой улыбкой, затем прошел мимо меня, задев своим бедром мое.
Я обнаружил, что поворачиваюсь и наблюдаю, как он садится во внедорожник. Наши взгляды на мгновение встретились, прежде чем он скрылся внутри. Направляясь к двери, я взглянул на Данте, разговаривающего с моим братом. В тот же момент Вон посмотрел на меня, и его взгляд был таким же жестким, как обычно, если только он не был рядом с Алексом. Но готов поклясться, что заметил, как он на мгновение смягчился, когда мы смотрели друг на друга. Потом все прошло, и я вспомнил все, в чем он меня обвинил, и что я совершил... непростительные поступки.
В отношении него.
В отношении Алекса.
И, прежде всего, в отношении Реми.
К тому времени, как я забрался во внедорожник и передал Вайолет Реми, чтобы он усадил ее в автокресло, все напряжение вернулось. Когда я почувствовал на себе непонимающий взгляд Реми, вместо того, чтобы попытаться объясниться, я достал телефон и написал Кингу, чтобы узнать, продвинулся ли он в поисках семьи Вайолет.
Потому что чем скорее я уеду из Сиэтла и от Реми, тем лучше.
Даже если я больше не был уверен, что хочу этого.
Глава тринадцатая
Если до того, как люди Ронана взяли на себя нашу охрану, я считал Луку чрезмерно заботливым, иногда деспотичным человеком, то после того, как Данте и другие мужчины начали следовать за нами, он стал настоящим тираном. Вона мы не видели, но, судя по поведению Луки, я заподозрил, что его брат где-то поблизости. Меня бесило, что эти двое мужчин не разговаривали, и что в последний раз, когда мы видели Вона, Лука сразу перешел в наступление.
Из-за нас… меня и Вайолет.
Факт, что он так заботился о нас, должен был заставить меня почувствовать тот уровень комфорта, к которому я не привык, но все, что я чувствовал — это вину. Лука так настаивал на том, чтобы приглядывать за нами обоими, но теперь, когда он начал это делать, казалось, что это приносит ему больше вреда, чем пользы. Я знал, что все это было для того, чтобы он нашел своего рода отпущение грехов за то, что произошло между нами, когда я был ребенком, но, если уж на то пошло, наше присутствие рядом только заставляло его все глубже и глубже погружаться в себя.