Sleepy Xoma – Танец Огня (страница 21)
И в этот самый миг всё вернулось: ушла злоба, пелена стёрлась, уши, точно залитые водой, вновь стали отлично слышать, пропала куда-то сверхъестественная скорость. А секунду спустя меня спеленали цепи Иоганна, а на спину прыгнула Фотини.
- Ты что творишь! – взревел артефактор. – Стоять! Никому не доставать оружие! Отвечай, Аластар, что это было?
Я вытаращился на Киана, который, как ни странно, сдерживал своих спутников от мордобоя, и проговорил:
- Возле погребального костра, огненной братской могилы я поклялся, что при следующей встрече заряжу ему по харе со всей дури. Обет исполнен.
- Костра? – нахмурился революционер.
- Да. Того самого, на котором мы жгли тело Гормлейт и ещё сорока трёх несчастных, не переживших пути.
Я внимательно следил за Кианом, проверял, как тот отреагирует, и он не разочаровал. На суровом загорелом лице, точно вырезанном из морёного дуба, не дёрнулся ни единый мускул, лишь глаза блеснули сталью да зубы, кажется, стиснулись так, что начали крошиться.
Он не заплакал, не стал причитать, проклинать судьбу или рвать волосы, но я вдруг понял – этот человек действительно любил Гормлейт. По-настоящему, не играя с ней, не используя девушку в качестве походно-полевой жены. И он оставил любимую, когда та выбрала спасать бесполезных сирот. И повторил бы это снова!
Киан подошёл ко мне, сел на пол, принюхался.
- Знакомая магия… Надо же, искажённый. То-то я думал, что с тобой не так… товарищ. Всё пытался понять, что это за друг зверей такой необычный.
- Ну уж прости, - я пожал плечами настолько, насколько позволяли цепи. – Раскрыться там не мог.
- Понимаю. А понимаешь ли ты, что тот, кто связал себя договором с демоном, должен аккуратнее выбирать слова и формулировки и не давать необдуманных обещаний? А то ведь придётся исполнять их.
- А? – Я сперва не понял, а потом как понял! - А-а-а-а. Так вот почему мне пиво в горло не лезет!
Киан вздохнул, нашёл взглядом Айш-нора, уютно устроившегося под потолком и с укоризной поинтересовался:
- Демон, а нельзя было лучше натренировать своего контрактора?
- Нет, - презрительно отозвался ворон и нагло каркнул вдогонку, - так веселее.
- Иоганн, развяжи его, у меня нет претензий, - Киан поднялся и прошёл к столу, жестом приказав своим людям располагаться. – В качестве компенсации за неудобство расскажете мне о последних минутах Гормлейт. Я должен знать, как она умерла.
Я поднялся, потирая затёкшие руки, а цепи, словно стальные змеи, ползли уже к Иоганну, пропадая где-то в недрах его безразмерного плаща.
- Хорошо, расскажу, - согласился я.
И рассказал. Почти ничего не тая.
Наверное, не стоило говорить про массовое обращение, как ни крути, я даже профессору Горму об этом не поведал, но почему-то было плевать. Да и что Киан сделает, побежит правительству жаловаться что ли?
Когда закончил, в комнате стояла мёртвая тишина, лишь революционеры переглядывались да Гуго опустил взгляд, и в уголках его глаз копилась влага. Кажется, в этом парне ещё осталось толика сострадания и человечности. Он не убил в себе гуманизм во славу всеобщего счастья и процветания будущих поколений.
- Стало быть, проводник, - Киан задумчиво постучал по столешнице. – Наверное, тебе всё же не стоило рассказывать такое мне, впрочем, я не знаю куда ты увёл выживших, так что всё нормально.
- Ты просил рассказ о её последних часах.
- Да, - и снова в глазах революционера блеснула сталь, - и благодарю за честность. Постараюсь в будущем отплатить за неё честностью.
Я кивнул.
- А теперь, - подал голос Иоганн, - раз мы решили все вопросы, предлагаю переходить к главному – теме нашей сегодняшней встречи.
Киан согласно кивнул и, взяв со стола полную кружку пива, сделал большой глоток. Судя по всему, таким образом он демонстрировал нам доверие, вот только сопровождающие – какая неожиданность – и не думали расслабляться. Вместо этого они буравили нас суровыми взглядами, время от времени поглядывая под потолок. Обе стороны не слишком доверяли друг другу, и то, что встреча началась с рукоприкладства, не улучшало положение.
- Думаю, ты догадываешься, для чего я использовал все имеющиеся в моём распоряжении связи, лишь бы осуществить передачу послания, - начал Иоганн.
- Лесной Царь, - пожал плечами Киан. – Это очевидно. Скорее всего, ты хочешь наконец-то поквитаться с владыкой Тёмного Леса, и для этого нужны все доступные бойцы. Скорее всего, полное согласие на любой – даже самый безумный – план получено в верхах, и тебе осталось только хорошо подготовиться, после чего – выступить в поход. А значит, что ты позовёшь каждого опытного мага, который сейчас свободен и не готовится к войне против Махансапа. И так уж вышло, что буквально пару месяцев назад ты познакомился, возможно, с единственным пространственным магом Дамхейна.
- Верно, - кивнул Иоганн. – Небольшая поправка: не единственным, но одним из двух сильнейших. Увы, первый по силе пространственный чародей находится в нетранспортабельном состоянии по ряду независящих от него причин и не способен осуществить поддержку, даже если пожелает.
- Любопытно, - прищурился революционер. – Никогда не слышал о таком человеке. Впрочем, неважно, мы говорим о твоей авантюре. Я отлично понимаю, почему осколки согласились, их логика очевидна – в прошлый раз, когда три осколка вошли в Тёмный лес, они выбрались из него изрядно потрёпанные и, если память не подводит, спустя два года.
- Два года, четыре месяца и трое суток, если быть точней, - кивнул Иоганн.
Киан отпил ещё глоток, кисло улыбнулся.
- А если учесть, что на носу очень большая война с югом и что Лесной Царь очевиднейшим образом выбрал сторону, я не удивлён, что осколки готовы принять любую помощь, даже самую странную. Теперь переходим конкретике. Ты жаждешь меня и хотя бы часть моих людей, это понятно. Что-нибудь ещё? Быть может, желаешь использовать мои связи в наёмничьем мире, чтобы получить в своё распоряжение опытных и достаточно безумных для похода в Тёмный Лес боевых магов?
Иоганн кивнул и, не говоря ни слова, положил на стол стопку золотых монет Ойлеана, рядом с ними – несколько бриллиантов, а после пододвинул к революционерам небольшую коробочку, внутри которой я заметил бусины магической гарнитуры.
- Основная задача – купить твою силу, второстепенная - набрать вольных бойцов, готовых на риск, - согласился он, - впрочем, я не откажусь и от пары рот свежесформированной революционной армии.
- Свежесформированной? – иронично приподнял бровь Киан.
- Именно так. Когда мы убили того насильника с демоническими зверьми, на жетоне, поднятом с его тела, был выгравирован совершенно неизвестный мне знак, который, как выяснилось, имеет прямое отношение к тебе и твоим людям, из чего можно сделать лишь один логический вывод – вы принялись за большие дела сравнительно недавно, а значит, всё то время, что ты считался мёртвым, тайно копили силы и готовились. Из данного факта может следовать лишь крайняя молодость армии и её малочисленность. А уже из этого факта вытекает возможное желание обрести боевой опыт и получить нечто большее, нежели плата посреднику или вознаграждение одному человеку.
Иоганн закончил и вопросительно уставился на революционера. Киан согласно кивнул и улыбнулся.
- Приятно иметь дело с разумными людьми. Я знал, что поступаю правильно, не мешая вам вызволять Айне из плена её иллюзий.
Я дёрнулся, точно от удара.
- Она всем сердцем верила в ваше дело, разве это глупо?
Киан посерьёзнел и ответил:
- Товарищ, ты же читал правильные книги, а потому должен понимать, что вера – есть субстанция крайне ненадёжная, привередливая, непостоянная. То, что молодая бунтарка, никогда не испытывавшая лишений, решила сбежать из дома и помогать обездоленным, конечно, похвально, но разве это делает её революционеркой? А может, она верит в образ, выстроенный внутри головы, и не хочет видеть нас реальными? Не желает обращать внимание на действительность?
- Полагаешь, она придуривалась?
- Нет, конечно же! Всего лишь мечтала о лёгкой и простой победе справедливости. Без крови, грязи, кишок, нанизанных на штыки, обгорелых трупов и оторванных конечностей. Но мы с тобой понимаем, что подобное невозможно. К тому же, если я ошибаюсь и её идеи – это не блажь, а убеждения, мы очень скоро встретимся опять.
Крыть этот аргумент, наверное, было чем, но мне не особо хотелось, а потому развивать диалог не стал, предоставив Иоганну и Киану договариваться.
В первую очередь революционер уточнил, какими средствами располагает наш мститель, какие артефакты он готов выставить на продажу, какие услуги может предложить. Сумма, на мой взгляд, получилась фантастической, но мы все отлично понимали, что война – это очень и очень дорого. Даже частная. Особенно частная!
Дальше пошли частности о сроках, снабжении, премиях, гробовых выплатах и многом, многом другом, из чего я заключил, что договаривающиеся стороны, в целом, пришли к соглашению и осталось лишь утрясти детали.
Наверное, в этом диком фортеле была какая-то злая ирония. Человек, пытавшийся убить меня, и человек, бросивший нас всех на верную гибель, сейчас сидели и сводили дебет с кредитом, а я буду вынужден помогать первому и сотрудничать со вторым. Осталось только заручиться поддержкой гейского паладина Лехри, чтобы картина приобрела законченность в своей полной абсурдности.