Слав Караславов – На меридианах дружбы (страница 53)
Делая короткие заметки в свою записную книжку о таких встречах с тружениками Кубани, я хотел составить нечто вроде «фронтового дневника», записей этого мирного фронта. В нем я мечтал зафиксировать самые различные факты из жизни тех, с кем мне приходилось встречаться. Михуля сражался на «передовой». Человек этот высокого нравственного горения.
Мы прощаемся.
— Передайте румынским механизаторам сердечный привет от кубанских казаков, — говорит мой собеседник.
Механизаторы после нашей беседы поднялись на свой трактор, и вскоре, вздымая облака пыли, трактор их тронулся в путь. А я достал записную книжку и набросал следующую мысль: «Механизатор становится центральной фигурой на советской Кубани. Это еще один аспект сближения сельскохозяйственного и промышленного труда».
И еще одно наблюдение, о котором я не могу не упомянуть. Подсказало мне его короткое посещение колхоза в станице Новокубанской на обратном пути в Краснодар.
Нельзя не поразиться темпам строительства — и не только жилищ, но и общественных зданий. В станице есть кинотеатр, стадион, радиоцентр; строятся здания магазина, ресторана, больницы, бани, школы.
Но речь не только об этом. Строительство этих объектов — часть более обширного плана благоустройства станицы. Предусматривается асфальтирование центральной улицы, тротуаров, разбивка цветников, парка, центральной площади. Разве это не показательный факт, не свидетельство того огромного исторического процесса сближения между городом и деревней, о котором я пишу здесь?
По приглашению одного из партийных активистов я посетил Дом передового опыта Новокубанского района. Со стен смотрели на меня портреты лучших мастеров высоких урожаев, знатных животноводов. Под каждым портретом — папка с напечатанными на машинке биографическими данными, описанием достижений передовика и методов, при помощи которых он добивается увеличения продукции.
— Обычная выставка — дело мимолетное, — говорит мне партийный активист. — А вот этот Дом передового опыта останется на долгие годы, он — своего рода летопись жизни и труда тех, кто закладывал у нас на Кубани основы будущего общества.
Конечно, дело еще и в другом. Назначение этой сокровищницы опыта лучших людей района — не только сохранить для истории память о них, но прежде всего содействовать скорейшему созданию этой истории в результате широкого распространения передового опыта. Для этого используются самые различные средства. Рассказы передовиков записываются на магнитофонную ленту, о них местные любители снимают кинофильмы. Все эти материалы поступают в Дом культуры, где с ними знакомятся колхозники. Так передовой опыт становится достоянием всех тружеников села.
…Вечером я занес в записную книжку следующие строки: «Опыт этого Дома передового опыта здесь, в самом сердце Краснодарского края имеет далеко не локальное значение. Земля Кубани — не только обильная житница, она, благодаря упорному труду, вдохновенным поискам ее тружеников, стала подлинной лабораторией, в которой выявляются и испытываются новые методы, чтобы затем распространить их по всем просторам Советской земли».
Этот вывод может служить и своеобразным итогом моего репортажа о Кубани и ее людях.
…И снова вспыхнуло во мне с прежней силой воспоминание о Кубани год спустя, когда я опять оказался в Советском Союзе. Я находился в Москве. Утром, развернув номер «Правды», я прочел обращение, напечатанное красными крупными буквами через всю полосу: «Труженики села, выше знамя соревнования!» Это было обращение колхозников и рабочих совхозов Усть-Лабинска ко всем работникам сельского хозяйства.
И вспомнилось мне бескрайнее степное раздолье, пряные запахи ветра, цветущие сады Усть-Лабинска. И я с радостью отметил про себя: Кубань себе верна. Она по-прежнему шагает в первых рядах строителей новой советской деревни.
Перевод с румынского
ЧЕХОСЛОВАЦКАЯ СОЦИАЛИСТИЧЕСКАЯ РЕСПУБЛИКА
Яромира Коларова, Франтишек Колар
ЗЕМЛЯ БУДУЩЕГО
Эмансипация женщин в Азербайджане
Положение женщины в обществе всегда было и сейчас остается своего рода пробным камнем общественной зрелости каждой страны. Советская политика по отношению к общественному освобождению и равноправию женщин всегда исходила из лучших традиций мирового рабочего прогрессивного движения. В Советском Союзе половина занятых в народном хозяйстве, управлении и культуре в качестве рабочих, служащих, инженеров, врачей, учителей — женщины. То, что было до революции, никак нельзя сравнить с нынешним состоянием: большинство женщин были тогда заняты наемным трудом, работали прислугами у капиталистов и чиновников, либо поденщицами у помещиков и кулаков.
Советские женщины в некоторых областях общественно необходимого труда явно преобладают. Сюда относится здравоохранение, где занято 85 процентов женщин, торговля и общественное питание — 75, образование и культура — 72 процента. Американская журналистка Сюзанна Джекоби в журнале «Нью-репаблик» писала: «По всей видимости, большинство русских убеждено, что место женщин не только дома, но и на предприятии либо в канцелярии. Из каждых пяти русских женщин в возрасте от 20 до 55 лет четыре работают. Они имеют большую возможность для роста, приобретают профессии в тех отраслях, которые во всем мире считаются преимущественно мужскими. Они имеют возможность получать такую же заработную плату, как и мужчины… Русские воспитываются таким образом, — продолжает далее журналистка, — что у них не возникает убеждения, будто бы профессиональный труд нарушает счастливую жизнь женщин. Если бы замужняя американка решила остаться на работе, то это означало бы, что она в известной мере взбунтовала против общества, пошла против течения. О русских женщинах можно говорить как раз наоборот».
Новое, действительно равноправное положение женщин особенно бросается в глаза при знакомстве с восточными областями Советского Союза, Средней Азией и Азербайджаном, где женщина еще недавно была неравноправной, продавалась и покупалась, как домашняя принадлежность, была молчаливой рабыней мужа, носила на лице чадру или паранджу и не имела доступа даже в молельные места. На одной из главных улиц Баку на высоком постаменте возвышается бронзовая фигура женщины, гордо сбрасывающей ненавистную чадру. Именуется эта скульптура «Освобождение» и символизирует одну из наиболее выдающихся заслуг Советской власти: равноправие, эмансипацию порабощенных женщин-невольниц.
Чадру сейчас днем с огнем невозможно разыскать даже в самом отдаленном горском селении. Внучки и дочери прежних обитательниц гаремов ничем не отличаются от молодых женщин Москвы, Ленинграда, Киева, Праги, Вены, Парижа. Такие же модные прически, румяна на лицах, подкрашенные губы, мини-юбки. О чадре эти модерные девушки знают только понаслышке. Мы сами их видели только один раз, когда на демонстрации в честь 50-летия Советского Азербайджана женщины символически срывали покрывала с лиц, чтобы напомнить счастливым сегодня темные страницы прошлого.
Само это прошлое не столь и далеко, живы еще женщины, которые носили чадру. С некоторыми из них мы сами говорили. На сессии Верховного Совета СССР[17] в президиуме заседает симпатичная женщина со спокойным экзотически красивым лицом. Это заместитель Председателя Совета Союза Верховного Совета СССР Шемама Хасанова. Родилась она в семье сельского бедняка в глухой деревне Азербайджана. Недавно еще была простой колхозницей, окончила высшее сельскохозяйственное учебное заведение, стала агрономом и в деревне Араялты была избрана председателем колхоза. Дважды Герой Социалистического Труда. В колхозе воздвигнута ее бронзовая фигура, как это делается по закону в Советском Союзе.
В правительственном здании в Баку мы познакомились с министром иностранных дел Азербайджана Таирой Акпер-Кизы Таировой и министром социального обеспечения Зулейхой Габировной Сейдмамедовой. Обе они рассказали нам о деятельности своих ведомств. Не менее интересны и их биографии, поскольку кратко отражают историю их страны. Товарищ Таирова уже дважды представляла Советский Союз на Генеральной Ассамблее Организации Объединенных Наций в Нью-Йорке. Участвует там также и в комитете по социальным вопросам. Считает свою судьбу счастливой тем, что ей в молодости не пришлось носить чадру, так как ее родители были образованными людьми для своего времени. Отец был учителем, а мать окончила гимназию. В тридцатых годах нынешний министр Таирова училась в институте нефти, а затем работала инженером по нефтедобыче. В 1940 году была назначена директором научно-исследовательского института, работала в партийном аппарате и на руководящих должностях. В 1957 году была назначена председателем правительственной комиссии по науке и технике, а с 1960 года — министр иностранных дел. Она — кандидат технических наук, доцент кафедры эксплуатации месторождений нефти. Ее муж — геолог, сын — научный работник в институте кибернетики, а дочь работает в Москве в области ориенталистики.
В известном смысле еще более интересна биография министра социального обеспечения Азербайджанской Советской Социалистической Республики Зулейхи Сейдмамедовой. Ее отец был чиновником, а мать, будучи до революции безграмотной, одной из первых азербайджанских женщин сбросила чадру. Выучилась затем на врача. Зулейха также училась в институте. Во время учебы поступила в аэроклуб и стала одной из первых летчиц и первой парашютисткой, в 1938 году для поступления в Военно-воздушную академию получила разрешение тогдашнего министра обороны К. Е. Ворошилова. Когда началась война, она была пилотом гражданского воздушного флота. Две прославленные тогда летчицы, Герои Советского Союза М. Раскова и В. Гризодубова высказали предложение создать три женских летных полка и воевать против нацистских захватчиков. В городе Энгельсе на Волге находилась база для их обучения. Среди первых инструкторов была и юная Зулейха Сейдмамедова; затем всю войну она летала в звании майора. И после победы девушкам не хотелось уходить с военной службы. Сам Михаил Иванович Калинин выразил им в Кремле благодарность, посоветовал, однако, выйти замуж, иметь детей и пожить ради себя и семьи.