Слав Караславов – На меридианах дружбы (страница 27)

Подобная легенда о минеральных источниках существует и в Корее, с той лишь разницей, что у нас аналогичным образом излечился журавль.

Перевод с корейского В. Ли.

РЕСПУБЛИКА КУБА

Роберто Бранли

СИБИРЬ ЛЕТОМ

Для человека, живущего на другом краю планеты, на одном из островов Карибского архипелага, омываемом водами Мексиканского залива и Карибского моря, овеваемом пассатами и находящемся в двадцати градусах к северу от линии экватора, чуть южнее Тропика Рака, Сибирь представляется чем-то вроде далекой галактики, покрытой звездной пылью вечных снегов, окутанной преданиями и легендами, местом, где вечный холод делает еще более непроницаемой завесу времени.

И вдруг — Иркутск. Прозрачно-голубоватые воды Байкала, один из поселков Бурятского национального округа, расположенный в нескольких километрах от областного центра, колоссальная Братская гидроэлектростанция — настоящее электрическое солнце, гигантские турбины, приводимые в движение водами Ангары, вокруг — холмы, увенчанные соснами, березами — малая часть огромной, бесконечной зеленеющей тайги. Разгар лета, август, отличающийся от нашего, кубинского, лишь континентальной сухостью да свежим ветерком, дующим с наступлением ночи и напоминающим о нашей жаркой «тропической зиме». Таковы первые, разумеется, весьма поверхностные впечатления. Образы, запахи, звуки сливаются в единый водоворот, как будто бы перед нами прокручивают с большой скоростью киноленту.

Возможно, все это — лишь взгляд туриста. Суровость природы возмещается поистине братским теплом окружающих нас людей. Расстояние между Сибирью и Кубой существует лишь в географическом смысле: Азия — огромный континент, простирающийся на восток от гор Урала и Кавказа. Но нет границы между Сибирью и Кубой в области идеологии: люди самого большого из Антильских островов составляют вместе с сибиряками часть единого целого.

Именно поэтому и поэт Марк Сергеев, и прозаик Альберт Грулев, и преподаватель Георгий Болгач, являющиеся членами Иркутского отделения Союза писателей, и Раиса Александровна Митенова, секретарь по идеологическим вопросам комитета партии в Усть-Ордынске (Бурятский национальный округ), и корреспондент АПН, горячий поклонник испаноязычной поэзии Александр Гуревич, и рабочие, праздновавшие летней августовской ночью в ресторане гостиницы «Тайга» День железнодорожника, — все они по-братски протягивали нам руки, и мы, двое кубинских поэтов, впервые наблюдавшие широко раскрытыми от изумления и восхищения глазами величественные шаги Сибири, постоянно ощущали их искреннюю заботу и внимание.

Эти летние дни были заполнены встречами: приветствия, беседы, обмен мнениями, стихи, мелодичное звучание которых преодолевало языковый барьер, рассказы о различных памятных событиях. В книге почетных посетителей, неподалеку от колоссальной стены из железобетона, запись, сделанная рукой Рауля (Кастро. — Прим. перевод.), А несколько выше там же запечатлены свидетельства пребывания здесь, в Иркутске, Хуана Маринельо[6] и Сихифредо Альвареса Конесы[7]. Это, как и все виденное ранее, — одно из многочисленных свидетельств дружбы. И эти проявления дружбы хранятся в памяти и воплощаются в солидарности, объединяющей наши народы.

Мой коллега Освальдо Наварро что-то записывает, о чем-то размышляет. Здесь, на берегу Братского моря, солнечным летним сибирским днем он и Гуревич ведут разговор о поэзии. Да и как можно не говорить о поэзии перед лицом такой величественной природы! Солнечный свет, льющийся с ярко-голубого неба, подобен гимну человеческой фантазии. Но подлинная поэзия заключается в том, что пейзаж, окружающий нас, был преобразован человеческими руками. Это поэма, созданная человеческим трудом, поэма, сотворенная без слов, написанная человеческим потом. День ото дня среди снегов студеной сибирской зимой и туч москитов — жарким сибирским летом росла плотина, которая потом была названа «Имени 50-летия Великой Октябрьской социалистической революции». Революция. Советы. Обращение партии к комсомолу. Братское солнце меркнет при сравнении с тем морем электрического света, которое заключено в потоке вырабатываемой здесь электроэнергии.

Братск стал известен всему миру благодаря многочисленным репортажам, хроникам, документальным кинолентам. Весь мир знает о каждодневном героизме его строителей. И все же, почему не сказать несколько слов о товарище Константине? Инженер Константин Князев — начальник ГЭС. Присущая ему скромность и простота, проявляющиеся во всем, не мешают увидеть величие этого человека. Родился Константин в Казани в 1910 году. Ему было всего лишь год, когда его семья переехала в Сибирь. Семнадцати лет от роду он поступает в Казанский университет, а несколькими годами позднее защищает диплом в Ленинградском институте инженеров связи. Работает в различных местах, в частности, принимает участие в электрификации железных дорог. В 1950 году его назначают начальником строительства Барабинской гидроэлектростанции. Четыре года спустя он возглавляет стройку в Новосибирске. В 1960 году его переводят в Братск, а год спустя он назначается начальником Братской ГЭС. Однако этот короткий рассказ не дает полного представления о величии этого человека: оно под стать делу рук его.

«Кинолента впечатлений» продолжает стремительно крутиться.

Между Иркутском и Байкалом течет Ангара. Вначале она устремляется на север, затем, миновав Братск, поворачивает на северо-запад и впадает в Енисей. Древняя бурятская легенда так повествует об этом: «У отца Байкала было 336 сыновей (рек, впадающих в озеро) и лишь одна дочь, самая любимая из всех детей, Ангара. У нее был жених, река Иркут. Отец Байкал хотел, чтобы они поженились. Но Ангара любила другого: реку Енисей. Однако Байкалу не нравился Енисей. И тогда глубокой ночью Ангара убежала, чтобы встретиться со своим любимым. Проснувшись, отец Байкал бросил гигантский камень — Скалу колдунов, чтобы преградить путь Ангаре. Но ничто не могло остановить ее. В свою очередь, Иркут тоже кинулся в погоню за своей невестой, но местность, по которой он пробегал, была каменистой. Иркут должен был преодолевать горы, перепрыгивать через пропасти, поэтому он потратил много времени, и Ангара смогла уйти от погони и соединиться с Енисеем».

И в самом деле, Скала колдунов отделяет Байкал от Ангары. Эта река, носящая женское имя, превращена на подходах к Иркутску в огромное пресное море благодаря сооруженной под Иркутском плотине и гидроэлектростанции. С другой стороны Скалы колдунов — Байкал, что на бурятском языке означает «Большое озеро». Согласно данным Лимнологического музея, расположенного на берегу озера, Байкал имеет следующие характеристики: возраст — 20 миллионов лет; местоположение — 56° северной широты и 104° восточной долготы; наибольшая глубина — 1620 метров; протяженность береговой линии составляет две тысячи километров; длина с севера на юг — 635 километров; наибольшая ширина — 80 километров; со дна Байкала поднимается 22 острова, самый большой из них носит имя Ольхон и занимает площадь в 730 квадратных километров; флора и фауна Байкала насчитывает 1800 видов, три четверти из них эндемичны, то есть не встречаются больше нигде в мире.

Конечно, Иркутск и Братск — всего лишь две точки на огромной карте Сибири. В Сибири успехи советского человека в деле освоения природы, овладения колоссальными природными богатствами этого огромного района и использования в целях промышленного развития особенно наглядны. Если отразить их на графике, то мы увидим устремленную ввысь стрелу: построенные города и промышленные комбинаты, освоенные целинные земли. Все это подобно вызову вековому молчанию. Время сейчас течет в том направлении, которое указывают ему руки созидателей. Так, в Иркутске, который был основан в 1661 году как деревянная крепость-тюрьма, построенная царскими казаками, строятся все новые и новые заводы и фабрики. Первые политзаключенные были сосланы в Острог (первоначальное название Иркутска) во времена Ивана Грозного. Позднее слово «острог» стало синонимом слова «тюрьма». В XIX столетии здесь были заключены некоторые из декабристов. Тогда же царизм начал воздвигать новые остроги вблизи различных сибирских рек. В XVII веке в Братск был сослан протопоп Аввакум, который считается первым сибирским писателем, поскольку именно он оставил первое описание Байкала.

Несмотря на жару, которая стоит здесь в августе, Сибирь имеет лишь 80 жарких дней в году. Все остальное время здесь царят холод и снег, что определяет весь уклад жизни. Советский человек, будучи тесно связан с суровой природой своего края, борется и побеждает среди природы, которую он преобразует биением своего сердца, в соответствии со своими самыми сокровенными стремлениями, во имя нового мира, вырастающего среди тайги, обогащает этот мир прекрасными и полезными творениями рук своих.

Было бы, наверное, излишним делать эти краткие записи более подробными, приводить новые детали. Пусть «кинолента впечатлений» продолжает крутиться в нашей памяти. Сибирь, Иркутск, Братск остаются где-то вдали, на другом конце Земли, отделенные от нас двенадцатичасовым барьером разницы во времени. Ну, а нас вновь зовет Куба, зовут влажность ее моря, ее зелень, зовут ждущие своего решения повседневные задачи нашей Революции.