Сириус Дрейк – Я снова не бог. Книга #38 (страница 59)
— Или это.
С кухни тянуло жареным луком и чем-то еще, что меня примирило и с ранним подъемом, и с тем, что в моем доме стало на одного родственника больше.
Надя пришла ровно в восемь тридцать. Пунктуальности ей было не занимать. Волосы собраны в высокий хвост, в руках три папки, в зубах карандаш. Карандаш она прятала в волосы, когда начинала говорить, но я уже привык.
— Михаил, по Пруссии, — она перешла к делу без предисловий, усевшись напротив. — Программа восстановления буксует. Эрфурт дал нам пятнадцать процентов прироста рабочих мест за квартал, это вдвое меньше плана. По западным округам вообще тишина. Голицын прислал чертежи заводов, но на стройку рук не хватает.
Я потер переносицу. Вспомнил серые лица людей на улицах Эрфурта. Мужчину со шрамом, женщину с ребенком. Я обещал им, что приду туда не с мечом, а с работой. Значит, надо исполнять.
— Надь, бросай все. Пруссия сейчас приоритет номер один.
— В каком смысле бросать?
— В прямом. У тебя на столе, — я кивнул на папки, — судя по всему, вопросы на полгода вперед. Отложи половину. Берешь Голицына, берешь кого-нибудь из Бердышевых, летишь в Эрфурт, и чтобы через две недели там было двадцать новых строек.
— Двадцать? — она даже карандаш изо рта вынула.
— Хоть тридцать. Главное, чтобы люди слушали не разговоры, а грохот строительной техники. Кирпичи, краны, а потом и видели зарплаты. Если дадим им только бумажки с планами, они развернутся и пойдут к следующей такой же организации. Если дадим им работу, получим лояльность на поколение вперед. Это дешевле, чем новая война.
Надя несколько секунд смотрела на меня. Потом открыла одну из папок, черкнула в ней что-то, закрыла и убрала под мышку.
— Сколько из бюджета можно брать?
— Сколько надо. В разумных пределах. Ты у нас отвечаешь за казну.
— Это не разумные пределы, это дыра в бюджете размером с Пруссию, — она уже шла к двери. — Но я поняла. Лечу сегодня.
— Сегодня?
— А чего тянуть? Ты сам только что дал добро, — Надя обернулась на пороге. — Вернусь через две недели. Если раньше — значит, не справляюсь. Если позже — значит, там нашлось что-нибудь еще. И да, Михаил. Только попробуй за это время завести еще одного питомца. У меня в таблицах не хватит места.
— Не обещаю.
— Фу таким быть!
Дверь за ней закрылась. Лора, которая слушала разговор из кресла в углу, кивнула.
— Баронесса в своем репертуаре, — усмехнулась она. — Я уже составила прогноз по расходам. Миш, хочешь знать?
— Нет.
— Правильно. Не нужно тебе это знать. Поверь старому доброму искусственному интеллекту.
Я откинулся в кресле и закрыл глаза. В списке было еще три задачи на утро, и только одна из них была сравнительно легкой.
А именно — найти последние портальные камни.
— Лора, как там прошла ассимиляция нашего нового жителя?
— Хм… А знаешь, он довольно забавный, — хмыкнула моя помощница, перемещаясь ко мне на колени. — Что-то между Угольками и Болванчиком. Тихий пухлый добряк.
И вывела передо мной его астральное тело. Собственно, это был пухлый каменный голем. Круглый такой, с животиком. Хорошо, что я захватил его из Москвы. Пусть привыкает к холодному климату.
И прямо сейчас он строил небольшие каменные пирамидки на заднем дворе. В обычной жизни он был не больше Кицуни, но всегда мог притянуть к себе больше камней и стать огромным.
— Кстати, а как мы его назовем? — спросила Лора.
— Может, Стоник?
— Камешек? — улыбнулась она. — А что, мне нравится.
Я разложил на столе карту мира. Рядом легли два новых портальных камней. Кения и Вирджиния. Один был в Антарктиде, и туда мы вскоре отправимся. Осталось понять, где остальные два.
— Мы можем обыскать планету квадрат за квадратом, — предложила Лора, усевшись на край стола. — У меня есть алгоритм. Примерное время поиска — восемнадцать лет.
— Оптимистично.
— Я округлила в меньшую сторону.
Я побарабанил пальцами по столу. Владимир прятал камни по всему миру, и найти их могли только те, кому он оставил подсказки. Булат знал часть координат. Остальное ушло в могилу, да и могила была пустой до недавнего времени.
— Лора. А что, если подключить девочку?
— Какую?
— Лизу. Дочь Натальи.
Лора склонила голову набок.
— Ту, что рисует будущее?
— Да. Она ни разу не промахнулась. Рисовала монстров у поместья, и монстры пришли. Рисовала кристалл под островом, и кристалл нашелся. Если попросить ее нарисовать места, где лежат камни, может, что-то и сложится.
— А если попросить ее заодно с Борей? — Лора оживилась. — Так сказать, чтобы уж точно не ошибиться. Вдвоем они могут дать картинку точнее. Удача плюс пророчество. Это, между прочим, хорошая комбинация. Запатентую.
— Попробуем.
Я позвонил Наталье. Она немного поудивлялась, но согласилась привезти Лизу через полчаса. Насчет Бори я попросил Трофима, и тот, кивнув, ушел звать мальчишку с завтрака.
Через тридцать минут в кабинете сидели два ребенка. Лиза устроилась на большом стуле, поджав под себя ноги, и держала в руках коробку с цветными карандашами. Боря сел рядом, серьезный и важный, как всегда, когда ему поручали серьезное дело. На плече у него, по привычке, висела деталька Болванчика.
Я положил перед ними чистый лист.
— Ребята, — начал я, — у меня сложная просьба. Но вы, наверное, справитесь.
— Миша, говори как есть. Тут все взрослые, — Боря подобрался.
— Мне нужно найти две вещи, — я показал им один из портальных камней. — Такие камни. Они где-то… Нужно понять где. Лиза, попробуй нарисовать, что ты чувствуешь. А ты, Боря, сядь рядом и думай о том, что нам очень-очень нужно их найти. Просто желай, чтобы нам повезло. Получится?
Боря кивнул и сдвинул брови. Лиза молча взяла желтый карандаш и начала водить им по бумаге.
Я отошел к окну, чтобы не мешать. Лора зависла над столом, наблюдая за процессом рисования.
Лиза творила минут пятнадцать. Карандаши менялись один за другим — желтый, потом коричневый, потом синий, потом белый. Линии она делала короткие, обрывистые, иногда нажимала так сильно, что бумага скрипела. Боря сидел рядом, положив ладонь Лизе на плечо. Паренек давно понял, как работает его удача.
Наконец она отложила карандаш и отодвинула лист от себя. На лице у нее появилось выражение уставшего ребенка, только что сделавшего трудное домашнее задание.
Мы с Лорой подошли ближе.
На листе было два рисунка. Справа — нагромождение белых и серых пятен. Горы, может быть. Или облака. Или то и другое сразу. В центре торчала маленькая черная точка. Слева был зверек. Рыжий, с пушистым хвостом. Сидящий и смотрящий куда-то за пределы листа.
— Лиза, умница, — я присел рядом. — А это что?
Она пожала плечами.
— Я не знаю. Оно так нарисовалось. Вот тут, — она ткнула в серое пятно справа, — холодно. Очень холодно. А тут, — ткнула в зверька, — тепло и пахнет травой.
Боря посмотрел на рисунок, потом на меня, и виновато шмыгнул носом.
— Я плохо думал?
— Ты думал замечательно, — я потрепал его по волосам. — Просто у нас теперь есть подсказка. Точнее, половина подсказки.
Лора подлетела к листу вплотную. Я уже знал ее манеру — если она пару минут молчит и рассматривает деталь, значит, что-то нашла и обдумывает, как подать.
— Миш, — наконец подала она голос. — А ты ничего не замечаешь?