Сириус Дрейк – Это кто переродился? Книга 3 (страница 33)

— Правильно, девочка, — улыбнулся я. — Слова «нет» для меня это только временная категория. Неужели ты до сих пор не поняла?

Прежде чем она успела выкрикнуть очередное «нет», двери раскрылись и к нам в лифт зашел ящер. Это был Аристарх. Все еще мрачный, молчаливый и… одетый в длинный плащ с капюшоном. Ткнув кнопку первого этажа, он повернулся к нам спиной.

— Ты куда собрался? — тронула его за плечо Марьяна. — Тебе же сказали оставаться в…

Он оглянулся. Его глаза заставили девушку вжаться в стену.

— Я ухожу искать того, кто превратил меня в ЭТО. Если вы, Марьяна Васильевна, и вы, Иван Петрович, попытаетесь остановить меня, клянусь — вам придется меня убить.

Глава 11

Какие ваши доказательства⁈

Убивать няньку в мои планы не входило. Однако потворствовать его глупости тоже.

— И где же ты собрался «его» искать? — спросил я. — И кого «его»?

Аристарх нахмурился.

— Того, кто осмелился бросить вызов и Королеве, и Магистру самой могущественной организации в стране. Кое-кого достаточно сильного, чтобы провернуть подобные вещи, и недостаточно сильного, чтобы действовать открыто. А еще отчаянного, злобного и охочего до власти…

Я закатил глаза. Ну, наворотил предположений.

— И кто же это? Какой-то обиженный князь, которому Королева отказала по молодости, и он поклялся отомстить?

— Не исключено… Врагов у Короны масса. И чем ближе к трону, тем их больше.

— Ты же знаешь, — прищурилась девушка. — По глазам вижу. Кто это, Аристарх?

— Вам, Марьяна Васильевна, лучше в это не лезть. Идите на учебу.

Двери открылись, и Аристарх, надев шляпу прямо на капюшон, направился на выход.

— Всегда он так… — забурчала Марьяна. — Как читать мне нотации, то «пора взрослеть», а как доходит дело до действительно важных вещей — «не лезьте, вы еще не доросли». Тьфу!

А я бы отметил, что в этой безразмерной одежде и без того высоченный ящер выглядел не просто подозрительно. А ОЧЕНЬ подозрительно. Плюс хвост, но его 'предусмотрительный Аристарх запихал в штанину.

— Ты бы еще темные очки надел, — вздохнула Марьяна, догнав его на улице. — Для маскировки!

Не ответив ей, нянька повернулся ко мне.

— Обухов, прошу, не оставляй Марьяну Васильевну. Эти ублюдки на все пойдут, только бы убрать Дарью Алексеевну и заполучить наследницу престола. И если им удастся, то…

Возникла пауза.

— То… что? — блеснула глазами девушка.

Но этот загадочный мститель, взмахнув плащом, направился прочь. Через пару секунд его массивная фигура затерялась среди зданий. Мы же с Марьяной стояли как громом пораженные.

— То что⁈ Что они сделают? — бушевала девушка. — Насильно выдадут меня замуж? За кого⁈ Ух, Аристарх!

Я улыбнулся.

— Наверное, это тебе лучше знать. Кто эта твоя любовь? Есть идеи? Может, кто-то со школы?

Марьяна покачала головой.

— В школе у меня были угри… — и она покраснела.

— Угри? Они были ядовитые?

— Нет, на лице. Да блин, неважно! Пошли уж! Раз мне все равно от тебя не избавиться, Ваня, то так и быть — пойдем на учебу!

И мы направились искать спуск в метро. У турникетов возникла заминка.

— Нам же покупать билет на одного, или на двух?.. — задумалась Марьяна, имея в виду наши «нерушимые узы».

В вагоне поезда на нас пялился каждый второй. Стоило нам усесться на лавку, как вокруг загуляли шепотки:

— Во девка дает… Еще молодая, а парня уже на привязи держит.

— Может, это он ее? Поди гулящая. Вон смотри, какие глазки похотливые.

— Зачем это такому красавчику? Вона сколько вокруг юбок расхаживает, бери не хочу!

— А эта-то всегда близко. Только руку протяни!

— Умен, парень. Умен.

— А глазки у нее все же похотливые.

С каждым долетевшим до нас словом Марьяна краснела все больше. Я же махнул рукой — пусть шепчутся, если им завидно. Рэд с Пухом сидели у нас в ногах, и, устав разглядывать унылые лица пассажиров, я взял питомца на руки.

— Так ты умеешь говорить, или нет?

Рэд отрицательно покрутился.

— Нес, — сказал он хриплым голосом, и Марьяна вжалась в кресло.

— Он еще и говорит⁈

— Нес!

Она недоуменно захлопала глазами. Я же был не впечатлен — подумаешь, говорящий мяч с зубами? Из порталов вон вылезает куча всякой дряни, и они тоже говорящие. Правда, несут обычно всякую чушь.

— Ты вообще собираешься приручаться, Рэд? Сколько мне еще тебя наглаживать?

— Нес.

— Что, «нет»⁈

— Нес.

— Приручайся, я тебе говорю! — и, положив его на колени, я принялся энергично наглаживать ему бока. — Пока не приручишься, еды тебе не видать!

Рэд обиженно заскулил. Так мы и просидели несколько станций. Я пытался его приручить, а тот только фыркал и поглядывал на мороженое девочки, что сидела поодаль.

Однако та совсем не рвалась его есть, и оно таяло на глазах.

— Мама, почему дядя разговаривает с мячиком?

— Не смотри на него, это какой-то преступник!

Они вышли на следующей станции, а я принялся натирать Рэда только активней.

— Приручайся, кому говорят!

Но тот не давался. Еще через одну станцию я сдался.

— Может тебе купить мороженого? И ты…

Рэд же мигом «развернулся» у меня на коленях, поднял когтистые лапки кверху и открыл глаза. Они у него были черные с белыми черточками зрачков. Жутковатое зрелище.

— Нес-с-с… Оросеное!

Он облизнулся — длинным раздвоенным языком.

Мы с Марьяной долго смотрели на сие существо. У него были длинные уши, пушистый хвост, шерстка отливала кроваво-алым, как у…

— И кто ты? — сощурился я, пытаясь понять, что за «сюрприз» положили мне на Испытании.