Синди Пон – Желание (ЛП) (страница 15)

— Мое английское имя подойдет. Я в игре.

Виктор и Арун улыбнулись мне.

Я не обманул Линь И. Мы были близки, но она не заставляла рассказывать, пока я не был готов, и я поступал так же. Я снял ю-костюм, вернул его в упаковку, заняв себя этим, пока друзья общались.

Как-то поняв, что на меня повлияло использование английского имени, она хлопнула в ладоши и сказала:

— Давайте сделаем перерыв и поедим.

Нас уговаривать не требовалось. Линь И потрясающе готовила, и мы, парни, были вечно голодными. Вскоре в штаб-квартире вкусно запахло тушеным бамбуком и тофу.

— Идеальная погода для риса с тофу, — сказала Линь И, помешивая содержимое кастрюли и пробуя на вкус. Виктор стоял рядом с ней и готовил баклажан, возвышаясь над Линь И. — Я запаслась на случай тайфуна, — сказала она. — Придется нам оставаться здесь, если он подует.

Мы с Аруном помогали накрывать на стол, я подавил возражение. Если я не смогу сидеть взаперти несколько дней, я лучше сбегу, чем буду спорить с Линь И. Потому что это никогда не заканчивалось в мою пользу. Виктор нагрузил две большие миски сочным бамбуком и тофу с рисом для всех нас, а Линь И принесла баклажаны в соусе и тушеный шпинат с чесноком. Арун был вегетарианцем, потому мы готовили в таком стиле.

Мы сели и ели какое-то время в тишине, издавая разные звуки, потому что было очень вкусно. Линь И покупала свежие продукты, ведь теперь у нас были деньги, и вкус сильно отличался от того, что мы ели до этого. Но хорошее мясо нынче стоило состояние, большинство мэй не могли себе этого позволить. В эти дни мэй, если у них были силы беспокоиться, надеялись, что от продукта не будет ничего хуже тошноты и диареи. Если иммунитет не срабатывал, вам не везло, и можно было умереть.

Что же случилось с Лао Янь? Потом звучали вопросы.

Он зачем-то съел много той свинины.

— Ты уже смотрела систему безопасности корпорации? — спросил Арун, доев и отклонившись.

— Нет еще, — сказала Линь И. — Я была занята внедрением личности Чжоу онлайн. Но теперь я готова взломать их.

Отец Линь, основатель службы безопасности Фортуны, сбежал в Китай три года назад, когда всплыли его преступления хакера. Он казался невинным, но не было ни одной системы безопасности, которую отец Линь, будучи подростком, живущим в Шанхае, не мог взломать, если нападал на нее. Он один смог тридцать лет назад пробить защиту склада «Apple» в Шэньчжэнь в протест за беспорядки в Китае. Склад тут же обокрали, забрав сотни новинок их продукции, пока здание не закрыли.

Но ее жизнь изменилась так же быстро, как и моя. Дочь выдающегося миллионера, известного в сфере кибербезопасности. Ее отец сбежал с ее матерью и младшим братом в Тайвань посреди ночи. Линь И осталась и выживала, предоставляя услуги с помощью навыков, приобретенных у отца. Она «исследовала» для общего блага, как она любила говорить. Ее способности взлома вызвали бы гордость ее отца. Или он бы отрекся от нее.

Хотя они были богатыми, у них не было костюмов. Линь И рассказывала мне, когда мы впервые встретились, что ее отец презирал корпорацию Цзинь и все с ней связанное. Сайты гудели, когда он отказался обновить и поддерживать систему безопасности корпорации, хотя ему сулили миллиарды за это. Пару месяцев спустя всплыло его прошлое хакера. Тогда это не казалось совпадением, но я понимал, что Линь И думала о том же. Что бы ее отец подумал о ее планах? Линь И осталась, чтобы закончить старшую школу с друзьями, не зная, что решение отрежет ее от семьи. В Тайване ей пришлось скрывать правду об отце. Но каждый день она смотрела, как Тайпей — ее город — разрушается, и люди вместе с ним. Она часто говорила, что скоро останутся только мискоголовые и тараканы.

Внезапный стук заставил всех вздрогнуть. Виктор и Арун потянулись за оружием. Я предпочитал ножи, но успел заметить расслабленную позу Линь И.

— Это Айрис.

Она прошла к одному из двух больших окон, закрытых стальными ставнями, и открыла его.

— Она так делает, чтобы порисоваться, — бросила Линь И через плечо.

Айрис пролезла в окно в штаб-квартиру, что была на третьем этаже. Забраться так высоко для нее было пустяком. Я лазал два года по Янминьшань и недавно начал лазать по стенам в спортзале, но не смог бы залезть сюда без экипировки. Айрис выпрямилась, провела ладонью по коротким волосам, короче моих, выкрашенных в платиновый цвет. Она родилась в Тайване, но больше я ничего о ней не знал.

— Я слышала, — сказала она.

Она была в черных широких штанах и топе, открывавшем мышцы ее рук, она выглядела как героиня боевика. Айрис улыбнулась, и лицо Линь И смягчилось. Линь И улыбнулась в ответ.

— Мы только поели, но еще много осталось.

— Я голодна, — Айрис устроилась за столом рядом с Виктором и поблагодарила Линь И, когда та принесла ей большую миску еще горячего риса с тофу. — Ты богиня, — пробормотала она, поймала ладонь Линь И и прижала к своей щеке. Линь И рассмеялась.

Появление Айрис прервало серьезное обсуждение, все вернулись к обычному разговору, пока она ела, обсуждали грядущий тайфун, из-за которого всем стоило остаться на ночь в штаб-квартире, обсуждали завтрак. Линь И и Виктор составляли меню на утро.

Я молчал и следил за Айрис. Я знал ее два года, но она оставалась загадкой. Ее движения были четкими и точными, как и поведение. Она никогда не делала что-то обычное, ненужное, лишнее. Она была крепкой, потому что долго выживала одна. Так рассказала мне Линь И. Среди нас пятерых она говорила меньше всех.

Доев, Айрис начала убирать со стола. Арун встал помочь.

— Что ж, теперь объедков точно не осталось, — отметил Виктор.

— Я сказала, что была голодна, — заявила Айрис.

— Ты всегда голодна, — ответил Виктор.

— Кто бы говорил! — сказала Линь И.

Мы рассмеялись, как могли смеяться только сытые люди в безопасности теплого дома, несмотря на приближение тайфуна. Я отошел от стола, унес оставшиеся тарелки, а Арун загружал их в посудомоечную машину. Мы с Аруном обсуждали грядущую ночь игр, пока машина гудела. Три минуты спустя мы расставили сухие тарелки на полки на кухне так, как нравилось Линь И.

Виктор заварил всем жасминовый чай, и мы устроились на мягких сидениях с чашками в руках.

— Мы обсуждали новую личность Чжоу, — объяснила Линь И Айрис. Линь И сидела в центре дивана, по бокам от нее были Виктор, придвинувшийся так, что их бедра почти соприкасались, и Айрис, устроившаяся на подлокотнике.

— Я уже подружился с лучшим портным в Тайпее, — сказал Виктор. — У тебя будет полный шкаф одежды. Ю будут задавать меньше вопросов, если ты будешь дорого одет. Больше никаких рваных джинсов и футболок, только от дизайнера. Я подберу тебе лучшие приборы и аксессуары. Ты будешь снаряжен лучше Бонда.

Я склонил голову и подавил стон. Насколько убедителен я буду? Мне нужно было сыграть. Никакого страха. Никакой нерешительности.

Виктор стукнул меня по затылку.

— Ай! — вскрикнул я.

— Неблагодарная зараза. Это все из основного фонда. Я хотел бы вместо тебя сыграть богача. Но я поищу тебе квартиру. Как ее обставить?

— Мне нравятся каменные стены, — сказал я.

— Каменные стены? — Виктор покачал головой. Он явно думал, что играть богача я не могу. — А еще?

Я пожал плечами.

— Кровать, два кресла, стол и кофе-машина?

— Столько денег, а ты будешь жить как отшельник? — Виктор сделал паузу. — Лазающий по стенам отшельник?

Я улыбнулся, все рассмеялись.

— А что мне делать в новой роли? — спросил я.

— Наша миссия — получить как можно больше информации о корпорации, и ты будешь нашей связью изнутри, — сказала Линь И. — Ю в Тайпее мало, ребят твоего возраста еще меньше. Ты — новенький. Они будут заинтересованы.

Арун коснулся Ладони, и экран на стене загорелся снова.

— У Цзинь один ребенок, семнадцатилетняя дочь по имени Дайю. Она была защищена от внимания прессы, отец скрывал ее. Никаких диких вечеринок или сообщений о плохом поведении.

Я опрокинул чашку и расплескал чай на пальцы. Кривясь, я посмотрел на стену и увидел Дайю в красном вечернем платье, ее черные волосы были уложены так, что открывали изящный изгиб шеи. Казалось, кровь покинула мое лицо.

— Подружись с ней, — сказала Линь И. — Она — лучший шанс доступа к корпорации.

— Я узнаю ее, — сказала Айрис. — Я видела, как она приходит и уходит из корпорации Цзинь. Ее возят на белом лимузине.

— Цзинь развелся с матерью Дайю, Ливэнь, выпускницей Кембриджа и ведущей-моделью, — пальцы Аруна сновали на экране Ладони, на стене появились Цзинь и его бывшая жена, прекрасные и ослепительно богатые.

Я вскочил.

— Я не могу. Это она.

Все посмотрели на меня.

— Что?

— О чем ты?

Я отпрянул ото всех и встал перед стеной, чтобы не видеть изображения на ней.

— Я похищал Дайю.

Все захлопали.

— Тебя искали люди Цзинь, — сказал Виктор. — Конечно, нужно было похитить его дочь.

— Но разве это не было бы во всех новостях? — спросил Арун.

Я тоже так думал. Глупый я.