Симона Элкелес – Как разрушить мою подростковую жизнь (ЛП) (страница 48)

— Что ты делаешь?

— Застегиваю твою рубашку, — ответил он, ловко управляясь с моими пуговицами.

— Зачем?

— Я не хочу рассказывать нашим детям, что признался тебе в любви на заднем сиденье машины.

— Мы на переднем сиденье.

— Да, точно… и как бы сильно я не думал, что смогу убедить твоего отца и дать ему много денег, я бы предпочел не переходить ему дорогу.

Эйви надел рубашку, скрыв свои потрясающие мышцы и рельефную загорелую грудь, которые как я когда-то себя убеждала, меня ни капельки не впечатляют. Совсем-совсем.

— Давай прогуляемся по пляжу.

Я посмотрела на улицу, где бродил холодный ночной воздух штата Иллинойс.

— Там холодно.

— Будь рядом со мной, и я согрею тебя.

Мы вышли из машины, и Эйви обнял меня. Пока мы прогуливались по темному песчаному пляжу я поняла, что он прав: его объятия согревают меня даже холодной ночью. Спустя несколько минут Эйви остановился, повернулся ко мне и взял мои руки в свои.

— Эми, — начал он с полной серьезностью в голосе.

В моих глазах плещутся все эмоции. Он собирается сказать это. Я знаю, для него это очень трудно. Его брат умер во время бомбардировки, и Эйви до сих пор боится выказывать свои эмоции.

Он закрыл глаза, словно пытался подобрать нужные слова.

— Подожди здесь, — он взял ключи и побежал к машине. Вернувшись, он протянул мне телефон.

— Прослушай почту.

— Зачем?

— Просто прослушай.

Я вошла в почту. Первое сообщение было отправлено в пять часов… до того, как я похитила его.

— Привет, Эми, это Эйви. Я… я очень много думал об этой неделе и вся правда в том, что я… я скучаю по тебе. Очень сильно. Меня убивает, что ты не рядом со мной. Я пойму, если ты не захочешь мне перезвонить или вновь со мной увидеться. Я сбежал как раненное животное, но… если вдруг в твоем сердце… или мыслях… есть хоть малейший шанс простить меня за мое огромное самолюбие, размером с высотку Сирс-Тауэр, что я посетил вчера, то я прошу… я прошу перезвонить на этот номер… это телефон Тарика.

Я нажала на телефоне девять и повернулась к нему.

— Как это мило, — для меня это много значит, ведь он позвонил мне до того, как я похитила его.

— Не торопись, прослушай дальше.

Еще одно сообщение? Я поднесла телефон к уху, чтобы прослушать еще одно сообщение.

— Это снова Эйви. Говорил ли я тебе, что твои глаза — настоящее витражное зеркало? Эми, в твоем взгляде отражается душа. Твои глаза темнеют, когда ты пытаешься быть сексуальной, а когда ты улыбаешься, они сияют.

Когда ты думаешь, что попала в беду, ты моргаешь в два раза быстрей, чем обычно. Когда тебе грустно, ты хмуришься. Я скучаю по твоим глазам. Я не хочу, чтобы твои грустные глаза стали моим последним воспоминанием о тебе.

Сохранив два сообщения, я посмотрела на Эйви.

— Есть еще одно сообщение, да?

Он кивнул.

Я нажала кнопку, чтобы прослушать еще одно сообщение.

— Это Эйви. Я хочу тебе кое-что сказать. Но не потому, что я жду взаимности, — он глубоко вздохнул. — Я… я люблю тебя. Но не той ветряной любовью, а настоящей, что на всю жизнь. Даже если ты мне не перезвонишь. Даже если тебе нравится этот Нейтан или кто-то другой. Мы можем остаться друзьями. Или кем-то больше. Просто… перезвони мне.

Я нажала на кнопку.

Кажется, он вот-вот начнет грызть ногти, настолько он был смущен.

— Говорил ли я тебе, что впервые встретившись с тобой, я испугался своих чувств? Я испугался. И мне до сих пор страшно, потому что сейчас я хочу провести с тобой всю свою жизнь. Эми, как долго длится "навсегда"?

Я закрыла телефон.

— Ты не хочешь прослушать остальные сообщения?

Я положила телефон в задний карман, а в моих глазах застыли слезы.

— Нет.

Я прослушаю их позже, когда останусь наедине в своей комнате. Я хочу услышать его голос перед сном.

Сейчас я лишь хочу остаться с моим парнем наедине и насладиться вместе с ним тем небольшим количеством времени, что у нас осталось.

— Эйви?

— Да.

— Теперь мы должны сказать нашим детям, что ты признался мне в любви по телефону.

Он лучезарно улыбнулся, а потом засмеялся.

— Тогда как насчет этого… — он с легкостью поднял меня на руки и аккуратно положил на песок.

Должна признаться, меньше всего меня беспокоит песок в волосах и дизайнерской одежде, нежели слова Эйви.

Наклонившись ко мне, он взял мои руки в свои и переплел наши пальцы.

— Я люблю тебя, Эми Нельсон-Барак. С тех самых пор, как я увидел тебя, я не могу отвести от тебя глаз.

С тех пор, как мы впервые поговорили с тобой, я не мог перестать спорить с тобой. С тех самых пор, как мы впервые с тобой поцеловались, я не могу перестать целовать тебя. И с того самого момента, как мы разделили наши надежды, страхи и неуверенность, я не могу разлюбить тебя.

О Боже, это прекрасно.

Неужели скоро уже вторник?

Глава 28

Король Соломон не попросил у Бога богатства или долгих лет жизни. Он попросил мудрости и знаний.

Честно признаюсь… я намного эгоистичней царя Соломона. На следующей неделе в Abercrombie & Fitch начнется распродажа, так что…



Когда мы вернулись домой, на часах уже было полночь. Нам нужно было забрать вещи Эйви из спальни Тарика в общежитии Северо-Западного университета перед возвращением домой, где нас ждал мой хмурой отец, словно он был могучим львом, ожидающим возвращения своего драгоценного львенка с первой охоты.

Мой папа сидел на кухонном стуле перед входной дверью и поэтому его хмурое лицо было первым, что мы увидели, когда вошли. Его волосы были взъерошены, словно он уже тысячу раз успел провести по ним руками.

— Привет, Аба, — сказала я, поцеловав его в щеку, надеясь развеять напряженную атмосферу. Радостный Мутт прыгал вокруг меня, энергично виляя хвостом. Я его погладила, а потом вновь взглянула на моего хмурого отца.

Его взгляд метнулся к Эйви, который стоял в дверях с рюкзаком в руках. Настало времечко.

Я положила сумку на стол, спрашивая себя, как долго эти двое будут неотрывно смотреть друг на друга.

— Эйви, почему бы тебе не зайти, пока я расстелю тебе кровать?

Эйви смотрел отцу в глаза, ища разрешение. Ох, нет. Кажется, в этот момент он действительно готов ударить его.

Интересно, кто-нибудь собирается сказать хоть слово? Или мои мужчины так и будут смотреть друг другу в глаза, пока один из них не отведет взгляд? Они как собаки, мечущие территорию.

— Если бы ты любил мою дочь, ты бы привез ее домой в пристойное время.