Сим Симович – Змий из 70 IV (страница 48)

Тиун сделал легкий, расслабленный пас рукой. Магический барьер исчез, и застывший в воздухе свинец с жалким стуком рассыпавшегося гороха рухнул на дорогой паркет.

Мафиози с первобытным ужасом уставились на дымящиеся у их ног сплющенные куски металла. Капо побледнел так резко, что его напомаженные волосы показались неестественно черными на фоне мелового лица. Он медленно, не веря собственным глазам, поднял взгляд на Трикстера.

Хирург стоял на том же месте, не получив ни единой царапины. Под кожей на его руках уже разгорался, набирая сокрушительную силу, ослепительный фиолетово-изумрудный свет.

— Ну вот, — с притворным огорчением вздохнул Змиенко, методично закатывая рукава рубашки. — Конструктивный диалог не сложился. Адельхард Васильевич, спасибо за ассистирование. Дальше я сам. Пора переходить к принудительным клиническим испытаниям.

Свет фиолетово-изумрудного неона, пульсирующий под кожей хирурга, озарил холл зловещим, больничным сиянием. Воздух наполнился запахом кварцевания и чем-то неуловимо сладковатым — душком стремительно меняющейся органики.

Альфонсо сделал первый шаг к оцепеневшей толпе мафиози. В его движениях не было агрессии хищника или ярости воина. Он шел так, как профессор обходит ряды студентов на практическом занятии в анатомическом театре — уверенно, спокойно и с легкой долей профессионального скепсиса.

— Начнем, пожалуй, с исправления осанки, — задумчиво произнес Трикстер, приблизившись к здоровяку с пистолетом-пулеметом, которому минутой ранее диагностировал сколиоз.

Бандит попытался отшатнуться, дрожащими руками передергивая затвор своего оружия, но реакция смертного была жалкой пародией на скорость возвысившегося. Рука Змиенко, объятая ревущим пламенем «Биогенеза Плоти», мягко легла на плечо корсиканца.

Хирургу не нужно было резать или выжигать. Он просто послал мысленный импульс, подкрепленный колоссальной маной убитого Цернунноса, прямо в генетический код подопытного.

Здоровяк дико, пронзительно завизжал. Его пальцы, судорожно сжимавшие вороненую сталь, внезапно потекли, словно разогретый воск. Фаланги срастались между собой, переплетаясь с металлической рукоятью и пластиковым цевьем. Костная ткань стремительно кальцинировалась, превращая кисти рук и предплечья в единый, уродливый, но монолитный костяной нарост, намертво впаявший пистолет-пулемет в тело бандита. Оружие стало бесполезным придатком, а сам мафиози рухнул на колени, баюкая свою мутировавшую, тяжеленную конечность.

— Поразительная податливость остеобластов, — удовлетворенно констатировал врач, рассматривая свое творение. — А теперь посмотрим, как поведет себя мышечная структура при резком изменении плотности.

Двое других налетчиков, сбросив оцепенение, выронили дробовики и с воплями бросились к спасительным дверям.

Москвич лишь лениво повел ладонью в их сторону. Невидимая волна изумрудной энергии настигла беглецов у самого порога. Эффект оказался еще более жутким, чем с первой жертвой. Ноги бандитов внезапно подкосились, но не от слабости. Их мышечные волокна начали стремительно терять плотность, превращаясь в густую, податливую массу.

Оба корсиканца осели на паркет желеобразными, бесформенными кулями. Они были живы, их сердца отчаянно бились, а легкие со свистом втягивали воздух, но бедолаги не могли даже пошевелить пальцем — скелетная мускулатура просто перестала выполнять функцию опоры, превратив суровых гангстеров в беспомощные, скулящие мясные лужицы в кожаных куртках.

Остатки отряда охватила слепая, животная паника. Кто-то пытался отбиваться ножами, кто-то рыдал, вжавшись в дорогие обои, но Трикстер был неумолим. Он скользил между ними, играючи расходуя ману древнего бога. Впервые за долгое время применение инфернальных навыков не истощало его собственных резервов. Столичный светило творил чудеса биогенеза совершенно бесплатно, упиваясь абсолютной властью над живой материей.

Одному нападавшему он легким касанием ускорил метаболизм в тысячи раз, заставив того мгновенно поседеть и покрыться глубокими старческими морщинами за пару секунд. Другому — ювелирно срастил голосовые связки, обрывая истошный крик на полуслове и оставляя лишь жалкое сиплое мычание.

Это был не бой. Это была сюрреалистичная, жуткая выставка боди-хоррора, где каждый экспонат служил доказательством триумфа советско-демонической науки над хрупкой человеческой плотью.

Марсельский капо, еще недавно диктовавший условия, вжался в угол возле лестницы. Его франтоватая прическа растрепалась, а дробовик выпал из ослабевших рук. Вожак с расширенными от непередаваемого ужаса глазами наблюдал, как загадочный русский дипломат методично превращает его лучший карательный отряд в кунсткамеру живых уродцев.

Адельхард, все так же сидевший в полумраке гостиной, тихо, раскатисто рассмеялся.

— Браво, патрон, — донесся его бархатный баритон. — Форма немного эксцентричная, но уровень детализации впечатляет. Я бы выставил парочку этих экземпляров в Лувре в зале современного искусства.

Змиенко, чьи руки медленно гасили фиолетовое свечение, остановился посреди изломанных, скулящих тел. Ни капли крови не пролилось на драгоценный паркет. Москвич стряхнул невидимую пылинку с манжеты и повернулся к трясущемуся в углу капо. Фиалковые глаза ученого теперь смотрели на криминального авторитета с холодным, по-деловому расчетливым интересом.

— Ну что ж, первичный сбор данных прошел успешно, — весело констатировал хирург, неспешно шагая к марсельцу. — А теперь, гражданин начальник, давайте обсудим новую структуру и штатное расписание вашей транспортной компании.

Альфонсо приблизился к съежившемуся капо. Тот попытался вжаться в угол, словно мечтал навсегда слиться с узорчатыми обоями. От щеголеватого, дерзкого марсельца не осталось и следа — перед хирургом сидел сломленный, тяжело дышащий человек, чьи волосы у висков от пережитого ужаса буквально на глазах припорошило свежей сединой.

Врач изящно присел перед ним на корточки, оказавшись лицом к лицу с мафиози. От москвича пахло дорогим одеколоном, крепким табаком и грозовым озоном.

— Вы ведь умный человек, месье… Как вас там? Впрочем, неважно. В штатном расписании вы будете числиться заведующим отделом логистики, — ласково начал Трикстер, по-дружески похлопав бандита по плечу. Тот дернулся, как от удара электрическим током. — Вы пришли забирать наш бизнес, но, как видите, мы сторонники национализации и плановой экономики. Ваш синдикат с этой минуты переходит под юрисдикцию Двадцать восьмого отдела.

Капо судорожно сглотнул, не смея отвести взгляд от фиалковых глаз, в которых плясало ледяное, садистское пламя.

— Что… что вы хотите? — прохрипел марселец, сжимаясь в комок.

— О, сущие пустяки. Бесперебойные поставки, — Змиенко заботливо поправил сбившуюся золотую цепь на шее мафиози. — Нам потребуется много первоклассного медицинского оборудования, редкие фармакологические препараты, расходники. А еще — надежное наружное наблюдение. Ни одна жандармская крыса или назойливый журналист не должны совать нос на Рю де л’Юниверсите. Вы будете нашими курьерами, грузчиками и цепными псами. Совершенно бесплатно. В счет, так сказать, погашения вашего огромного морального долга перед передовой наукой.

— Д-да… Мы всё сделаем… — закивал француз, готовый согласиться на что угодно, лишь бы не превратиться в кусок бескостного желе, как его бойцы в центре холла.

— Я искренне верю в вашу готовность к сотрудничеству, — широко, обаятельно улыбнулся столичный светило. — Но на слово в нашем ведомстве верить не принято. Бюрократия требует гарантий.

Альфонсо молниеносно выбросил руку вперед. Два пальца, объятые тусклым, концентрированным фиолетовым светом, вонзились прямо в грудь капо, пройдя сквозь шелковую цветастую рубашку и плоть так же легко, как сквозь воду. Бандит захрипел, выгнувшись дугой, но не почувствовал боли — только ледяной укол прямо в трепещущее сердце.

Врач ювелирным усилием воли зачерпнул толику маны убитого Цернунноса и с помощью «Биогенеза Плоти» сформировал внутри левого желудочка мафиози паразитный органический узел. Идеальную, живую теневую закладку.

Спустя мгновение Змиенко плавно извлек руку. На груди марсельца не осталось ни единой царапины, ни капли крови.

— Что… что вы со мной сделали? — простонал авторитет, хватаясь за левую сторону груди. Его сердце теперь билось в непривычном, чуть рваном, чужеродном ритме.

— Внедрил вам передовую систему мотивации персонала, — по-профессорски пояснил Ал, поднимаясь на ноги и одергивая брюки. — Это крошечный биоконструкт. Симбиот. Он напрямую подключен к вашей нервной системе и чутко реагирует на гормональный фон. Если вы решите сдать нас властям, попытаетесь сбежать на Корсику или хотя бы всерьез подумаете о саботаже… стрессовый выброс запустит реакцию. Этот маленький паразит за долю секунды разрастется и превратит ваше сердце в колючий костяной еж. Смерть будет мгновенной, но, смею заверить, удивительно красочной.

Хирург засунул руки в карманы и посмотрел на новоиспеченного начальника транспортного цеха сверху вниз абсолютным, подавляющим взглядом.

— Добро пожаловать в штат, гражданин логист. А теперь берите своих… бракованных сотрудников, приберите мусор с паркета и проваливайте. Жду первую партию медикаментов из нашего списка завтра ровно к полудню. Опоздание карается инфарктом.