Сим Симович – Змей из 70х V (страница 57)
— Добрый вечер, господа, — глубокий, рокочущий баритон Виктора Крида легко перекрыл гул закипающей в зале магии. Бессмертный зажал в зубах свежую кубинскую сигару и щелкнул зажигалкой. — Двадцать восьмой отдел. Внеплановая проверка. Приготовьте вашу бухгалтерскую отчетность и списки личного состава.
Корнелиус сузил глаза, пытаясь прощупать ауру наглеца. К его ужасу, там не было привычных магических контуров или эфирных узлов. Только глухая, первобытная, подавляющая плотность, древняя, как сами скандинавские скалы.
— Как ты смеешь вторгаться в Святая Святых Ложи, смертный⁈ — взревел тучный магистр, первым теряя самообладание. — Уничтожить его! Копья Пустоты!
С кончиков пальцев мага сорвались три черных, закрученных в спираль луча, способных расщепить на атомы даже тяжелый танк.
Виктор не сдвинулся с места. Лучи ударили ему прямо в грудь.
Раздался тошнотворный звук рвущейся плоти. Копья прошили древнего берсерка насквозь, вырвав куски мяса и раздробив ребра. Блондин лишь раздраженно поморщился.
В ту же секунду кровь викинга вспыхнула раскаленным золотом. Проклятие Всеотца Одина, не терпящее урона, запущенного жалкими человеческими фокусами, взялось за работу. Мышцы с влажным хрустом сплелись обратно, раздробленные кости мгновенно срослись, выталкивая чужеродную магию наружу с громким хлопком.
Крид вынул сигару изо рта и с глубоким, искренним разочарованием посмотрел на свою рубашку.
— Вот скажите, вы издеваетесь? — аудитор обвел присутствующих ледяным взглядом. — Я только что оформил форму номер восемь на списание пальто. Мне теперь еще и рубашку проводить по бухгалтерии как безвозвратные потери⁈ Вы хоть понимаете, сколько объяснительных мне придется писать⁈
— Что… что это за тварь? — прошептал Корнелиус, пятясь к алтарю. — Огонь Преисподней! Выжечь его душу!
Остальные шестеро магистров ударили синхронно. Зал заполнился ревущим, багровым пламенем, смешанным с ядовитым эфиром. Температура подскочила до тысячи градусов. Роскошные гобелены осыпались пеплом, каменные плиты пола начали плавиться.
Пламя поглотило фигуру незваного гостя целиком.
Маги тяжело дышали, поддерживая заклинание Высшего Круга. Ничто живое не могло пережить подобное пекло.
Из ревущего огня раздался тяжелый, мерный звук шагов.
Пламя расступилось, словно испугавшись. Виктор Крид продолжал идти вперед. Огонь слизывал его кожу, но она тут же восстанавливалась, покрываясь золотистой сеткой регенеративных рун. Блондин даже не смахнул пот с лица — его просто не было.
Единственное, что пострадало — это остатки одежды. Огонь окончательно добил пальто и рубашку, оставив главу отдела по пояс обнаженным.
— Вы лишаете меня терпения, а это, поверьте, ваш самый ценный ресурс, — ледяным тоном констатировал древний викинг, останавливаясь в трех шагах от стола Совета.
Берсерк не стал использовать магию. Он действовал так, как привык решать проблемы тысячелетия назад — руками.
Движение бессмертного смазалось. Он оказался возле тучного магистра быстрее, чем тот успел моргнуть. Закованная в черную кожу рука легла на затылок чародея и с силой, ломающей законы физики, впечатала его лицо прямо в хрустальный шар. Раздался влажный хруст. Артефакт разлетелся вдребезги вместе с черепом мага.
— Нарушение субординации. Штраф, — педантично произнес Виктор.
Второй магистр попытался ударить в спину призрачным клинком. Аудитор, не оборачиваясь, перехватил руку нападающего, вывернул ее под неестественным углом и использовал вырванный из чужих пальцев посох, чтобы пробить грудную клетку третьего члена Ложи.
Палаццо наполнился криками ужаса и треском ломающихся костей. Элита европейской магии, привыкшая дергать за ниточки королей, оказалась абсолютно беспомощной перед лицом первозданного, физического насилия. Крид не давал им времени на плетение сложных чар. Он ломал им шеи, пробивал грудины кулаками и рвал их защитные барьеры так, словно это была дешевая оберточная бумага.
Каждая атака сопровождалась сухими, бюрократическими комментариями:
— Промышленный шпионаж. Хищение корпоративной собственности Двадцать восьмого отдела. Несанкционированное вмешательство в кадровые вопросы.
Спустя ровно две минуты в зале остался в живых только Верховный Магистр Корнелиус. Старец забился в угол у камина, его мантия была перепачкана кровью коллег.
Бессмертный блондин неспешно подошел к последнему выжившему. Его торс, испещренный бледными шрамами от тысячелетних войн, даже не вздымался. Крид аккуратно поднял с пола чудом уцелевший стул, стряхнул с него пепел и сел прямо напротив дрожащего старика.
— Ну вот, теперь, когда мы избавились от лишнего шума и непродуктивных сотрудников, можем перейти к конструктивному диалогу, — аудитор вновь достал портсигар, прикурив новую сигару от тлеющего гобелена.
— Ты… ты не человек… — прохрипел Корнелиус, прижимаясь спиной к каменной кладке.
— Я — государственный служащий с очень строгими KPI, — поправил его Виктор. — Ваша шарашкина контора влезла в мои дела. Вы натравили своих стервятников на моего кризис-менеджера Альфонсо. Из-за вас он уволился по собственному желанию, подмахнув контракт с другой фирмой, и мне теперь закрывать его отчетность.
Глава отдела выпустил густое облако дыма прямо в лицо Верховному Магистру.
— У меня к вам два вопроса, Корнелиус. Первый: где ваша пространственная артефакторная? Мне нужно сделать срочный междугородний звонок. И второй: какими активами вы планируете покрыть убытки моего отдела?
— Вы… вы сумасшедший! — старик судорожно сглотнул. — Если Ложа падет, экономика континента рухнет!
— Это ваши проблемы, не мои, — философски заметил древний берсерк, поправляя галстук, который чудом остался висеть на голой шее. — Значит, так. Артефакторная на цокольном этаже. Я чувствую искривление пространства. А пока я буду совершать звонок, настоятельно рекомендую вам написать чистосердечное признание и подписать дарственную на всё ваше имущество в пользу Двадцать восьмого отдела. В противном случае, я начну использовать вас вместо пепельницы.
Виктор Крид поднялся со стула и направился к тяжелым железным дверям, ведущим на нижние уровни Палаццо. За его спиной Верховный Магистр трясущимися руками уже искал перо и пергамент.
Венецианская Черная Ложа, наводившая ужас на Европу столетиями, была уничтожена за сто двадцать секунд. Аудитору оставалось лишь воспользоваться конфискованным оборудованием. Пришло время связаться с Маликом де Садом и выяснить, на каких условиях Владыка Инферно переманил его лучшего сотрудника.
Цокольный этаж Палаццо делла Ноте смердел тысячелетними амбициями, дешевым ладаном и застоявшейся кровью. Спускаясь по винтовой лестнице, Виктор Крид брезгливо морщился. Его идеальный слух улавливал сверху, из главного зала, тихий скрип пера — Верховный Магистр Корнелиус, всхлипывая, усердно переписывал активы Черной Ложи на баланс Двадцать восьмого отдела.
Аудитор толкнул тяжелую железную дверь и оказался в артефакторной.
Помещение выглядело так, словно его оформлял студент-первокурсник оккультного факультета, перечитавший готических романов. Вдоль стен тянулись стеллажи с заспиртованными мутантами, на полу была вычерчена сложнейшая гептаграмма из толченого рубина, а в самом центре зала возвышалось огромное обсидиановое зеркало в громоздкой раме из человеческих костей.
— Какая непроходимая, провинциальная пошлость, — вздохнул древний берсерк, перешагивая через ритуальные чаши.
Глава отдела, щеголяющий голым, испещренным древними шрамами торсом, поверх которого всё еще болтался чудом уцелевший темный галстук, подошел к зеркалу. От артефакта веяло холодом пространственных искажений. Это была «Дверь в Никуда» — устройство, через которое элита европейской магии веками связывалась с потусторонними сущностями, униженно вымаливая крохи силы в обмен на кровавые жертвы и долгие песнопения на латыни.
Виктору не нужна была чужая сила. И петь на латыни он не собирался.
Бессмертный блондин сунул руку в глубокий карман своих чудом не сгоревших классических брюк и извлек оттуда устройство, от вида которого у любого европейского мага случился бы инсульт.
Это был модифицированный советский полевой телефонный аппарат ТА-57. Тяжелый, в неубиваемом бакелитовом корпусе, но вместо обычных проводов из него торчали толстые кабели с эфирной изоляцией, а вместо батареи внутри тускло пульсировал портативный реактор на базе сжатой эктоплазмы — совместная разработка инженеров КГБ и лично покойного Альфонсо.
Крид поставил аппарат прямо на край ритуальной чаши. Вытянув кабели, он без лишнего пиетета прицепил клеммы-«крокодилы» прямо к пустым глазницам черепов, украшавших раму обсидианового зеркала.
Оккультный артефакт недовольно зазвенел, почувствовав грубое, несанкционированное вторжение.
— Потерпишь. Именем государственной необходимости, — проворчал Виктор, снимая с аппарата тяжелую эбонитовую трубку и зажимая ее плечом.
Свободной рукой древний викинг схватился за ручку индуктора на боку полевого телефона и начал ее яростно крутить.
В этот процесс он вкладывал не просто физическую силу. Крид вливал в генератор свою древнюю, непреодолимую волю берсерка, помноженную на абсолютное презрение к магическим законам. Пространство вокруг аппарата начало искажаться. Воздух в артефакторной запах грозой и плавленым пластиком.