Сим Симович – Шрам: ЧЗО (страница 5)

Цифры не значат ничего. Убийство как работа. Профессия. Функция. Машина работает, пока не сломается. А седьмой патрон ждёт, когда сломается окончательно.

Волк среди мертвецов. Живой среди живых, мёртвый внутри. Стая новая, но война та же.

Он закрыл глаза снова, уснул тяжело, без снов.

На следующий день после обеда Дюбуа пошёл на склад. Серёга сидел за столом, курил, читал газету жёлтую. Поднял глаза.

— Чего надо?

— Патроны к нагану. Семь и шесть десятых, дореволюционные.

Старик усмехнулся, затянулся.

— Наган царский, говоришь?

— Да.

— И патроны к нему хочешь?

— Хочу.

Серёга покачал головой, выдохнул дым.

— Нет у меня таких. И не будет.

— Почему?

— Потому что это музейная хрень, вот почему. Патроны к царским наганам делали до семнадцатого года. Сто лет назад, Дюбуа. Где я тебе их возьму? В антикварной лавке?

Пьер молчал. Серёга затушил сигарету, встал.

— Слушай сюда. У тебя ствол трофейный, старый, красивый. Понимаю. Легион, Банги, память. Но патронов к нему не найдёшь нигде. Даже если найдёшь — они гнилые, порох отсырел, гильзы треснутые. Выстрелишь — наган разорвёт руку.

Немного помолчав он продолжил.

— Вот и береги его. На память. А воевать с наганом в Зоне — самоубийство. Тут автоматы, пулемёты, гранаты. Твой наган против автомата — как камень против танка.

Легионер стоял молча. Серёга вздохнул, пошёл к стеллажу. Вернулся с коробкой чёрной. Положил на стол, открыл.

— Смотри. Кольт 1911, сорок пятый калибр. Американская классика. Семизарядный магазин, затвор автоматический, отдача тяжёлая, но управляемая. Глушитель в комплекте. И патроны Гидрошок — экспансивные, пуля раскрывается при попадании, рвёт ткани, останавливает наповал.

Достал пистолет. Тяжёлый, массивный, чёрная рукоять с насечками. Ствол длинный, мощный. Глушитель толстый, резьбовой. Серёга прикрутил его, положил пистолет на стол рядом с коробкой патронов. Цинк патронов — двести пятьдесят штук, латунные гильзы, пули с полостью в головке.

— Гидрошок бьёт как молот. Одна пуля — одна цель. Сталкер, зомби, бандит — упадёт с первого попадания. Глушитель работает хорошо, выстрел как хлопок. В Зоне это важно. Лишний шум привлекает мутантов.

Пьер взял Кольт, проверил вес. Килограмм с глушителем. Тяжелее нагана, но удобный. Рукоять легла в ладонь правильно. Предохранитель тугой, спуск чёткий. Прицелился в дальний угол склада. Мушка на уровне целика, картинка стабильная.

— Магазинов сколько?

— Десять. Плюс цинк патронов. Хватит на месяц, если не будешь палить по воробьям.

Наёмник опустил пистолет, посмотрел на старика.

— Почему даёшь?

— Потому что ты идиот с царским наганом и шестью патронами. Костя велел обеспечить нормальным стволом. Сказал, ты хороший снайпер, но упёртый как баран. Если не возьмёшь Кольт — пошлёт меня за твоей задницей следить.

— Крид знает?

— Крид одобрил. Левченко тоже. Берёшь Кольт или завтра вылетаешь из Зоны. Выбирай.

Дюбуа помолчал, положил пистолет обратно в коробку.

— Беру.

— Вот и умница. Расписывайся.

Серёга достал журнал, протянул ручку. Легионер расписался. Старик убрал журнал, закурил новую сигарету.

— Слушай, Дюбуа. Я тридцать лет в армии, двадцать на контрактах. Видел всяких романтиков с трофейными пушками. Немецкие люгеры, японские намбу, царские наганы. Все они красивые, историчные, душевные. Но знаешь что? Все эти романтики либо сдохли, либо выбросили свои игрушки и взяли нормальные стволы. Потому что на войне красота не спасает. Спасает надёжность.

Пьер кивнул, взял коробку с Кольтом и цинк патронов. Тяжёлые, килограмма четыре вместе.

— Наган оставишь?

— Нет.

— Как хочешь. Только не вздумай с ним на задание идти. Костя узнает — голову оторвёт.

— Не пойду.

— То-то. Свободен.

Наёмник вернулся в казарму. Рашид спал, храпел тихо. Дюбуа положил коробку на стол, открыл. Достал Кольт, магазины, патроны. Зарядил первый магазин — семь патронов Гидрошок, пули тупоносые, с полостью в головке. Вставил магазин, передёрнул затвор. Патрон в патроннике. Поставил на предохранитель.

Достал наган из кармана куртки. Старый, царский, с длинным стволом и глушителем самодельным. Открыл барабан — один патрон в седьмом гнезде. Закрыл барабан, положил наган на стол рядом с Кольтом.

Два пистолета. Один старый, с историей, с седьмым патроном. Другой новый, мощный, надёжный. Один для памяти, второй для работы. Один для прошлого, второй для будущего.

Легионер взял наган, убрал в кобуру на спине. Скрытно, под курткой. Седьмой патрон останется там, где он есть. На случай. Кольт пристегнул к бедру, открыто. Для задач.

Рашид проснулся, сел, зевнул. Увидел Кольт.

— Откуда зверь?

— Серёга дал. Взамен патронов к нагану.

— Патронов не нашёл?

— Нет. Сказал, музейная хрень.

Таджик усмехнулся, встал, подошёл. Взял Кольт, проверил.

— Хорошая пушка. Сорок пятый калибр — останавливает слона. С Гидрошоком остановит и мутанта. У меня такой был в Сирии. Надёжный, как танк.

Вернул пистолет. Дюбуа убрал его в кобуру.

— Наган оставил?

— Оставил.

— Где?

— Со мной.

Рашид покачал головой.

— Упёртый. Как все легионеры.

— Как все солдаты.

— Верно.

Таджик закурил, сел на нары.

— Завтра дальний патруль. Вглубь Зоны, на десять километров. Проверка аномальных полей, поиск артефактов, охрана учёных. Костя говорит, там опасно. Радиация высокая, мутанты агрессивные, сталкеры наглые. Берут с собой пулемёт, гранатомёт, снайперов. Вся группа.

— Учёным зачем туда?