Сим Симович – Шрам: ЧЗО (страница 6)

— Ищут что-то. Артефакт особый или аномалию редкую. Не говорят что. Наша задача — охранять и убивать всех, кто мешает.

Пьер кивнул. Достал фляжку с водой, сделал глоток. Завтра дальний патруль, опасная зона, высокая радиация. Кольт будет кстати. Седьмой патрон останется в нагане, на спине, скрыто. На случай, если Кольт не поможет.

Он посмотрел в окно на серое небо, на забор с вышками, на прожекторы. База как клетка. Зона за забором — дикая, мёртвая, опасная. Завтра пойдёт туда снова. Охранять учёных, убивать нарушителей, собирать артефакты.

Та же работа. Другое место. Но седьмой патрон напоминал — всё временно. Смерть ждёт. Отложенная, но неизбежная.

Волк с новым оружием. Но старое оружие при нём. Потому что седьмой патрон — не для врагов.

Он лёг на нары, закрыл глаза. Через несколько часов ужин. Завтра в шесть подъём. В семь выход. Дальний патруль в глубину Зоны.

Кольт на бедре, наган в рюкзаке. Череп на шлеме. Мертвец идёт на работу.

Вертолёт прилетел на рассвете. Пьер проснулся от гула лопастей — тяжёлый, низкий, вибрирующий. Рашид уже встал, одевался. За окном серое небо, туман, холод. Ноябрь в Зоне. Дюбуа поднялся, натянул термобельё, камуфляж, бронежилет. Разгрузка с магазинами, Кольт на бедре, наган на спине под курткой. Винтовку взял в руки, проверил. Магазин полный, затвор работает, оптика чистая.

Рашид у окна смотрел на посадочную площадку. Вертолёт садился — старый советский Ми-8, зелёный, с опознавательными знаками стёртыми. Лопасти крутились, поднимая пыль и мусор. Сел тяжело, шасси скрипнули. Двигатель не глушили, лопасти вращались на холостых.

— Учёные прилетели, — сказал таджик. — Трое. Один в белом халате, двое в камуфляже. Костя встречает.

Наёмник подошёл, посмотрел. Из вертолёта вышли трое мужчин. Первый высокий, худой, лет пятидесяти, в белом халате поверх куртки. Очки в толстой оправе, седые волосы торчком. Профессор, учёный. Второй и третий моложе, оба за тридцать, оба в камуфляже, но не военном — чистом, новом, без потёртостей. Ассистенты. У всех троих рюкзаки большие, ящики металлические с приборами.

Костя подошёл, поговорил с профессором, показал на казармы. Группа пошла к зданию штаба. Вертолёт остался на площадке, лопасти крутились.

— Построение через десять минут, — сказал Рашид. — Пошли.

Спустились. На плацу собиралась группа. Все двенадцать: Костя, Гриша, Саша, Женя, Петро, Олег, Серый, Борода, Лёха, Витя, Рашид и Дюбуа. Все в бронежилетах, шлемах, с оружием. Пулемёты, автоматы, гранатомёты, снайперские винтовки. Боекомплект полный, дозиметры на разгрузках, рации настроены.

Левченко вышел из штаба с профессором. Остановились перед группой. Полковник коротко:

— Задача. Сопровождение научной группы в аномальную зону номер семнадцать. Расстояние двенадцать километров от базы. Маршрут через лес, деревню Копачи, дальше по грунтовке до объекта. Учёные проведут замеры, заберут образцы. Время на месте — два часа. Возвращение тем же маршрутом. Радиационный фон высокий, противогазы обязательны. Вопросы?

Никто не ответил. Левченко кивнул профессору. Тот снял очки, протер, надел обратно. Голос тихий, интеллигентный, с московским акцентом:

— Меня зовут Виктор Петрович Соколов. Я руководитель экспедиции. Мои ассистенты — Михаил и Дмитрий. Мы изучаем аномальные явления в Зоне. Конкретно — гравитационные аномалии и их влияние на материю. Зона семнадцать содержит редкий тип аномалии, который мы называем «Воронка». Нам нужны замеры и образцы. Ваша задача — обеспечить безопасность. Я понимаю, что вы профессионалы. Прошу только одного — не мешайте нашей работе и не трогайте оборудование. Это опасно для вас и для нас.

Костя буркнул:

— Мы не трогаем ваше, вы не трогаете наше. Идёт?

— Идёт.

— Тогда по машинам. Выезжаем через пять минут.

Группа разошлась. Дюбуа и Рашид сели в первый джип с Костей, Сашей и Женей. Учёные во второй с Гришей и остальными. Багаж с приборами в кузов. Двигатели завелись, ворота открылись, колонна выехала.

Дорога шла через лес. Грунтовка разбитая, ямы глубокие, грязь после ночного дождя. Джипы трясло, колёса буксовали. Туман густой, видимость метров пятьдесят. Деревья по бокам — сосны мёртвые, берёзы голые, кусты колючие. Тихо. Только мотор ревёт и грязь хлюпает под колёсами.

Дозиметр щёлкал тихо. Фон нормальный. Легионер смотрел в окно, держал винтовку вертикально. Костя вёл молча, сосредоточенно. Саша курил, Женя проверял гранатомёт. Рашид дремал, голова качалась в такт тряске.

Копачи показались через полчаса. Деревня мёртвая, дома разрушенные, улицы заросшие. Джипы проехали медленно, объезжая ямы и завалы. Никого. Пусто. Дозиметр щёлкал чаще — фон выше, но не критично.

За деревней дорога сузилась. Лес гуще, деревья ближе, ветви цеплялись за борта джипов. Туман рассеивался, небо светлело. Впереди развилка. Костя свернул направо, на грунтовку узкую, едва заметную.

— Дальше хуже, — сказал он. — Дорога плохая, радиация растёт. Если дозиметр завоет — надеваем шлемы сразу.

Пьер кивнул. Достал шлем, положил на колени. Череп оскалился пустыми глазницами.

Ехали медленно. Грунтовка петляла между деревьев, спускалась в овраги, поднималась на холмы. Дозиметр щёлкал всё чаще, быстрее, злее. Фон рос. Костя остановился, взял рацию:

— Всем надеть противогазы. Дальше пешком.

Все вышли. Легионер надел шлем, застегнул ремень. Мир затемнился, осталась только узкая полоса обзора. Включил ПНВ — картинка стала синей, контрастной. Дышать через фильтры легко, но душно. Учёные надели противогазы простые, резиновые, с круглыми фильтрами. Профессор неуклюже, ассистенты быстрее.

Группа построилась. Костя впереди с автоматом. Гриша с пулемётом справа. Наёмники по бокам и сзади. Учёные в центре с приборами. Снайперы Дюбуа и Рашид замыкали колонну.

Пошли. Грунтовка кончилась, начался лес. Тропа узкая, еле видная. Деревья мёртвые, стволы обгоревшие, ветви голые. Земля серая, трава жёлтая, мох чёрный. Пахло гнилью и химией. Дозиметр визжал непрерывно. Радиация высокая.

Костя остановился, поднял руку. Все замерли. Он показал вперёд.

Впереди поляна. Круглая, метров пятьдесят в диаметре. Земля странная — волнами, как застывшая вода. В центре яма. Глубокая, тёмная, края оплавленные. Воздух над ямой мерцал, дрожал, искажался. Аномалия. Воронка.

Профессор вышел вперёд, осмотрелся. Достал прибор — металлический ящик с экраном и антенной. Включил, посмотрел на показания. Кивнул удовлетворённо. Махнул ассистентам. Те выгрузили ещё приборы, штативы, провода.

Костя скомандовал:

— Периметр. Саша, Женя — на девять часов. Петро, Олег — на три. Серый, Борода, Лёха — на шесть. Витя, проверь подходы на мины. Снайперы — на возвышенности, контролировать всю поляну. Связь постоянная.

Группа разошлась. Пьер пошёл влево, на холм. Рашид вправо, на дерево упавшее. Легионер забрался на холм, лёг за камнем большим, выставил винтовку. Сошки упёрлись в землю. Включил оптику, начал сканировать периметр.

Лес вокруг мёртвый, тихий. Ни птиц, ни зверей, ни ветра. Только шум дозиметров и гул аномалии — низкий, вибрирующий, неприятный. Учёные работали в центре поляны. Профессор стоял у ямы, смотрел в прибор. Ассистенты устанавливали датчики, протягивали провода, записывали показания.

Наёмник смотрел в оптику, водил прицелом по лесу. Деревья, кусты, тени. Пусто. Но ощущение напряжённое. Что-то не так. Зона живая, опасная. Тишина обманчивая.

Прошло полчаса. Учёные работали. Профессор спустился ближе к яме, осторожно. Ассистенты держали его за верёвку. Он протянул руку с прибором к краю ямы. Воздух задрожал сильнее. Профессор быстро отдёрнул руку, закричал что-то. Ассистенты потащили его назад. Отползли от ямы метров на десять.

Костя по рации:

— Что там?

Профессор, тяжело дыша:

— Гравитация аномальная… сильнее расчётной… опасно подходить… нужно больше времени…

— Сколько?

— Час. Может два.

Костя выругался, но не стал спорить. По рации группе:

— Засели крепче. Здесь надолго.

Дюбуа устроился удобнее. Подложил рюкзак под локоть, натянул капюшон — холодно. Продолжил наблюдение. Лес спереди, справа, слева. Периметр чистый. Дозиметр визжал. Радиация въедалась, но противогаз защищал.

Прошёл ещё час. Солнце поднялось выше, туман рассеялся. Учёные двигались по поляне, устанавливали датчики ближе к яме, измеряли, записывали. Профессор говорил в диктофон, быстро, взволнованно. Ассистенты фотографировали.

Легионер перевёл прицел на дальний край поляны. Кусты шевельнулись. Остановился, пригляделся. Тишина. Может ветер? Но ветра нет. Посмотрел через тепловизор. Красное пятно за кустами. Небольшое, тёплое. Живое.

По рации тихо:

— Костя, движение на двенадцать часов. За кустами. Одна цель, тёплая.

— Вижу. Рашид, подтверди.

Рашид по рации:

— Подтверждаю. Что-то есть. Человек или животное.

Костя:

— Следим. Не стрелять без команды.

Пьер навёл перекрестие на кусты. Красное пятно двигалось медленно, осторожно. Приближалось к поляне. Сталкер? Мутант? Зомби? Не ясно.

Пятно остановилось в пяти метрах от края поляны. Замерло. Наёмник ждал, не двигаясь. Палец на спусковом крючке. Давление лёгкое, без нажима.

Куст раздвинулся. Вышла собака. Большая, размером с волка. Шерсть серая, грязная, клочьями. Морда худая, рёбра торчат. Глаза жёлтые, безумные. Пасть открыта, клыки длинные, слюна капает. Мутант. Собака, изменённая радиацией.