Сим Симович – Режиссёр из 45г (страница 105)

— А я и правда стал похож на шофёра, — удивился он. — Как будто и правда с фронта вернулся.

— Вот именно, — Володя подошёл к нему. — Теперь добавим детали. Вера Дмитриевна, у вас есть старые часы? Карманные?

— Есть. Отцовские ещё, — она достала из ящика стола потёртые карманные часы на цепочке. — Вот.

— Идеально, — Володя взял часы, вложил в нагрудный карман пиджака Николая так, чтобы цепочка свисала. — Видите? Это часы, которые Петя берёг на фронте. Может, отцовские, может, купленные перед войной. Но они с ним прошли весь путь. Это талисман.

Николай осторожно потрогал часы:

— А можно мне правда их взять? На съёмки?

— Конечно, милый, — Вера Дмитриевна кивнула. — Только береги.

— Теперь обувь, — Володя посмотрел на ноги Николая. — Вера Дмитриевна, есть старые ботинки? Начищенные, но поношенные?

Она достала из-под стеллажа несколько пар. Володя выбрал тёмно-коричневые, потёртые, но явно ухоженные:

— Вот эти. Померьте.

Николай надел. Ботинки сели впору. Он встал, прошёлся, посмотрел на себя в большое зеркало у стены:

— Я... я не узнаю себя. Я и правда Петя.

Володя встал рядом с ним, смотрел на отражение:

— Вот именно. Костюм создаёт характер. Теперь когда вы наденете это на съёмках, вам легче будет войти в роль. Вы не Николай Фёдорович, примеряющий одежду. Вы — Петя, демобилизованный шофёр.

Вера Дмитриевна смотрела на них с одобрением:

— Молодец, Владимир Игоревич. Не каждый режиссёр так внимательно к деталям относится.

— А как иначе? — Володя повернулся к ней. — Мелочей в кино нет. Каждая деталь работает на образ.

Теперь очередь была за Зиной. Вера Дмитриевна достала форму почтальона — синее простое платье, белый фартук.

— Вот это стандартная форма. Померьте, деточка.

Зина ушла за ширму, через минуту вышла. Платье сидело хорошо, но выглядело слишком новым, нарядным.

— Нет, — покачал головой Володя. — Слишком свежее. Катя работает почтальоном уже год, может, два. Форма должна быть поношенная, выцветшая от стирок. У вас есть что-то более... потрёпанное?

Вера Дмитриевна хмыкнула:

— Есть. Вот это платье, — она достала другое, явно не раз стиранное, с выцветшими участками. — Его актриса одна носила в прошлом году для фильма про почтальонов. Хотели уже списать.

— Это то, что нужно, — Володя кивнул. — Зина, померь это.

Зина переоделась. Теперь она выглядела совсем по-другому — не актриса в костюме, а настоящая уставшая почтальонша.

— Вот теперь правильно, — Володя обошёл её. — Видишь разницу? Это не парадная форма. Это рабочая одежда человека, который каждый день мотается по городу.

— А платок? — спросила Зина.

Вера Дмитриевна достала несколько платков — красный, синий, зелёный. Володя выбрал голубой, немного выцветший:

— Вот этот. Голубой — цвет неба, надежды. И он не новый, значит, дорог Кате. Надень.

Зина повязала платок. Володя отступил, прищурился, оценивая:

— Отлично. Теперь ты Катя. Уставшая, но не сломленная. В простой одежде, но с достоинством.

— А для финала? — напомнила Вера Дмитриевна. — Для танцплощадки нужно другое платье.