Сим Симович – Кипр II (страница 27)

Виктор остался с центральным отрядом, но его сознание, расширенное копьём, ставшим частью его существа, охватывало всё войско. Он чувствовал каждый отряд, каждого воина, словно нити связывали их всех воедино. И через эти нити он мог направлять, советовать, предупреждать.

Когда первые дозоры достигли Великой стены, она предстала перед ними грандиозным сооружением, протянувшимся по гребням гор и холмов до самого горизонта. Но Крид уже знал, что это впечатление обманчиво. За величественным фасадом скрывались разрушенные участки, заброшенные сторожевые башни, малочисленные гарнизоны, деморализованные десятилетиями скуки и лишений.

И всё же прямое нападение на стену было бы самоубийством. Вместо этого маньчжуры использовали тактику, которой научил их Виктор. Малые отряды создавали видимость атаки в разных точках, отвлекая внимание защитников, в то время как основные силы незаметно проникали через брешь в стене, замаскированную так искусно, что даже близстоящие стражники не подозревали о её существовании.

Это был не штурм, а просачивание — словно вода, находящая путь через мельчайшие трещины в камне. К исходу первого дня несколько тысяч маньчжурских воинов уже находились на китайской стороне стены, и никто в Поднебесной не подозревал об этом.

Следующим этапом был марш к горе Чанбайшань, где находился храм Лунного Света — цель всего похода. Но здесь таилась новая опасность: густонаселённые земли Северного Китая, где любой незнакомец немедленно привлёк бы внимание.

И снова Крид применил стратегию, основанную не на силе, а на хитрости. Маньчжурские воины двигались малыми группами, маскируясь под торговцев, паломников, бродячих актёров, наёмных работников. Они избегали главных дорог, путешествовали ночью, использовали древние тропы, забытые даже местными жителями.

Виктор лично возглавил самый важный отряд — тот, что должен был достичь храма Лунного Света и защитить пятое кольцо от Абаддона. С ним шли лучшие воины — не просто искусные в бою, но и те, чей дух был достаточно силён, чтобы противостоять демоническому влиянию.

Они двигались быстро и бесшумно, как тени в лунном свете. Крид использовал свою силу, чтобы скрывать их от посторонних глаз — не полная невидимость, но своего рода ментальная завеса, заставлявшая наблюдателей отводить взгляд, забывать увиденное, находить логические объяснения тому, что не укладывалось в их понимание мира.

На исходе десятого дня пути отряд Виктора достиг подножия горы Чанбайшань. Величественная вершина, покрытая вечными снегами, возвышалась над окружающим ландшафтом, словно страж древних тайн. Где-то на её склоне, скрытый от посторонних глаз, находился храм Лунного Света, а в нём — пятое кольцо Копья Судьбы.

Крид собрал вокруг себя командиров отряда — Нургачи, Хунтайши, Баркала и Хайлана. В их глазах он видел усталость после долгого пути, но также решимость и веру в успех.

— Мы почти у цели, — сказал Виктор, указывая на гору. — Храм находится там, на восточном склоне, скрытый древней магией от всех, кроме тех, кто знает путь.

Он прикрыл глаза, и четыре кольца внутри него запульсировали сильнее, резонируя с близостью пятого.

— Я чувствую его, — продолжил Крид. — Кольцо здесь, в храме. Но чувствую и другое… — его лицо омрачилось. — Абаддон тоже близко. Он опередил нас.

Вожди переглянулись с тревогой. Они знали из рассказов Виктора, кто такой Абаддон, и понимали, что столкновение с этим древним существом будет испытанием, к которому не может подготовить никакая тренировка.

— Что нам делать? — спросил Нургачи, его рука машинально легла на рукоять меча.

Крид задумался на мгновение, затем его глаза вспыхнули голубым огнём решимости.

— Мы разделимся, — ответил он. — Я пойду в храм один. Абаддон ждёт меня, и только меня.

Видя, что вожди хотят возразить, он поднял руку, останавливая их.

— Это моя битва, друзья. Битва, которая длится тысячелетиями. И в этой битве ваша храбрость, каким бы великим оружием она ни была, не поможет.

Он положил руку на плечо Нургачи.

— Но вы можете помочь иначе. Абаддон не один. С ним солдаты императора, возможно, целая армия. Ваша задача — сдержать их, не дать им вмешаться в нашу с ним схватку.

Вожди кивнули, понимая логику этого плана. Против мистической силы Абаддона они были бессильны, но против земных воинов, какими бы многочисленными те ни были, маньчжуры могли сражаться на равных.

— Мы задержим их, сколько потребуется, — твёрдо произнёс Хунтайши. — Ни один китайский солдат не поднимется на гору, пока мы живы.

Виктор благодарно кивнул, затем обратил взгляд на восточный склон горы. Его глаза, в которых пульсировал голубой огонь копья, видели то, что было скрыто от обычных смертных — едва заметную тропу, ведущую к храму, защищённому не столько стенами, сколько древними заклинаниями и самой структурой реальности.

— Я отправляюсь немедленно, — сказал он. — Готовьте воинов к обороне. И да поможет нам… наша решимость.

С этими словами Крид начал восхождение к храму Лунного Света, где ждало его не только пятое кольцо, но и древний враг, готовый на всё, чтобы заполучить ключ к вратам времени.

Позади него маньчжурские воины занимали позиции, готовясь к битве своей жизни. А впереди, на склоне горы, окутанном мистическим туманом, ждало решение судьбы — не только его собственной, но и всего мира.

Туман обволакивал восточный склон горы Чанбайшань, словно живое существо — густой, почти осязаемый, он скрывал очертания деревьев и скал, искажал расстояния и направления. Для обычного человека путь через эту белесую завесу был бы невозможен. Но Виктор Крид не был обычным человеком.

Он поднимался по невидимой тропе уверенно, словно шёл по хорошо освещённой дороге. Четыре кольца, ставшие частью его сущности, пульсировали в такт сердцебиению, излучая мягкое голубое сияние, прорезающее туман подобно маяку. С каждым шагом это сияние становилось ярче, а пульсация — интенсивнее, откликаясь на близость пятого кольца.

Внезапно туман впереди расступился, открывая вид на храм Лунного Света. Древнее строение, казалось, парило над землёй, поддерживаемое не столько каменным фундаментом, сколько самой магией места. Его стены из белого мрамора светились изнутри, покрытые символами столь древними, что даже Крид, проживший тысячелетия, не мог прочесть их все. Купол храма, выложенный голубоватым камнем, напоминающим лунный свет, застывший в кристаллической форме, отражал лучи солнца, создавая вокруг здания своеобразный нимб.

Виктор остановился у подножия широкой лестницы, ведущей к входу в храм. Четыре кольца внутри него теперь пульсировали так сильно, что, казалось, весь воздух вокруг вибрировал в такт этому ритму. Он чувствовал пятое кольцо — его зов, его силу, его обещание завершённости.

Но чувствовал и другое присутствие — тёмное, древнее, исполненное ненависти и жажды разрушения. Абаддон был здесь, внутри храма, и ждал его.

С глубоким вдохом Крид начал подниматься по лестнице. Каждая ступень была покрыта символами, которые вспыхивали голубым светом под его ногами, словно приветствуя давно ожидаемого гостя. Когда он достиг вершины, массивные двери храма открылись сами собой, без единого звука.

Внутри храм был гораздо больше, чем казался снаружи, — пространство, искажённое древней магией, вмещало обширный зал с колоннами, поддерживающими купол. В центре зала, на возвышении из белого камня, стоял алтарь, и на нём — небольшая шкатулка, излучающая тот же голубоватый свет, что и кольца внутри Крида.

Но Виктор не смотрел на шкатулку. Его взгляд был прикован к фигуре, стоящей перед алтарём, — высокой, облачённой в чёрные одеяния, с маской из полированной кости вместо лица. В прорезях для глаз пульсировало ядовито-зелёное пламя, контрастирующее с голубым сиянием храма.

— Бессмертный, — произнёс Абаддон, и его голос был подобен шелесту осенних листьев, гонимых ветром по мёртвой земле. — Ты всегда приходишь слишком поздно.

Он сделал шаг в сторону, и теперь Виктор увидел, что шкатулка на алтаре открыта, а внутри — лишь пустота. Пятое кольцо исчезло.

— Где оно? — спросил Крид, его голос оставался спокойным, хотя внутри всё сжалось от осознания возможного поражения.

Абаддон рассмеялся — сухим, потусторонним смехом, от которого затрещали колонны храма.

— Там, где ты никогда его не найдёшь, — ответил он, поднимая руку.

В его ладони возникло кольцо — серебряный обод с гравировкой символов, похожих на те, что украшали стены храма. В центре кольца сверкал крошечный голубой камень, излучавший свет, подобный тому, что исходил от четырёх колец внутри Крида.

— Пятый и последний ключ к вратам времени, — продолжил Абаддон, поднимая кольцо выше, чтобы Виктор мог лучше его рассмотреть. — С ним я смогу открыть путь к силам, которые изменят мир по моей воле. Сделают его таким, каким он должен был быть с самого начала — царством хаоса и бесконечных возможностей, не скованных законами и правилами.

Крид сделал шаг вперёд, его глаза светились холодным голубым огнём.

— Ты забываешь одну деталь, Абаддон, — произнёс он. — Для полного открытия врат нужны все пять колец. А четыре из них — здесь.

Он прикоснулся к груди, где под кожей пульсировали четыре кольца, ставшие частью его существа.

Абаддон застыл, его маска повернулась к Криду, и в прорезях для глаз ядовито-зелёное пламя вспыхнуло ярче.