Сильвия Мерседес – Клятва Короля Теней (страница 54)

Когда я гляжу вниз в поисках опоры для ноги, мой свет на что-то натыкается. Я тут же останавливаюсь. Лицо трольда. По венам проносится узнавание. Худ. Отважный парень, который уже несколько лет прослужил в моей страже.

Его голову, шею, плечи и часть торса сжимает передними лапами спящий вогга. Где остальная его часть, я не знаю.

Я сглатываю подступившую к горлу желчь. Затем спускаюсь ближе к спящему дьяволу, снимаю с пояса нож и вонзаю в основание его черепа. По телу твари пробегает легкая дрожь. Она падает, увлекая останки Худа за собой. Ни один из прочих дьяволов не шелохнулся.

С колотящимся сердцем я иду дальше. Теперь я уже близко к упавшему мужчине, достаточно близко, чтобы понять, что он лежит не на дне этой ямы, как я сперва подумал, а на выступе. Сама же яма уходит гораздо глубже. Ниже вогги сбились еще плотнее. Да пощадят нас боги! Моя первоначальная оценка была слишком заниженной. Здесь больше дьяволов, чем, как мне вообще казалось, должно обитать во всем Подземном Королевстве. Что-то, видимо, погнало их снизу, из их среды обитания, искать убежища в верхних регионах. Что-то… и гадать нечего, что именно.

Я проверяю, выдержит ли выступ мой вес, прежде чем отпустить стену и поспешить в сторону моего упавшего стражника. Он лежит на животе, словно протягивая руку во тьму внизу. Я опускаюсь на колени, хватаю его за плечи. Затем тяну и переворачиваю себе на руки.

Это Йок. Слава всем богам, небесным и подземным!

Сделав над собой усилие, я проглатываю его имя. Вместо того я прощупываю его тело в поисках признаков травм. Его нога сломана, согнута под ужасающим углом. Значительная часть брони истерзана, большие куски оторваны. Из многочисленных ран сочится кровь. Но он жив. Каким-то чудом он жив.

Я мягко шлепаю его по щекам. Йок шевелится. Его юный, мальчишечий лоб хмурится, а зубы оскаливаются в болезненной гримасе. Он медленно открывает глаза, взгляд расфокусированный и странный. Затем он видит меня. Я накрываю ладонью его рот, когда он делает резкий вдох. Помотав головой, я вожу глазами по сторонам, указывая на спящих дьяволов. Глаза Йока округляются. Он кивает в знак того, что понял.

Я осторожно помогаю мальчику сесть. Йок морщится, но проглатывает все болезненные стоны. Затем он вдруг оборачивается, указывает в темноту под нами. Когда я не реагирую, он крепко сжимает мою руку, заставляя посмотреть. Я свешиваюсь через край, осторожно наклоняя свет моего лорста.

Еще двадцатью футами ниже лежит Тоз. Он мертв. Его броня содрана. Когти пещерных дьяволов пробили его крепкую каменную шкуру, вскрыли торс, вывалили внутренности наружу. Кажется, будто его жевали. Терзали. Я рад, что с этого ракурса мне не видно его лица.

Я отстраняюсь. В животе бурлит тошнота. Тоз был моим другом. Так же как и Худ.

То, что случилось с ними, не должно случиться с трольдами в городе наверху.

Я стискиваю челюсти. Я не дам этому произойти.

Склонившись над Йоком, я подношу губы близко к его уху.

– Давай вытащим тебя отсюда. Затем разберемся с этими гутакуговыми дьяволами.

Йок кивает. Тихие слезы катятся по его лицу. Я не могу его винить. Менее сильный мужчина уже сгинул бы от чистого ужаса. Я делаю мальчику знак встать, но он не в состоянии, не с такой ногой. Он хватает меня за плечо, привлекает к себе и выдыхает в ухо:

– Оставьте меня, мой король. Я вас только замедлю.

Как будто я стал бы даже рассматривать подобный план.

– Залезай ко мне на спину, – отвечаю я. – Используй эти костлявые ручки и держись крепко, понял? – Йок мотает головой, но я добавляю, рыча:

– Немедленно.

Йок вздрагивает, кивает. В свете лорста он сер, словно камень, но когда он хватается за мои плечи, я с облегчением чувствую, что в нем еще есть силы. Не знаю, будет ли их достаточно. Но я его не оставлю. Хэйл никогда меня не простит, если я так поступлю.

Я начинаю подъем. Сперва я не уверен, что справлюсь, – не вверх по отвесной скале, пробираясь между спящими дьяволами, с мертвым грузом в виде Йока на спине. Глубоко изнутри я призываю на помощь силу моих предков, древних королей трольдов. Медленно, очень медленно мы поднимаемся наверх. Время от времени, когда мы проходим слишком близко к дьяволам, запах крови Йока будто пробуждает их. Один или два слегка шевелятся. Я вижу оттянутые губы, обнаженные клыки. Если проснется хоть один, то на этом все. Его дикое рычание вскоре перебудит всех остальных, и мне не останется ничего иного, кроме как молиться, что нас сожрут быстро.

Но наш бог Тьмы, судя по всему, видит, в каком мы бедственном положении, потому что каким-то образом мы добираемся до вершины ямы. Облегчение, которое я испытываю, когда сильные руки Лур хватают Йока и снимают его вес с моей спины, так велико, что я чуть не теряю равновесие. Но Джорк, доблестный воин, ловит меня за руку и затаскивает к себе.

– Вы чертов безумец, большой король, – чуть ли не благоговейно шепчет он.

Я ухмыляюсь в ответ. Затем вновь смотрю в яму. Мы привели недостаточно воинов, чтобы избавиться от такой толпы. И близко нет. Я делаю знак отступать. Нам нужно перегруппироваться, вернуться с настоящим планом. Быть может, мой главный инженер снабдит нас взрывчаткой, и тогда мы найдем способ надежно их замуровать. Хитрое дело, учитывая, что логово лежит прямо под городом, но если кто и сумеет с этим справиться, так это Гхат.

Я забираю Йока у Лур и киваю ей идти назад по проходу передо мной. Ей это не нравится, но никто не осмеливается мне возражать. Мы с Йоком следуем за ней, немного отставая от остальных, а Джорк охраняет тылы. Когда мы достаточно далеко отходим от ямы, я шепчу:

– Что случилось?

– Я точно не знаю, – выдыхает Йок сквозь сжатые от боли зубы. – Мы гнались за одним воггой, и Худ был впереди. Вдруг он закричал. Там была… кровь…

Его голос затихает посреди фразы. Сперва я думаю, что, может, он потерял сознание. Затем чувствую: дрожание под ногами. Я смотрю вниз. Мелкие камешки и галька начинают вибрировать и двигаться. Стены по обе стороны от нас трясутся, пыль и сор сыплются нам на головы.

– Готовьсь! – кричу я остальным.

Им не требуется мое предупреждение. Они прижимаются к скале, крепко держатся. Кто-то вскрикивает, когда в него ударяет падающий камень. Один из мужчин теряет равновесие и врезается в Лур. Мне удается прижать Йока к стене, заслоняя его своим телом. При каждой вспышке света лорста мне кажется, что стены обваливаются, давя нас.

Это длится недолго. Толчки несильные, возможно, в городе наверху их и вовсе не ощутили. Лур пытается подняться на ноги, но ни она, ни остальные вроде бы не пострадали.

– Все в порядке? – спрашиваю я.

Один за другим они отвечают, заканчивая Джорком, стоящим в нескольких шагах позади меня.

– Жив и цел, большой король! – рычит он. – Вот только надеюсь, что мы…

Он обрывает фразу, когда в проходе за нашими спинами эхом разносится жуткий крик.

Мы застываем, смотрим друг на друга.

За первым криком следует еще один.

И еще один.

И еще.

Я медленно поворачиваю голову, смотрю назад. Мой кристалл лорста, все еще ярко сияющий, пронзает густые тени широким лучом света.

Я вижу. Первую из извивающихся фигур, несущуюся по узкому проходу позади нас.

Лишь одно слово вырывается из моего горла:

– Бежим!

Глава 32. Фэрейн

Под моими ногами грохочет земля.

Я праздно сижу на одном из стульев перед камином, глядя в пляшущие сполохи лунного огня. За моим окном темно. Не знаю, как долго я уже сижу вот так, неподвижно, словно камень. Голова тяжело лежит на руке, глаза остекленевшие и пустые.

Но затем комната начинает вибрировать. Камни в стенах рычат, а мой желудок проваливается куда-то вниз. Я рывком сажусь прямо, хватаюсь за подлокотники. На миг мой разум вспоминает прошлый раз, когда такое случилось. Вот только тогда я была укрыта объятиями Фора, ограждена от самых крупных падающих камней.

Теперь такого укрытия нет.

К тому моменту, как я полностью осознаю, что происходит, дрожь почти прекращается. Затем она и вовсе останавливается, не потревожив в комнате ни единого предмета обстановки. Пусть мои руки все еще до белых костяшек стискивают подлокотники стула, а взгляд мечется то туда, то сюда, я не вижу никаких признаков ущерба. Мне почти кажется, что я вообразила эти колебания.

Затем Хэйл колотит в дверь, ее голос рявкает:

– Принцесса? Принцесса, у вас все хорошо?

Значит, не вообразила. Хэйл несколько часов молча стояла на посту. Я ощущала слабые импульсы эмоций, пробивающихся от нее через разделяющую нас стену, но больше ничего. Теперь же ее эмоции зашкаливают.

– Да, Хэйл, – отвечаю я, хотя бы ради того, чтобы она перестала так громко стучать. – Я в порядке.

Моя телохранительница мгновение молчит. Затем:

– Прошу, принцесса. Отоприте дверь. Как-то неправильно, что вы там забаррикадировались. Что, если я вам понадоблюсь, но не смогу достаточно быстро до вас добраться?

Испустив протяжный вздох, я закрываю глаза. Какая напасть, по ее мнению, может на меня обрушиться в комнате, у которой есть только один вход, да еще и на подобной высоте? И все же я не могу вечно ее отталкивать. Медленно, оцепенело я встаю. В часы, прошедшие с отъезда Фора, я надела самое простое платье, какое смогла отыскать в гардеробе. Оно темное и немного тяжелое, его ткань богато расшита бисером, рукава длинные и развевающиеся, а на груди глубокий V-образный вырез. Оно мне совершенно не идет, но хотя бы тело прикрывает.