Сильвия Мерседес – Клятва Короля Теней (страница 53)

А может, это не дурное предчувствие… быть может, это мой дар, различивший поднимающуюся снизу волну эмоций этих мужчин и женщин. Гордые воины-трольды не могут подавить тот страх, что кипит в их венах. Они отправляются на встречу с ужасным врагом. Некоторые их них не вернутся.

Фор надевает свой шлем, садится на Кнара. Он разворачивает зверя, оглядывая своих мужчин и женщин. Затем с криком и поднятым кулаком первым выезжает из ворот дворца. Волна черных тварей строем течет за ним. Я в последний, отчаянный раз пытаюсь позвать его по имени. Горло плотно смыкается, запирая мой голос.

Это не важно. У ворот, в самый последний миг, Фор оборачивается в седле. Смотрит через плечо. Я не вижу его лица с такого расстояния, к тому же оно скрыто под его шипастым шлемом. Но каким-то образом я чувствую то мгновение, когда его глаза поднимаются к моим, когда наши взгляды встречаются и сцепляются.

Сердце подскакивает, внезапно полное безымянных чувств, таких сильных, что дыхание перехватывает.

– Фор, – шепчу я в последний раз. – Не уезжай. Не оставляй меня.

Затем он разворачивается в седле лицом вперед и едет дальше. Скрывается с глаз. Исчезает.

Глава 31. Фор

Мне почти кажется, что я вообразил, будто заметил ее, стоящую высоко, на своем балконе. То, как она опиралась на перила, как ее бледные, белые плечи были обнажены, а золотые волосы рассыпались по груди. Это слишком похоже на сон, слишком напоминает самые глубинные желания моего сердца, чтобы быть правдой.

Я отворачиваюсь. Смотрю на дорогу перед собой. Мне сейчас нельзя позволять своим мыслям задерживаться на Фэрейн. Нельзя жалеть, что я не поднялся к ней в комнату, не поговорил с ней, прежде чем уезжать. Времени нет. Ни у Йока, ни у Тоза, ни у всех остальных. Кроме того, что бы я мог сказать? Я не могу предложить ей ни обещаний, ни извинений. Извиняться за то время, что мы провели вместе, было бы словно извиняться перед ангелом за дарованное им благословение. Я никогда не смогу пожалеть о том, что она с такой охотой подарила мне… лишь о том, чего не сумел дать в ответ.

Но мы не предназначены друг для друга. Судьба, или боги, или все разом сговорились против нас. Пришла пора расплачиваться за те прекрасные мгновения, которыми мы с такой радостью воспользовались, – и цену эту ни один из нас не готов уплатить.

Лучше сосредоточиться на текущей миссии. Я найду Йока. Удостоверюсь, что он в порядке и благополучно вернется к семье. Это я послал мальчишку на эту миссию. Если с ним что-нибудь случится, я никогда себя не прощу.

– Драг-хрукта! – выкрикиваю я и пришпориваю Кнара. Мой зверь отталкивается от мощеной дороги, а остальные морлеты пускаются в полет за ним следом. Вместе мы парим над городом, пролетаем над крышами и дорогами, над куполом храма и лачугами, над Рыночной Горкой и всеми теми родными местами, которые делают Мифанар таким, каким я его знаю. Я ловлю себя на том, что оглядываюсь в поисках Сула и Хэйл, скачущих по сторонам от меня. Но мой брат остается в лазарете мадам Ар, а капитан стоит возле двери спальни Фэрейн. Без них я чувствую себя потерянным. Слово правую и левую руки разом отпилили от моего тела, и теперь я искалеченным и одиноким должен встретиться с теми опасностями, что меня ждут.

Мы перелетаем высокие городские ворота, ведущие к мостам через пропасть, соединяющим город со стенами каверны. Я поворачиваюсь в седле.

– Веди! – кричу я Лур, которая скачет справа от меня.

Она выглядит серой и усталой после пережитого. Несомненно, она волнуется за Тоза и остальных и чувствует вину за то, что вернулась без них. Она отважно направляет голову своего морлета вниз. Мы следуем за ней, ныряем в бездну под городом, под мосты. Вниз, вниз, и еще глубже, пока восходящий гнев огненной реки не заставляет нашу броню нагреваться, а кожу – покрываться потом.

Я как раз начинаю думать, что нам не удастся спуститься еще ниже и не пострадать, как вдруг Лур натягивает поводья своего морлета и выравнивает полет. Здесь, внизу, в темноте, вдали от огней каверны и сияния города, морлеты чувствуют себя куда счастливее, они текучи и грациозны, словно черные мазки чернил, лишь едва удерживают свои физические формы. Лур свистит и указывает на трещину в каменной стене.

Я сощуриваю глаза. Она же несерьезно! Это и есть тот проход к логову, о котором она доложила? Неужели Тоз и остальные прошли по следу вогг вниз, прямо сюда, под основание самого города? Почему-то вплоть до этого момента я не верил, что это и впрямь возможно.

Наши морлеты, экономя силы, парят на потоках горячего воздуха, поднимающихся с протекающей внизу реки. Вход в пещеру слишком мал для морлета. Нам придется оставить скакунов здесь. Я делаю знак четырем всадникам, включая Лур, следовать за мной. Затем, подведя Кнара так близко к стене, как только осмеливаюсь, я прикидываю расстояние и выпрыгиваю из седла. Одно ужасное, невесомое мгновение я вишу в воздухе над смертельным провалом. Затем ударяюсь о стену, шарю руками, хватаюсь за уступ. Несколько быстрых тяжелых вдохов спустя я затаскиваю себя на него и встаю перед входом в пещеру.

Тьма глубока. И горяча. Даже с зажженным кристаллом лорста на шлеме я чувствую, будто тени вот-вот раздавят меня. И тем не менее я вхожу в пещеру, освобождая место для Лур и троих других, чтобы те могли ко мне присоединиться.

– Куда дальше? – спрашиваю я, когда они, отдышавшись, встают в темноте рядом со мной, их глаза горят в сиянии кристаллов.

– Прямо вперед, – говорит Лур. – Тоннель поворачивает, а потом резко уходит вниз футов на двадцать, но не ветвится. – Мгновение она колеблется, затем добавляет: – Лучше я поведу, мой король.

Но я качаю головой. Если в конце этой темной тропы нас и правда поджидает сотня вогг, то я никого не пошлю вперед в качестве своего живого щита.

– Держаться рядом. Быть начеку, – говорю я. Затем, обнажив меч, я начинаю шагать по узкой дорожке. Сложно не представлять себе, как эти слишком близко стоящие стены смыкаются. Но, несмотря на мою человеческую кровь, сердцем я трольд. Я не поддамся такой слабости. Во тьме под камнем мне самое место.

Я наклоняю голову так, чтобы свет лорста освещал тропу, тщательно слежу за тем, куда ставлю ноги. Пусть я и не ученый, но подозреваю, что эта пещера образовалась относительно недавно в результате одного из последних толчков. Идеальное укрытие для сколь угодно большого числа вогг.

Лорст светит на стену передо мной, выхватывая из темноты синее пятно. Кровь.

Я останавливаюсь. Лур приближается ко мне сзади.

– Мы уже рядом, – шепчет она.

– Ты узнаешь дорогу? – спрашиваю я.

Она качает головой, на лице под кромкой шлема написана неуверенность.

– Этих ориентиров я не помню, но… эта кровь… Одна из тех тварей схватила Худа и утащила его. Как раз тогда Тоз с Йоком кинулись за ним, а земля под их ногами обвалилась.

Я киваю. Оглянувшись, я смотрю в широко распахнутые глаза остальных, набившихся в узкое пространство за моей спиной. Я делаю знак молчать. Если поблизости и впрямь находятся пещерные дьяволы, то малейший звук может их потревожить, привлечь их внимание. Мы двигаемся дальше, теперь еще осторожнее, чем раньше, наши шаги почти беззвучны, пока мы дюйм за дюймом пробираемся вперед.

Внезапно мой свет выхватывает край скалы у меня под ногами. За ним нет ничего, кроме непроглядно-черной пустоты. Кажется, мы нашли яму. Я поднимаю голову, пытаясь разглядеть, что находится за чернотой. Круг моего света едва достает до дальней стороны, где дорога продолжается. По обе руки возвышаются голые ровные стены, а внизу… Что ж, внизу вполне может находиться вход прямиком в глубочайшую из девяти преисподних.

Лур придвигается ко мне сзади, ее голос – тихий шелест в моих ушах.

– Здесь они и упали, – сказала она. – Тоз. Йок. И остальные.

Я киваю. Затем осторожно подползаю к краю провала, свешиваю через него голову и свечу своим лорстом вниз. Я ударяю по нему одним пальцем, и камень сияет ярче, разливая свой свет на более широкий радиус.

Я делаю резкий вдох.

Я был прав. Это и впрямь вход в преисподнюю. Все стенки ямы покрыты пещерными дьяволами, цепляющимися за камень. Их безглазые морды засунуты под лысые лапы. Они болтаются, вися на своих громадных загнутых когтях. Их больше сотни. Гораздо больше. Две сотни, три сотни… Я всех даже не вижу. Я никогда и не думал, что вогги-одиночки способны вот так собираться вместе. Да еще и так высоко. Они жители Глубин, им место в нижних краях, внизу, среди огненных рек. И все же они здесь.

Я молча качаю головой, пытаясь осмыслить все, что вижу. Проблеск серебра – и я резко поворачиваюсь, чтобы снова осмотреться. Броня. Наспинник. Это один из моих бойцов, почти в пятидесяти футах внизу. Мог ли он пережить такое падение? Пожалуй, что нет. Но я должен узнать наверняка.

Я поворачиваюсь, ловлю взгляд Лур. Она качает головой, от страха не способна говорить.

– Жди здесь, – одними губами говорю я ей. Ее глаза округляются, и я знаю, что она стала бы протестовать, если бы осмелилась. Слава богам, что я не взял с собой Хэйл. Та бы ни за что не позволила мне сделать то, что я задумал.

Я перевешиваюсь через край обрыва, стараясь не потревожить ни одного спящего дьявола. По крайней мере, когда вогги спят, спят они крепко. Их мало что может потревожить. Используя шипы, выступающие из моих наручей, для лучшего сцепления со стеной, я начинаю свой спуск. Непростое это дело – пробираться между инертными пещерными дьяволами. Я двигаюсь осторожно, издавая как можно меньше шума и вибраций. Один из моих людей начинает было спускаться за мной, но я качаю головой, и он останавливается. Я не допущу, чтобы из-за них риск стал еще больше.