Сильвия Лайм – Султан Эфир (страница 35)

По спине скользнула волна дрожи.

— Последний дом? «Когда-то звали»? Что это значит?

— Это значит, что во всем мире эти существа вымерли. Когда-то давным-давно люди их убивали, забирая силу с помощью древней злой магии. До тех пор, пока они не исчезли совсем. Лишь этот храм стал последней защитой тех, кто сумел выжить. Говорят, память Арьян и Айлгвин, которые тоже скрывались в этом храме, спасая свою любовь, каким-то образом защитила младших аватаров, наделив способностью прятаться. Скрываться от людских глаз. Сейчас это место секретное, заходить сюда запрещено всем, кто не принадлежит султанской семье… или не является аватаром.

— Удивительно, — выдохнула я, едва ли приходя в себя после этого объяснения. Кроме того, небольшой рассказ Эфира зародил внутри смутные подозрения. — Ты упомянул древнюю злую магию, с помощью которой забирали силу у этих существ.

Султан кивнул, внимательно на меня глядя.

— Ты знаешь, что это была за магия? — продолжала я.

Эфир чуть склонил голову набок.

— Зачем тебе это? Эта магия под запретом. Ей нельзя пользоваться. Да и если ты не собираешься кого-то убивать, она тебе не нужна.

— Это «фуртум», да? — проговорила я на одном дыхании, и брови султана сдвинулись.

— Да. Откуда ты знаешь?

Внешне султан оставался все так же спокоен и безмятежен, как прежде, не считая бровей, конечно. Но я чувствовала, что его настроение резко изменилось.

Очень может быть, что я зря задала этот вопрос, ведь теперь он вполне мог начать подозревать меня в ужасных вещах. С другой стороны, Эфир мог помочь мне докопаться до правды.

— Ты ведь знаешь о существовании ордена Зрящих, не так ли? — спокойно начала я.

Губы султана напряглись, чуть натянувшись. Его обычно теплая густая аура, под властью которой хотелось млеть и выполнять все его желания, становилась все тяжелее.

— Это давно исчезнувший орден, Саша. Всех его последних участников казнили лет сто назад.

— Он никуда не исчез, — покачала я головой, вспоминая все, что узнала в Айреморе. — Более того, в орден входят очень высокопоставленные особы, и он насчитывает десятки членов. А во главе стоит одна не известная никому фигура, которая всем управляет, оставаясь в тени.

— Откуда ты все это знаешь? — мрачно спросил султан.

Я глубоко вздохнула, вспоминая Церра, семью Тирреса, свои видения, таинственные намеки черного морского бога и рудиса Бу.

— Это ужас как трудно объяснить.

— Уж ты постарайся, — опасно мягко ответил Эфир. — Потому что знания, которыми ты обладаешь, любого другого человека привели бы в темницу.

Я внимательно взглянула в синие глаза, замечая, что золотых искр в них почти совсем не осталось.

— Посадишь в темницу свою лидэль? — спросила я, чуть наклонившись к нему.

Расстояние между нами стремительно сократилось, а воздух стал жарче. Мне вдруг стало ужасно весело, а в крови будто заиграли пузырьки от шампанского.

Да, я все еще не хотела этого статуса, который сама же упоминала. И не хотела играть с аватаром воздуха в игры, которые могли кончиться любовной связью. Я не доверяла ему.

Никому не доверяла.

Но рядом с беловолосым султаном, на чьих губах играла легкая, как облака, улыбка, было так легко расслабиться и забыть обо всем.

Поэтому это казалось почти забавным — проверить, насколько же простирается желание повелителя воздуха сделать аватара всех стихий своей невестой. Через что он готов перешагнуть ради этого?

— Играешь со мной, красавица? — неторопливо проговорил Эфир, и его взгляд, упавший на мои губы, будто подернулся дымкой. Он обхватил мой подбородок, лишив возможности отстраниться, и только после этого снова посмотрел мне в глаза.

— Ни в коем случае, предивный султан, — нарочито возмущенно ответила я. Но губы таки дрогнули.

— Предивный султан? — ахнул Эфир. Значит, мой юмор все же сработал и эпитет «предивный» тут адресовался только лидэли. А то и вовсе только женщинам.

— Плачет по мне наказание, да? — покивала я головой сокрушенно и улыбнулась.

И в тот же миг Эфир меня поцеловал. Сильно и жадно, закрывая рот этим движением и одновременно будто выплескивая всю ту энергию, которая жгла его внутри.

На миг я задохнулась от подскочившего давления, от взбесившегося пульса, тока крови, превратившегося в цунами в венах. Голова закружилась, и ход мыслей начал стремительно теряться. Поэтому, пока все разумное окончательно не покинуло голову, я прошептала:

— Ну что ж делать? Невоспитанная, да еще, вероятно, колдунья из ордена Зрящих, да?

Эфир глубоко вздохнул, закрыв глаза. И через силу отпустил меня. Когда его глаза вновь открылись, они опять были мрачными и беззвездными.

— Итак? Может быть, предивная лидэль расскажет своему покорному слуге, как так вышло, что она стала обладательницей древних, проклятых на всех континентах знаний?

— Расскажу, — кивнула я, снова глядя в быстроводную речушку, где плескались полупрозрачные духи, и прикидывая, что бы такое поведать султану, чтобы не подставить Тирреса и его семью. — Но для начала ты расскажи мне, как так вышло, что тебя не удивляет мое иномирное происхождение. Ведь ты всегда знал, что я не принадлежу ни одному из ваших колдовских государств.

Эфир чуть прищурился, словно пытаясь прочесть все мои мысли. А затем кивнул, взглянув вдаль так, словно принял какое-то решение. Может быть, сказать правду?

— Моя сеть информаторов сразу же донесла мне о том, что у Райя-нора появилась аурия-иномирянка, едва о тебе стало известно в Хальвейле дожа.

— Но как? — ахнула я. — Обо мне почти никто не знал.

Эфир улыбнулся.

— Это тайна. Хочешь, чтобы я тебе ее открыл? Пообещай мне что-нибудь такое, что могло бы меня убедить.

Возмущенный вздох сам вырвался из груди. Но, проклятье, как же сильно я хотела знать! Кто предал меня? Сам дож не мог. Ему это выгодно наименее всего. Тогда Ал? Кажется, только он еще мог знать обо мне правду. Хотя я не помню, чтобы рассказывала это ему, но чем игнис не шутит? С Алом можно было проболтаться и не заметить. Я привыкла к тому, что он был странный и всегда знал больше, чем должен был.

Тейноран в подобные тайны не посвящался, а значит, и предать не мог.

— Что, неужели совсем нечего пообещать? — хитро улыбнулся Эфир. — Уверен, что-то должно найтись.

— Полагаю, ты имеешь в виду не драгоценности с артефактами, верно? — чуть сжав губы, поинтересовалась я.

— О, конечно, нет, моя драгоценная.

— Тогда у меня нет ни малейшей мысли, что же может стоить так дорого, как информация, которую я хочу узнать.

— Ты права, моя предивная лидэль, я не прошу слишком много. Одной ночи с тобой будет вполне достаточно. Для начала, — промурлыкал так, будто он и не грифон вовсе, а кот.

А мне хотелось знать правду! И что отвечать?

— В обмен я расскажу тебе про орден Зрящих, — сложила руки на груди. — Как изначально я и предлагала.

Эфир усмехнулся.

— Знания — опасная штука в неумелых руках, моя лягушечка. Боюсь, про орден тебе все равно придется мне рассказать, чтобы я не решил, что ты намереваешься убить меня и всю мою семью.

— Что? — ахнула я, пока он все с той же улыбкой брал меня за руку, поглаживая, притягивая к себе и… зарываясь носом в мои волосы.

Горячее дыхание — и я уже чувствую, как его губы мягко касаются моей шеи в коротких обжигающих поцелуях, которые так резонировали с его словами.

— Ты же не думаешь, что я убийца, верно? — спросила я тише, пытаясь сконцентрироваться, сбросить с себя оковы приятного морока.

— Я, может, и не думаю, но проверить придется. А пока мы будем искать информацию об ордене, пока я отдам шпионам приказ искать новые данные о том, где ты могла контактировать с предателями, уйдет уйма времени. Скорее всего, дело было в Айреморе, но нельзя отбрасывать и Империю Огненной луны, — словно вслух размышлял султан, приближаясь поцелуями к моей груди, пока я все сильнее впадала в ужас.

Если Эфир вздумает копать в этом направлении, велик шанс того, что он и впрямь узнает то, что хочет. Что половина семьи Тирреса принадлежит культу, как и он сам. А уж до того, что у эмира цели сильно отличались от того, чего желал орден, никто докапываться не будет.

А я меньше всего хотела проблем для человека, с которым я чувствовала сильную внутреннюю связь. Даже сейчас стоило копнуть глубже в себя, как я ощущала невидимые нити, ведущие далеко-далеко. Куда-то, куда часть моей души хотела вернуться.

— Ладно, я согласна на ночь. Но потом, — выпалила быстрее, чем успела сообразить.

Ну и пусть. Обман, конечно, не наш уровень, а вот хитрость никто не отменял.

Эфир отстранился от меня и посмотрел в глаза так, что все внутри перевернулось, перемешавшись. Обещая мне что-то темное и жгучее, тягучее, как ночь, полная золотых звезд и жаркого ветра, голода и стона.

— Среди моих шпионов есть дуплексные маги, принадлежащие также к чаротвердникам, — ответил он тут же.

И до меня мгновенно дошло. Еще раньше, чем он начал пояснять:

— Они умеют слышать сквозь камень. И способны прослушивать все, что творится в покоях Красного дожа, даже находясь от них за толстым слоем стены. Главное — быть на расстоянии хотя бы двух десятков шагов от говорящего.