Сильвия Лайм – Король Сапфир (страница 39)

Глаза. Заставляют кожу заживо сгорать.

Я больше не отворачиваюсь и не моргаю, хотя хочется. Я почти привыкла, и теперь иногда даже кажется, что мне не хватает этой боли.

Проклятый огненный повелитель…

— Ты отправил прогуляться мою свиту? И даже машейр послушался? — ахнула я возмущенно, уперев руки в бока.

Хоть какая-то мысль, чтобы отвлечься от желания дотронуться до его кожи. Или ударить.

Он пожал плечами, в уголке губ мелькнула хитрая самодовольная улыбка.

— Мне сложно перечить. Мало кому удается, — ответил спокойно. Без пафоса, потому что так оно и было.

Я знала. Потому что «проклятый огненный повелитель».

Секундная пауза, и он добавляет:

— Тебе всегда удавалось.

И у меня ноги подкашиваются.

«А вот и нет. Нас так просто не возьмешь».

Пожала плечами, не заметив, что скопировала его движение чуть меньше, чем полностью.

— Я должна с тобой поговорить, — произнесла как можно более по-деловому, даже поглядела в стену для пущей уверенности.

Но именно он сделал шаг навстречу и чуть лениво указал на что-то вроде дивана в соседней комнате.

— Там нам будет удобнее, — пригласил он, мгновенно оказавшись рядом и коснувшись ладонью моей поясницы. Чуть подталкивая вперед, словно это он был тут хозяином, а не я.

Я выдохнула.

Ничего не могла сделать. Не получалось вернуть контроль.

А дурацкий диван никогда не привлекал моего внимания и уж точно не вызывал желания присесть на него, потому что явно был создан из пластин огромного, переливающегося изумрудно-зеленым жука. Ну кто захочет сидеть в дохлом жуке, чье брюхо выложено подушками???

Однако, когда Сициан вальяжно расположился на одной стороне дивана, а меня заставил придвинуться, я вдруг резко передумала. Наши ноги чуть соприкасались, дож растянул одну руку по спинке, и его ладонь оказалась возле моего тела.

Он был и далеко, и близко одновременно. И я ощущала его тепло так, как если бы сидела возле открытого огня.

— Ты хотела обсудить… — начал он, а я тут же перебила, пока не сковала неловкость:

— Лоранеш и впрямь начал войну между четырьмя государствами?

Алые глаза императора вспыхнули и чуть расширились. Впрочем, уголки губ снова дернулись, словно он хочет улыбнуться.

Но что Ал, что Сициан так редко мне улыбались, что я едва ли в это верила. Впрочем, в этот раз повелитель империи Огненной луны действительно будто был немного другим. Он общался со мной не как прежде.

Возможно, мне это лишь казалось?

— Я думал, ты спросишь об этой ночи, — ответил он спокойно, никак не среагировав на мою смену темы. Сициан всегда умел говорить только то, что считал нужным.

Вести разговор с ним будет непросто.

— Или хотя бы о том, как я проник на территорию Стального королевства, — продолжал он, не сводя с меня взгляда.

Кончики пальцев его руки рисовали какие-то невидимые рисунки на спинке дивана совсем близко ко мне. И краем глаза я не могла за ними не наблюдать. Мне чудилось, как эти пальцы касаются моего живота… как этой ночью.

От этого пересыхало в горле.

— Или, может быть, о том, почему прежде я не признался тебе в том, что не являюсь сервусом по имени Ал. Почему принял такое странное для императора решение — служить собственной аурии в виде слуги.

Его взгляд сделался пронзительным. Даже тяжелым. Он словно говорил одно, а подразумевал совсем другое.

Но я не собиралась понимать, на что он там намекает.

— Хочешь что-то сказать — говори прямо, — бросила я почти раздраженно, сцепив руки на груди.

Он промолчал, чуть приподняв подбородок, и отвернулся. Его горячий алый взгляд умудрился закаменеть.

— Да, король Хейташи совместно с эмиром Неро объявили войну империи Огненной луны. Подлунный цветок будет вынужден выступить на стороне последних, поскольку имеет с Айремором договор о ненападении и взаимной военной поддержке.

— И ты здесь? В такое время? — почти пропищала я, сжав кисти. До последнего надеялась, что Змей ошибся.

Сициан кивнул, впервые за весь разговор отвернувшись. Его взгляд, направленный в стену, сделался пустым и холодным.

— В мое отсутствие Эргейреш наделен полномочиями решать все вопросы. Он маршал армии Золотого огня, и сейчас почти все чарогненные войска уже переброшены в долину Персиковых цветов. Для этого мое присутствие не нужно…

— Уже? Но почему так быстро? Ведь, насколько я поняла, Сапфир отдал этот дурацкий приказ совсем недавно! Может, его еще можно отменить? — Я едва не начала заламывать руки.

Сициан качнул головой.

— Это старое соглашение между аватарами. Согласно ему после объявления войны между чарогосударствами все чаромаги, задействованные в конфликте, обязаны явиться в долину Персиковых цветов и вести боевые действия там.

— Почему там?

Император перевел на меня горящий алый взгляд, от которого все тело будто бросило в жерло вулкана.

— Это соглашение подписано всеми аватарами после событий Стеклянного берега.

Сердце пропустило удар. Сициан отвернулся, продолжив говорить:

— Все ради того, чтобы мирные жители, духи и городские постройки не страдали в войне колдунов, ведь магия может принести непоправимый урон всему, до чего докоснется.

Я кивнула, сдвинув брови. Вдаваться в детали не было смысла.

— И туда можно легко и быстро добраться?

— Нет, это другой континент, — раздраженно качнул головой Сициан. — По легендам, в долине Персиковых цветов началось сотворение нашего мира. Там есть озеро, соединенное подземным тоннелем с океаном. Через него придут чароводники Айремора. Червями доберутся чаротвердники. Слуги Эфира долетят на грифонах. Все эти способы передвижения крайне быстрые. Проблемы будут только у нас, и игнисов Эсер Хейташи об этом знает.

— Он специально указал срок два дня? — приподняла бровь я.

— Да. По тому же договору, подписанному на Стеклянном побережье, не явившаяся на бой сторона считается нарушителем порядка. Тогда остальным участникам конфликта позволено вести боевые действия на стороне нарушителя. Сейчас, когда против империи Огненной луны будут сражаться три государства, Лоранеш планирует общими силами смешать нас с землей, полностью уничтожив огненный народ.

Перед глазами потемнело. Я не знала, что сказать.

— И как же Эргейреш перебросит ваши войска?..

Сициан пожал плечами, а затем вдруг зло усмехнулся:

— К счастью или к несчастью, но чарогненных магов многократно меньше, чем остальных. И те, которые способны вызывать игнисов, могут перемещать себя и еще десяток человек с их помощью.

Император поднял ладонь, и на ней тут же вспыхнул бодрый язычок пламени с глазами. Пламенные веки моргнули, посмотрели на хозяина, потом на меня. Игнис поклонился и снова исчез вместе с тем, как Сициан сжал пальцы.

— И все же я действительно должен буду уйти в ближайшее время. И оставить тебя. Снова. Поэтому я был бы рад, если бы ты вернулась в империю со мной, Саша. Но я знаю, что ты не пойдешь.

Что-то больно резануло в груди.

Я хотела. Демоны его заберите… Я очень хотела вернуться с ним в Хальвейль. Чтобы все было не как прежде, но чуть иначе.

Ведь он пришел за мной.

Всегда приходил.

Вот только ничего не будет как прежде. А потому я покачала головой и с силой зажмурилась. Стало немного горько.

А еще жгло. Его аура жгла кожу, и даже когда он не прикасался ко мне, казалось, будто он трогает все мое тело. Нервирует, дразнит. Целует и убивает.