Сильвия Алиага – Книжный клуб в облаках (страница 45)
– Что это значит?
Она несмело улыбнулась ему, а потом перевела на английский.
– Так описана эта квартира в романе моей двоюродной бабушки. Но с первого моего дня здесь мне все время было немного стыдно, что я оказалась не на высоте… что мало развлекаюсь. Я не уверена, что она хотела именно этого, решая послать мне ключи от своей квартиры. Она, может быть, думает, что я скучная.
– И вовсе ты не скучная, – возмутился Дориан. – Совсем наоборот.
Кая благодарно ему улыбнулась.
– А вот твой дом как раз такой. Я о твоей квартире в Лондоне.
– Честно говоря, домашних цветов у нас как раз немного. Всего-то один кактус на полочке в кухне, и то мы думаем, что он скорее мертв, чем жив. Больше ничего.
– Зато он полон смеха друзей и музыки, и там пахнет кофе и сигаретами.
Дориан оставил тарелку с палочками на столе и развернулся к Кае, опершись локтем на диван.
– Это ближе к действительности, но что побуждает тебя думать, что у тебя здесь хуже? Твой дом тоже полон смеха – ты сама только что хохотала над моими способностями переводчика, равными нулю.
Кая вновь засмеялась.
– Это правда.
– А что нет запаха сигарет, так он и не нужен, зато есть запах тайской еды и… – Он втянул носом воздух. – Вечеринки в тропиках? – И замолчал, словно стараясь что-то припомнить. – Погоди-ка, а не этим ли благоухал Минхо, когда вы пришли ко мне на день рождения? От его плаща явно несло чем-то похожим.
Кая почувствовала, как кровь приливает к щекам.
– Знаю. Это долгая история.
Дориан откинул голову на сиденье дивана и изумленно хохотнул. После еды, душа и нескольких часов отдыха выглядел он гораздо лучше, хотя все еще усталым.
– Даже не знаю, хочу ли я узнать эту долгую историю…
Однако Кае требовалось кому-нибудь об этом рассказать.
– Кажется, Минхо мне немножко нравится, – выпалила она, и щеки ее вспыхнули, грозя что-нибудь поджечь. – Я точно еще не знаю, пока что не решила.
Дориан молча несколько бесконечных секунд смотрел на нее. На лице его было написано крайнее изумление и некоторая досада.
– И думаешь, что скоро решишь?
Кая в растерянности глядела на него. Она что-то испортила? Неужели Дориану тоже нравится Минхо? В конце концов, он узнал его аромат.
– Не думаю, – сказала она. – Сомневаюсь, что мы в скором времени сможем с ним встретиться.
Дориан глубоко вздохнул и перевел взгляд в потолок.
– Боюсь, что в следующий раз заседать мы будем в режиме видеоконференции – воздушных миль у меня почти не осталось. – Он замолчал. – Ты веришь в родственные души? – спросил он наконец.
Этот вопрос застал Каю врасплох.
– Никогда об этом не думала. Ты что, считаешь, что Минхо – родственная мне душа? – На этот раз паузу взяла она. – Или… не знаю… тебе?
Дориан отрицательно покачал головой.
– На самом деле я думаю, что Минхо…
Закончить фразу ему не удалось, потому что в этот момент зазвонил его телефон. Дориан приподнялся. Телефон лежал на журнальном столике, где-то посреди упаковок с тайской едой, в разной степени опустошенных. На экране – лицо звонившего: Каролина в темных очках корчила рожицу, показывая язык.
– В Нью-Йорке сейчас еще полдень. – В голосе Дориана слышалась растерянность. – Каролина должна быть на работе. Вроде ей нет никакого смысла звонить мне сейчас.
Он ловко поднялся с пола и взял телефон.
– Ты в порядке? – первым делом спросил он, приняв звонок.
Кая сразу же поняла: что-то случилось, когда Дориан вмиг побледнел. Ей было трудно следить за разговором по-английски, темп которого сразу же увеличился. С другого конца линии доносилось нервное клокотание голоса Каролины.
– Окей, лечу туда. Я в Париже, но сяду на первый же рейс до Нью-Йорка, – ответил он. Кая тоже встала с пола, чтобы лучше слышать. – Нет, исключено… – возразил он на какие-то слова Каролины. – Даже не мечтай, одних я вас не оставлю. Да плевать мне на гребаную работу, как-нибудь выкручусь. – Несколько секунд он молча слушал. – Знаю, я тоже… До наступления ночи буду у вас. И поеду прямо в клинику.
«В клинику». Кая затаила дыхание, пока Дориан отключался.
– Это ведь не с Каролиной? – спросила она. – Что-то случилось с женщиной, у которой она живет?
Дориан отрицательно покачал головой. Он потемнел, выглядел потерянным.
– Нет, не с ней. А с Мариен, ее старой подругой. Мариен нашли в квартире, всю в крови, как будто ее рвало кровью, и без сознания. Да и пульса почти не было.
Кая медленно кивнула, ужаснувшись.
– Поехали, провожу тебя в аэропорт.
Глава 10
«Одно лишь мгновение…»
– Вот уж никогда не думала, что помру от потери крови, – прошелестела Мариен.
Лежала она на больничной койке, и лицо ее, обычно румяное, цветом не отличалось от белой наволочки. К руке подсоединялись сразу две капельницы. Содержимое одной было прозрачным, в другой краснела переливаемая ей кровь.
– Не говори глупостей, ты не умрешь, – выговаривала ей на испанском Лили. Кроме нее и Каролины больше никого в палате у постели Мариен в данный момент не было. Сестра ее была еще в дороге, ехала из Филадельфии на автобусе. – Хоть и была на пороге смерти, – заключила Лили, вновь переходя на английский.
На самом деле это было еще мягко сказано. Лили обнаружила ее в кровати и без сознания, явившись к ней домой, потому что на ее телефонные звонки Мариен не отвечала. К счастью, у Лили хранился запасной комплект ключей от ее квартиры. Когда Лили открыла дверь, Мариен уже несколько часов была без сознания, залитая кровавой рвотой. Позже врачи сказали, что у Мариен – крайне тяжелый случай перфорации язвы желудка. Вполне вероятно, что из организма пациентки кровь уже несколько месяцев выходила с каловыми массами и это осталось незамеченным. В том и была причина головокружений, которыми она страдала в последние недели.
– Не позволяй им выбить на могильной плите: «Карен Кейт», – гнула свою линию Мариен, проигнорировав слова Лили. – Да я скорее помру, чем соглашусь на плиту с «Карен Кейт».
– Так в этом весь смысл могильной плиты, – заметила Каролина. – В том, что сперва ты умрешь.
Лили метнула в нее укоризненный взгляд.
– Никто не умрет, – стояла она на своем. – Я старше и мудрее вас обеих и знаю, что говорю.
Мариен взяла Каролину за руку, вновь проигнорировав слова Лили.
– Как бы то ни было, что-то я сомневаюсь, что у меня хватит денег на приличные похороны. Вряд ли их хватит даже на эту чертову больницу.
Последний пункт беспокоил и Каролину. При поступлении в приемном покое их уже предупредили, что медицинская страховка Мариен покрывает только минимальный протокол лечения и пребывания. Если она пролежит у них несколько дней, а все указывало на то, что так оно и будет, счет вырастет до пятнадцати тысяч долларов или больше. И крайне маловероятно, что деятельность Мариен в качестве Великой Колдуньи с проспекта Рузвельта позволила ей накопить достаточно сбережений, чтобы покрыть такие расходы.
– И всю квартиру, видать, загадила, – продолжила свои жалобы Мариен. – Облевала всю постель желчью и кровью. Боже ж ты мой, а ведь в кино все выглядит гораздо гламурнее. Николь Кидман – вот кто внушил нам ложные надежды. Эта уж точно блевала кровью в «Мулен Руж» с большим изяществом, чем я.
– А ты разве туберкулез предпочитаешь? – спросила Каролина, выгибая бровь.
– И это единственная альтернатива: или туберкулез, или дыра в желудке с кулак величиной? – поинтересовалась Мариен. – Уж не знаю, что тебе и сказать, солнце мое.
– Забудь ты об этом и лучше постарайся глотать поменьше ибупрофена прямо с сегодняшнего дня, – вмешалась Лили. – И о комнате не беспокойся. Сходим туда и все там у тебя отмоем, так что комната к твоему возвращению будет чистая как стеклышко. И новые простыни тебе подарю.
– Пока меня нет, позаботьтесь, пожалуйста, о Леди Орхидее. Она уже немолода и большая привереда. Уж и не знаю, поймет ли киса, за что я ее покинула.
В кармане Каролины завибрировал телефон, и она поспешила достать его. В такое время звонить мог только один человек. На экране появилось имя Дориана, и Каролина сразу же приняла звонок.
– Подхожу к дверям клиники, – сообщил он. – Плохих новостей нет?