Сильвия Алиага – Книжный клуб в облаках (страница 26)

– Так уж получилось, извини. Совсем из головы вылетело.

Дориан лишь плечами пожал, не придавая этому особого значения. Он только что открыл им дверь. Был еще полдень, но гости уже начали прибывать. Дом Дориана стоял на небольшой площади в районе Бэнксайд, недалеко от набережной Темзы, а отель располагался в пяти минутах ходьбы от него. В сравнении с окружающими постройками дом, где он жил, был невелик: всего три этажа, по две квартиры на каждом, лифта нет, зато на плоской крыше имелась терраса. Даже лестница оказалась расцвечена флажками: все соседи Дориана, очевидно, так или иначе были причастны к празднованию. Поднимаясь, гости заметили, как двое юнцов со второго этажа тащат в квартиру огромный бочонок пива.

Дверь гостям Дориан открыл уже в маскарадном костюме. Светлые узкие брюки и высокие коричневые сапоги вроде тех, что носят наездники. Жакет тоже коричневый, расшит на груди синими и белыми клиньями, темно-коричневый ремень на талии, еще один – вокруг бедер. Минхо не имел ни малейшего понятия, кем он был наряжен: лично ему Дориан напоминал бортпроводника Викторианской эпохи в стиле стимпанк[39]. Однако задать ему на эту тему вопрос он не решился. Как бы то ни было, Дориан не напялил на себя обычную футболку, прихваченную на скорую руку в аэропорту.

Увидев гостей, Дориан бросился их обнимать. Даже Каю приподнял на несколько сантиметров от пола, как будто они уже сто лет знакомы, будто это уже такая традиция, когда Кая с Минхо вдвоем заявляются к нему домой с коробкой кондитерских изделий и в более чем спорных маскарадных костюмах.

Дело в том, что Минхо так и не удалось угадать, кого изображала Кая, пока она сама ему не сказала. Когда он отправился за ней в ее номер, она уже переоделась: вместо прежнего молодежного прикида, в котором она сошла с борта самолета, теперь на ней был строгого вида костюм: юбка до колен и топ из плотной материи с цветочным принтом, страшноватый на вид. Минхо не считал себя специалистом по женской моде, но эти предметы одежды показались ему чем-то, что его бабушка в юности надела бы на выход, и он был готов поспорить, что и в те времена такой наряд не произвел бы фурора.

– Поздравляю тебя с днем рождения, Дориан, – прошептала Кая, зардевшись после жаркого объятия, и протянула ему коробку с выпечкой.

Дориан, по-видимому, узнал логотип кафетерия, где работает Кая: он восхищенно выдохнул, быстро открывая коробку, и мгновенно отхватил полбулочки с шоколадом.

– Обалдеть! Лучший из всех возможных подарков!

– Ты сможешь угостить и своих соседей, если захочешь.

Услышав эти слова, один из тех двоих, кто уже расположился в гостиной, поднял на них взгляд и подошел к вновь прибывшим. Высокий темноволосый парень с веснушчатым лицом в обычном сером костюме при черном галстуке, с аккуратными круглыми очками в металлической оправе на носу, которые вполне можно было носить и в обычной жизни. Если б Минхо точно знал, что этот парень по выходным всегда ходит в костюме и при галстуке, то мог бы поклясться, что тот до сих пор не надел свое маскарадное облачение.

– Мне не послышалось – насчет угостить соседей? – вопросил подошедший. И, изумленно выгнув бровь, воззрился на Дориана, который свободной рукой отгораживал коробку от всяческих посягательств.

– И не мечтай, – заявил Дориан. – Дети мои, это Адриэль… Минутку, сейчас я все сделаю по правилам. Представлю гостей друг другу, сообщая какую-нибудь важную подробность о каждом, чтобы у его собеседника появилась отправная точка для начала разговора, в полном соответствии с «Дневником Бриджит Джонс». Дети мои, разрешите представить вам Адриэля, – начал он по новой. – Адриэль – шпион, он работает на мою мать, а еще у него есть парень, который классно готовит. Адриэль, это мои коллеги: Кая и Минхо. Минхо купил в аэропорту футболку за восемь евро, а Кая пришла в костюме… Маргарет Тэтчер?

Кая отрицательно покачала головой.

– И вовсе не Маргарет Тэтчер, а как раз Бриджит Джонс!

Дориан с Минхо обменялись сконфуженными взглядами. Последний только пожал плечами, старательно пряча улыбку.

– Ну же, напрягите память: в вечер рождественской индейки, когда она знакомится с Марком, – пояснила она. – Когда мать заставляет ее напялить эти жуткие вещи.

– Бог ты мой! – расхохотался Дориан. – Теперь до меня дошло, почему ты написала Каролине, что твой костюм приведет ее в восторг. Интересно, что скажешь ты, увидев ее костюм…

– А что, Каролина уже здесь? – полюбопытствовал Минхо. Он знал, что Каролина забронировала номер в том же отеле, однако они ее до сих пор не видели.

Услышав его вопрос, Дориан окинул Минхо странным взглядом, которому тот затруднился бы дать определение: Дориан словно оценивал тон его голоса.

– Да, здесь. Думаю, что сейчас она помогает носить напитки наверх. Хотим использовать террасу, чтобы было где отдышаться.

– Глазам своим не верю! – раздался позади них женский голос. – А ведь всем давно и хорошо известно, что я избегаю свиданий вслепую, а уж тем более – со старой девой, которая страдает словесным поносом, дымит как паровоз, пьет как лошадь и одевается как собственная мать.

Минхо и Кая разом обернулись и очутились нос к носу с Каролиной, весело сверкавшей на них темно-зелеными глазами. В других обстоятельствах Минхо, скорее всего, не догадался бы, кого она изображает, но в таком контексте, да еще и с учетом только что прозвучавшей фразы, он сразу все понял. На ней были мужского покроя брюки и новогодний джемпер с огромной лягушкой на груди. Кая и Каролина с изумлением разглядывали друг друга.

– Подумать только, а ведь Дориан заявил, что мой костюм – это верх пошлости, – сказала Каролина, обнимая Каю. – Да мы с тобой сегодня просто королевы бала.

– Да не говорил я, что это верх пошлости, – стал оправдываться Дориан. – Я всего лишь сказал, что в книге Марк Дарси был одет не так: джемпер был с ромбами, а носки – с пчелками. И в фильме точно так же.

– Ну да, но это слишком скучно и неприметно. Если бы я напялила на себя джемпер с ромбами, то никто бы и не догадался, что это маскарадный костюм. Ромбы теперь в моде. – Отпустив Каю, Каролина подошла к Минхо и одарила его улыбкой, за которой последовало короткое объятие. Отстранившись, она окинула его любопытным взглядом. – Гляди-ка! Похоже, ты решил представить нам лондонское метро!

Адриэль, сосед Дориана, вежливо откашлялся, привлекая к себе внимание. Он как-то исхитрился стянуть одну булочку из коробки и теперь с прокурорским видом, словно жезл, направил ее в сторону Минхо.

– Кстати, о костюмах: это и есть твой маскарадный костюм? Футболка?

– Оставь его в покое. На мой день рождения он добирался не откуда-нибудь, а из Кореи, – вступился за него Дориан. – Кроме всего прочего, на тебе тоже всего лишь обычная брючная пара с галстуком.

– Я изображаю Сэмюэла Беккета[40], но, будь моя воля, выбрал бы Оскара Уайльда – он более узнаваем, но ты лично это мне запретил, сочтя оскорблением твоей чести.

– Естественно, потому что выдавать себя за того, кого ты и мельком не упоминаешь в диссертации, было просто немыслимо… – подколол его Дориан.

– Матерь божья, еще одного захода я точно не выдержу, – вздохнула Каролина. После чего протянула руку Кае. – Так, мы уходим. Пожалуй, это я пропущу – двенадцатую перепалку за последние двадцать минут. Мы лучше займемся праздничным плейлистом, пока остальные гости не подошли.

Позволяя увлечь себя, Кая обратила нерешительный взгляд на Минхо, а тот ответил ей ободряющей улыбкой. У него складывалось впечатление, что Кая, всегда открытая и раскованная в общении с ним, не имела достаточного опыта участия в подобного рода вечеринках. Даже для него самого было немного странно обнаружить себя в подобном месте, среди стольких незнакомых людей, к тому же без Инны или Джисопа в качестве надежного якоря. И все же ощущение было скорее приятным. С момента его встречи с Каей в аэропорту все оказывалось удивительно приятным.

– Не включайте в плейлист композиции, выпущенные за пределами Британских островов! – прокричал им вслед Адриэль. – Все, тематика праздника теперь на вас, хватит с нас и того, что сам именинник проигнорировал данное требование, выбирая себе костюм.

– Ни в коем случае, разве ж это возможно? – крикнула Каролина, вместе с Каей скрываясь из виду, причем тоном, который не оставлял никаких сомнений в том, что именно это она и задумала.

Минхо уловил еле заметную улыбку, которой Дориан сопроводил слова своей подруги. Улыбку добрую и почти робкую, не слишком сочетавшуюся с привычным для него нагловатым видом. Как будто то, что Каролина была рядом с ним, ходила по его дому и совершенно естественно общалась с его соседями по квартире, доставляло ему особое удовольствие. Потом он повернулся к Минхо, и его улыбка стала самой обычной. Дориан положил руку ему на плечо и повел в гостиную. Первые гости, собравшись вокруг журнального столика, уже успели откупорить по бутылочке пива. Кто-то заказал еду с доставкой на дом: стол был уставлен картонными коробками с самосами[41] и картофелем фри. Еще там оказался именинный пирог, уже наполовину съеденный.

– Угощайся, – сказал Дориан Минхо, усаживая его в кресло и пристраиваясь рядышком. – Я говорил уже, что чрезвычайно рад твоему визиту?